Алексей Свиридов - Десять минут за дверью

Утром следующего дня стояла прекрасная погода, которая бывает ранней весною: чистое голубое небо, солнце, и в то же время прихваченная ночным морозцем разъезженный тракт был еще крепок. Данисий бодро объявил, что теперь до Фымска езды часов пять, а то и меньше - и как сглазил. Как будто ниоткуда на небо наползла серая хмарь, и с неба, сразу ставшего низким и унылым, начал сыпаться мелкий противный дождичек, более приличный осени, чем весне. И дорога сразу же превратилась в длинную и узкую полосу глинистой грязи, петляющую вверх-вниз по пологим холмам. Не шибко опытный в путешествиях верхом Айс попробовал свернуть на обочину, но его конь сразу же провалился сквозь наст чуть ли не по брюхо, и недовольно фыркая, с большим трудом выбрался обратно. Сначала Айс и Скрал-Скраду в два голоса издевались над Данисием, а потом это надоело. Серо-сизое небо сверху, серо-коричневая трясина внизу, промозглая сырость - все это давяще действовало на настроение, и не хотелось даже ругаться. Лошади уже давно поняли, что хорошей дороги впереди не будет, и монотонно месили копытами глинистую жижу, не обращая внимания на понукания седоков. Один раз им навстречу попался торговый обоз: возчики запрягали всех имевшихся лошадей в один воз, протаскивали его на четверть версты вперед, а потом возвращались за следующим, впрягая дюжину лошадей в телегу, которую в другое время легко тащили две. Зато и колеи после этого оставались такие, что Скрал мрачно пошутил:

- Это не купцы, это переодетые войники, специально дорогу портят, чтобы враг не прошел. Только почему-то не с той стороны.

Ему никто не ответил, и тягостное путешествие продолжалось. Около полудня Набрывский тракт влился в другую дорогу, более важную - судя по тому, что она местами была даже замощена булыжником. Стало больше и встречных, и попутных проезжающих, а перелески, через которые до сих пор приходилось проезжать, совсем исчезли - недавно белые, а теперь с серыми и черными разводами сугробы укрывали поля вокруг. То в одну, то в другую сторону уходило от дороги ответвление, или просто натоптанная тропинка к виднеющимся вдали и вблизи деревням, и наконец, когда дорога переваливала гребень очередного холма, Данисий радостно сообщил:

- Почти приехали, уже посадский вал виден!

Через морось, висящую в воздухе трудно было разобрать, вал это, или просто следующее всхолмье, но верить в это хотелось. Даже Айс, который один-единственный раз выезжал из города, да и то зимою, был склонен согласиться, тем более что через минуту этот вал снова скрылся из виду дорога повернула, спускаясь - и спорить было не о чем.

- Ну вот, - сказал он, немного погодя, когда маленькая кавалькада проезжала через небольшое село, расположенное ниже по склону. - Даже с нашими аллюрами мы будем у города часа через два. Слушайте сюда, орлы. Я у заставы хочу просто отвести глаза сторожам, и внушить им, что мы уже прошли проверку. Тут не сколько с моей стороны искусство требуется, сколько с вашей - нахальство и уверенность. То есть вы должны видеть то, чего нету, так хорошо, что и остальные должны поверить. Теперь подробнее...

Подробностей его спутникам выслушать не пришлось. Из ворот последнего двора на дорогу выехало с десяток вооруженных всадников, и еще столько же появилось из-за дома, мимо которого они только что проехали. Вокруг переднего строя с тявканием завивалась мохнатая дворняжка, радующаяся хоть какому-то развлечению в этот день.

- Так, похоже мы попали! - тихо, но зло бросил ехавший первым вор, и натянул поводья. Айс быстро глянул по сторонам: справа забор, и слева забор - не плетень какой-нибудь, а добротный, высокий частокол, коню с места не перепрыгнуть, да и с разбегу тоже вряд ли. Всадники, опустив длинные пики, тоже остановились, и стояли как бы замыкая четырехугольник стен, а сверху все так же нависало мрачное одеяло неба, и так же сеялся мелкий дождь. Спрятаться, или убежать было некуда.

- Э-э-э, уважаемые войники славного князя Андрея, мы вот тут как бы по дороге едем, а вы встали немножечко неудачно... - заговорил вор елейным тоном, в котором впрочем не ощущалось веры в том, что от этого разговора будет какой-то толк. И действительно, ответом вору было молчание, и его монолог сам по себе угас.

- Ну, Айс, - сказал тихонько Данисий. - Твое время, пожалуй.

- Ага.

Айс тронул коня, и выехал чуть-чуть вперед. Улыбнулся, поднимая руку, но ничего не успел. Из тесного ряда княжеских людей вылетел тонкий серебристый аркан, и его петля обхватила запястье Айса. Бросивший сделал резкий рывок, и Айс неожиданно легко вылетел из седла, рухнув во весь рост в грязь. И снова в строю войников не раздалось ни одного звука, хотя громкий обидный хохот был бы здесь очень к месту. А Айс стоял на коленях, поднеся схваченную петлей руку к глазам и шепча что-то побелевшими губами.

- Опять сдох. Умелец, - презрительно сказал Скрал-Скраду, уже не заботясь о том, что его услышат.

Строй впереди чуть раздался в стороны, и к так и не вставшему с колен Айсу подъехал еще один всадник. В отличие от остальных, у него не было ни пики, ни сабли, ни вообще какого-то видимого оружия, вместо лица у него была серая маска, сквозь прорези которой блестели холодные глаза.

- Ну вот, - удовлетворенно сказал человек без лица. - Все, кто нужен. Бывший княжич Владьмир, он же бывший полмонах Данисий, бывший колдун на службе фымской Айс, и вор без честного имени - вот только вор и не бывший.

Маска повернулась к Данисию:

- Ну что, мертвый тень, как будем разбирательство устраивать - долго, или коротко? А впрочем, на долго и времени нет. Значит - коротко.

С этими словами левая рука человека в маске сделала короткое, почти неуловимое движение. Раздался короткий свист, чмокающий звук - и Данисий с короткой металлической стрелкой, воткнувшейся чуть ниже шеи обмяк, и грузно упал с лошади. А человек в маске как ни в чем не бывало продолжал:

- Вора надобно с собой взять, у него должны несколько тайников быть, а княжеству сейчас всякое богатство нужно. Пусть поможет, родимой-то сторонке.

Говорил он как будто сам с собою, но несколько человек тут же подъехали к Скрал-Скраду с боков, и привычным движением заломили ему руки за спину. Вор не сопротивлялся - вид лежащего поперек дороги тела Данисия, тонкая струйка крови которого уже потихоньку растекалась по мутной луже, отбил у него всю охоту противиться, даже если она и была.

- Ну а ты, колдун? - продолжал свою речь заглавный оберегатель никем другим этот спокойный человек быть не мог.

- Все еще тут, да? Знаешь ведь, что я тебя тоже убить распорядился, за ледовое позорище. Друзья твои прямо на глазах в воздухе таяли, как только их за жабры брали. А ты не сможешь, не повезло. Держит аркан-то? То-то.