Александр Рибенек - Избранник поневоле

– Я уже столько раз получал отказы, что просто знаю - еще одного мне не выдержать! - объяснил я, как мог, ситуацию.

– Трудно, ох как трудно тебе будет, Ваня! - посочувствовала она…

Потом я пошел провожать ее. По дороге она зашла в "комок" и через некоторое время вышла оттуда сияющая, будто только что нашла сто рублей.

– Вань, а я себе нижнее белье купила! Немецкое, дорогое и ужасно красивое! - ее глаза лукаво сверкнули. - Как думаешь, оно мне пойдет?

Я неопределенно пожал плечами.

– Не знаю. Это нужно смотреть на натуре, тогда я смогу сказать, идет оно тебе или нет.

– Как знать, может, ты и увидишь его на мне.

Намек был настолько прозрачным, что внутри меня что-то екнуло от этого неявно высказанного предложения. Но тут появились ее коллеги из банка, поэтому мне не удалось развить эту тему…

Потом, когда мы опять остались вдвоем, она вдруг поинтересовалась:

– Ты, наверное, считаешь меня шлюхой?

– С чего это ты взяла? - удивился я.

– Не отпирайся, - оборвала она меня. - Я слишком много об этом говорила.

– Знаешь, Лариса, я разбираюсь в людях лучше, чем ты. Наговорить можно всякое. Я никогда не вешаю на людей ярлыки, не убедившись в правильности своих суждений.

– А в жены ты меня взял бы? - последовал абсолютно неожиданный вопрос, заставивший меня задуматься.

Я покачал головой.

– Я думаю, ты не сможешь жить со мной, Лариса. Я слишком тяжелый человек.

– Я тоже не сахар, - возразила она.

– Ты много тратишь на себя, а я никогда не смогу обеспечить твои прихоти.

Я могу только обещать, что на еду, на необходимые расходы хватать будет, а на все остальное… К тому же ты не из тех женщин, которые всю жизнь верны одному мужчине.

– А ты сам разве можешь гарантировать, что не будешь изменять?

– Могу, если буду любить свою жену. А с нелюбимой женщиной я сам жить не буду.

– А вот если она будет любить тебя, но изменит? Что ты сделаешь? Побьешь?

– А разве такое возможно? - искренне удивился я. - Разве может человек, который любит, изменять?

Лариса покачала головой.

– Какой же ты еще глупенький, Ваня! Жизни совсем не знаешь… Ну, так как насчет моего вопроса? Побьешь?

– Нет, - ответил я. - Я просто расстанусь с ней, навсегда…

– Даже если она попросит у тебя прощения? - не унималась Лариса. - Если действительно раскается?

– Может быть, и прощу. Но во второй раз - нет!

– Какой ты строгий! Ну, а если бы ты ничего не знал? Ведь чаще всего именно так и бывает.

– Конечно, в этом случае проще, - ответил я. - Только ведь правда рано или поздно всплывает. Я все равно узнаю. А женщина, которая сделает мне плохо, будет наказана.

– Как? - поинтересовалась Лариса, заинтригованная таким заявлением.

– Я лишу ее всего - красоты, материального благополучия, здоровья, поклонников. Поверь, я могу это сделать!

– И ты, в самом деле, способен так сделать? - она пытливо заглянула в мои глаза.

Я вспомнил Леночку и содрогнулся.

– Способен.

– А ты не умеешь прощать, - заметила Лариса, отводя взгляд.

– Простить можно все, но предательство…

Некоторое время мы шли молча. Потом она вдруг спросила:

– Ваня, я тебе нравлюсь?

Воистину, это был день сюрпризов! Не успел я опомниться от предыдущих заявлений, как получил новое!..

Я решил не играть с ней в кошки-мышки и откровенно признался:

– Да.

– Но если это так, неужели тебе не хочется переспать со мной?

Вот те раз! А я-то уже было подумал, что Лариса… На самом деле, она всего лишь пыталась подвести меня под знакомый ей тип мужчин. "Ладно, – решил я, - давай поиграем".

– Конечно, хочу. Что я, не мужчина?

Она как-то странно посмотрела на меня и вдруг сказала:

– Ладно, Ваня, иди домой. До свидания…

Какие мысли бродили у нее в голове в это время? Ах, если бы я мог их прочитать и узнать, что она думает! Меня удивила ее реакция на мой ответ. Неужели я ошибся? Тогда чего она добивается? Чего хочет от меня?..

Я, конечно, не монах. А она довольно-таки красивая женщина. Я готов полюбить ее, но боюсь. Хочу приступить к решительным действиям и не решаюсь. Почему?.. Потому что чувствую, что надо мной висит какой-то злой рок. Пока я с девушкой просто общаюсь, все идет нормально. Но стоит мне решиться на что-то серьезное, как все отношения начинают рушиться прямо на глазах! Вот так!..

 3 марта 1992 года (из дневника Ивана П.).

Наступила весна - пора любви, а я опять поругался с Ларисой. И на этот раз, кажется, серьезно.

Она стала приставать ко мне, чтобы я заменил свои передние зубы фарфоровыми. Я наотрез отказался, потому что не видел в этом смысла. Ну и что, если у меня неправильный прикус! Я не намерен менять их ради прихоти какой-то бабы, тем более что на зубы я никогда не жаловался, в отличие от многих людей…

Тогда Лариса мне намекнула, что скоро 8 Марта, и ей хотелось бы получить от меня подарок - духи. Но в ответ я назвал ей сумму, которую могу выделить на подарок, и которой явно не хватало на духи. Тогда она сказала, что я могу оставить эти деньги себе. Я почувствовал раздражение и заявил ей, что не намерен выбрасывать свои средства просто так, если ничего за это не получу взамен. (Наверное, я ляпнул глупость, но мне не нравятся такие разговоры.) Тогда она сказала, что со мной у нее никогда и ничего не получится, потому что я - голь перекатная, не могу никуда сводить женщину и, вообще, с меня и взять-то нечего.

– Ты что, хочешь опять со мной поссориться? - прямо поинтересовался я.

– Да! - ответила она с вызовом.

– Давай. Только учти, это, может быть, навсегда…

Под конец разговора мы обменялись с ней впечатлениями.

– Я была о тебе лучшего мнения, - сказала она.

– Я тоже, - не остался в долгу я.

И мы разошлись, как в море корабли. Теперь я действительно стал одинок. Толик далеко. Володя меня не поймет и не будет слушать. Да и не хожу я к нему уже давно. Так что и рассказать-то некому о своей обиде.

Маме?.. Вот она-то точно меня не поймет…

 6 марта 1992 года (из дневника Ивана П.).

Сегодня приснился мне сон. Будто Наташа из банка стала моей девушкой! Вроде, я с ней целовался и гулял. И вдруг приехал Толик, почему-то на мотоцикле и с большим пулеметом. Мы обрадовались нашей встрече. И в этот момент я замечаю, что Наташа уходит. Мне и ее бросать не хочется, и Толю после столь долгой разлуки оставлять было бы свинством с моей стороны. Получилась ситуация, как у знаменитого буриданова осла, застрявшего между двумя охапками сена… В общем, я остался с Толиком.

Наверное, так оно и должно быть, - любовь приходит и уходит, а дружба остается…