Дженни Ниммо - Призрак из прошлого (Чарли Бон - 2)

Из прихожей дядя прямиком устремился к себе и заперся, а Чарли отправился на кухню, чтобы отчитаться маме и Мейзи о результатах эксперимента.

- Ну, как прошло? - с живым интересом спросила мама. - Без проколов?

- Великолепно! - соврал Чарли.

- В следующий раз я с ним схожу, - предложила воодушевленная Мейзи. - Бедненький Патон, у него была такая тоскливая жизнь, а теперь, если он сможет гулять днем, все-таки ему будет повеселее.

Чарли огляделся: чародея Скорпио было не видать.

- А где картина? - спросил он.

- Вот уж не знаю, - отозвалась мама. - Наверно, бабушка Бон унесла к себе.

Но бабушка Бон сделала кое-что другое, ибо, ложась спать, Чарли обнаружил картинку в темной рамке у себя на подушке.

- Ах так, - мрачно сказал он сам себе, а точнее, теткам. - Хотите, чтобы я полез внутрь? Полезу, но только когда пойму, что готов. И когда пойму, что от него может быть польза.

Прежде чем запрятать картину в ящик комода под слой носков, Чарли еще разок глянул на седовласого колдуна. Скорпио повернул к нему голову и скрипуче произнес:

- Добро пожаловать, дитя Алого короля!

Чарли быстренько задвинул ящик. Интересно, а насколько опасно забираться внутрь картины и тем более просить чародея о помощи? Раз Генри нужно спасти, пока до него не добрался старик Иезекииль, магическая поддержка не помешает.

Глава 12

«В ПОДЗЕМЕЛЬЕ ЕГО!»

Остаток выходных Генри Юбим просидел в потайной комнате у кухарки.

- Высунешь отсюда нос - мигом попадешься, - предупредила она мальчика. - И что тогда с тобой станется? Имей в виду, кое-кто в этом заведении спит и видит, как бы от тебя избавиться!

- Кузен Зики, кто ж еще, - подавленно сказал Генри. - Так и не может мне простить, что я вмешался, когда он пазл складывал.

- Если это Иезекииль, - сказала кухарка, - то представь, каково ему: он-то уже древний старик, одной ногой в могиле, и тут, откуда ни возьмись, объявляется мальчишка, которого он прикончил, как ему казалось, - все такой же юный, и у него, то есть у тебя, еще вся жизнь впереди.

Генри не выдержал и заулыбался:

- Ух и разозлился же он!

- О да. Но нам-то с тобой совершенно не надо, чтобы он загубил твою жизнь! Что скажешь?

- Согласен, - кивнул Генри, которому тем не менее никак не удавалось вообразить, что же за жизнь его ожидает.

Кухарка занялась приготовлением обеда. Позже к ним должна была присоединиться миссис Блур, поэтому Генри помог накрыть стол в маленькой комнатке на три персоны, а затем свернулся клубочком в кресле и стал слушать историю кухарки - поистине удивительную историю.

Кухарка и ее младшая сестра, Перл, когда-то жили вместе с родителями на некоем северном острове. Отец их, Грегор, был рыбаком. Когда девочкам исполнилось соответственно пять и шесть лет, стало ясно, что обе они не что иное, как живые талисманы. Всякий раз, когда они провожали отца в море, он неизменно возвращался с богатым уловом, едва умещавшимся в его лодчонке. Вскоре весть об этом разнеслась повсюду, и на остров стали стекаться желающие купить у Грегора рыбу. Отец девочек разбогател, купил весь остров и построил на нем роскошный дом с потрясающим видом на океан. И вокруг острова всегда царила прекрасная погода, а морские волны были спокойны. Ходили слухи, что Грегор обязан этим волшебному дару своих дочек - дару спокойствия и удачи.

В один прекрасный день на остров заявился некий молодой человек.

- На вид довольно пригожий, - описывала его кухарка, - но было в нем что-то неприятное, отчего у нас с Перл мурашки по коже побежали. Оказалось, что он решил жениться на одной из нас, а на которой - ему было решительно безразлично. Мне тогда было шестнадцать, сестре пятнадцать, и отец указал ему на дверь: «Ступайте-ка восвояси, Гримвалд (так представился гость). Ступайте. Слишком юны еще мои дочурки для замужества. Пусть сначала мир посмотрят, а потом уж и гнездо вьют». Так сказал отец, но гость упорствовал. «Мне нужна любая из ваших дочерей, и именно сейчас, - настаивал он, - пока они еще молоды. Мне нужны их чистота, красота, очарование и свежесть. А главное, мне нужны покой и удача, которые они приносят». Эти слова пришлись отцу не по нраву, и он вновь ответил отказом. И тогда Гримвалд начал нам угрожать. Недосолено, - прибавила кухарка, пробуя мясо.

- А дальше? - взмолился Генри.

- А дальше было вот что, - продолжала кухарка. - Отец велел Гримвалду убираться прочь с острова, и тот в конце концов повиновался, но, прежде чем исчезнуть, обрушился на нас с бранью. «Ах, вы возомнили, будто повелеваете океаном, маленькие поганки? - кричал он. - Так нет же! Скоро, очень скоро вы убедитесь, что я куда могущественнее вас! Помяните мое слово, вы еще будете у меня в ногах валяться!» Ах, кабы мы знали, что он прав! - печально вздохнула кухарка. - Прошел год, и мы с Перл уехали с острова. Мы путешествовали по всему свету, и кружились в танцах, и кружили головы, и обе встретили себе кавалеров по сердцу - удивительно, оба оказались моряками. Воротились мы домой, спросить благословения у родителей, а вместо дома… - Кухарка прерывисто вздохнула и невольно подсолила мясо крупными слезами.

- Что там было вместо дома? - замирая, спросил Генри.

- Ничего там не было, - махнула рукой кухарка. - Все исчезло - остров, наш дом и сами родители. Все погибло в цунами - величайшем цунами в истории тех мест. Мы заподозрили, чьих это рук дело, а когда оба наших жениха утонули, уже точно поняли: это все Гримвалд устроил!

Генри ахнул:

- То есть он мог…

- Вот именно, он мог повелевать стихией воды, как ему заблагорассудится. Тогда мы с сестрой приняли решение расстаться: путешествовать порознь было безопаснее, так нас труднее было признать. Пришлось нам скрываться, держаться в тени и искать работу там, где ему и в голову бы не пришло нас искать. Но где бы мы ни оказывались, мы с Перл старались приносить пользу, и главное - оберегать детей. Однажды я выяснила, что академии Блура требуется кухарка. Я слыхала, что когда-то здесь был двор Алого короля, и решила, что смогу помочь некоторым из учеников. Я подумала, что им, наделенным необычными дарованиями, как мы с Перл, нелегко придется в жизни. - Кухарка вдумчиво облизнула ложку, которой помешивала соус, удовлетворенно хмыкнула и накрыла кастрюльку крышкой.

Генри не терпелось узнать продолжение истории, но маленькая угловая дверца отворилась, и в комнату беззвучно проскользнула миссис Блур, так что кухарка пригласила всех к столу. Отужинав, миссис Блур помогла хозяйке вымыть посуду и так же беззвучно и понуро удалилась в свое убежище в западном крыле.

- Какая она всегда печальная, - заметил Генри, бережно расставляя фарфоровые тарелки в буфете.

- Не то слово, - покачала головой кухарка. - Если бы только она могла стать такой, какой была, пока эти злодеи не сломали ей руку!