Стивен Харпер - Черная тень

Поблагодарить оказалось куда легче, чем представлялось мальчику. И Ара будет его наставницей. Кенди почувствовал себя особенной, прямо-таки исключительной личностью. Такого ощущения он не испытывал уже давно.

Тем временем монстр, управляемый Джереном, оторвал голову монстру Кайта. Мальчишка от досады вскрикнул. Зеленые глаза Джерена светились удовлетворением.

— Хочешь, еще поиграем?

— Думаю, вам стоит заняться другими делами, — заметила Ара. — А Кенди пора отправляться на занятия по пилотированию. Дорна, ты проводишь его на летное поле?

Девушка кивнула, а мальчика захлестнула новая волна возбуждения и радости. Он будет учиться летать! И Кенди опять представил, как управляет межзвездным кораблем, как маневрирует между астероидами, уклоняется от вражеского огня…

Как разносит в щепки корабли работорговцев!

Вдвоем с Дорной они шагали, громко стуча подошвами по деревянному покрытию подвесных переходов, а на лице Кенди все так же блуждала счастливая ухмылка. Монастырь уже проснулся, и жизнь вокруг била ключом. При ярком солнечном свете мечты мальчика о космических пространствах слегка потускнели, и он внезапно заметил, как много вокруг чед-балаарцев. Было очень трудно не пялить на них глаза.

— Да смотри, ничего страшного в этом нет, — сказала ему Дорна. Ее голос звучал непривычно мягко, тихо, едва слышно.

Кенди слегка смутился, осознав, что его интерес оказался настолько очевидным.

— Они не считают это чем-то невежливым. Напротив, им представляется странным обычай людей не смотреть в упор друг на друга.

И Кенди с удовольствием дал волю своему любопытству. Чед-балаарцы были не похожи ни на одно живое существо, какое мальчику доводилось когда-либо видеть. В их движениях чувствовалась мощь и в то же время грациозность. Один из чед-балаарцев, поравнявшись с ними, приветственно кивнул, и Кенди, следуя примеру Дорны, едва успел поднести пальцы ко лбу.

— Ты скоро к ним привыкнешь, — произнесла девушка все тем же необычно тихим голосом. Кенди подумал, может быть, она не очень хорошо себя чувствует или просто устала. — Я тоже смотрела во все глаза, когда впервые сюда попала, но сейчас и они, и другие инопланетяне среди членов ордена совсем не кажутся мне чем-то удивительным.

— Привыкну, наверное, — отозвался Кенди. — А клацанье зубами и свист, что они издают, это их язык?

— Ну да. Я еще не очень хорошо его понимаю, но стараюсь научиться. Бак и Люсинда знают язык чед-балаарцев намного лучше.

— Бак и Люсинда?

— Это мои друзья. А вот и лестница. Нам надо спуститься почти до самой земли.

Вокруг ствола секвойи обвивалась ведущая вниз широкая лестница. Он с Дорной спускались по ней, и к Кенди опять вернулись радостное настроение. Он будет летать! Пока ему не представилась такая возможность, мальчик и сам не понимал, насколько сильно в нем это желание. В конце концов, дети, выросшие в бедных кварталах Сиднея, и уж тем более, разумеется, рабы-болотники с лягушачьей фермы вряд ли могли мечтать стать пилотами космических кораблей. А он им непременно станет!

Взлетно-посадочной полосой летного поля служил ствол упавшей секвойи — такой громадной, что представлял собой почти плоскую поверхность. Он был очищен от коры, а по обеим сторонам ствола возведены широкие платформы. На одном конце выкорчеванные корни гигантского дерева вздымались вверх гигантским клубком; здесь был устроен небольшой ангар. Упавшее дерево образовывало в зеленой кроне ветвей прогалину, позволявшую летательным аппаратам беспрепятственно подниматься в небо.

На одной из боковых платформ стояли два небольших самолета. Кенди подумал, что по виду они похожи на перевернутые велосипеды, к каждому из которых сверху приделано по какому-то исковерканному зонтику — на одном красного цвета, на другом — зеленого. Над двигателем того, что венчал красный зонтик, склонились две фигуры. Мальчик и Дорна подошли ближе, и один из двоих выпрямился. Ростом он был совсем невысок, даже на несколько сантиметров пониже Кенди; в чертах лица проглядывало нечто, свойственное народам азиатского континента Земли.

— Ты Кенди? — спросил он. — Меня зовут Тошиба, я буду твоим летным инструктором.

Он протянул мальчику руку. Кенди приготовился к удару и пожал протянутую руку. Но удара не последовало. Тошиба улыбнулся.

— Я не Немой, — объяснил он.

Мальчик не успел ответить, когда послышался уже знакомый голос:

— Привет, Кенди. Рад снова тебя видеть. Ну как, доел свой кофе?

Сердце мальчика забилось сильнее. Вторым человеком, склонившимся над самолетом, оказался Питр Хеддис. В его карих глазах сверкали искорки с трудом сдерживаемого смеха. У Кенди пересохло во рту.

— Привет, Питр, — выдавил он. — Я тоже рад. С кофе у меня, конечно, страшно глупо получилось. А ты что здесь делаешь?

— Вы знакомы? — спросил Тошиба.

— Познакомились сегодня утром за завтраком, — заявил юноша с улыбкой. — Кенди расплескал мой кофе, а в свой бросил такое количество сахара, что, я думаю, надолго обеспечил работой своего дантиста.

Мальчик почувствовал, как щеки у него прямо-таки заполыхали. Дорна фыркнула.

— Я пойду, — объявила она, — у меня еще есть дела. — Смотрите, ребята, не разбейтесь.

— Питр должен скоро получить лицензию инструктора, — объяснил Тошиба. — Ему необходимо пройти практику, и поэтому он будет твоим личным инструктором. А я, разумеется, помогу, если возникнет какая-то сложность. Ты не против?

Кенди судорожно сглотнул.

— Нет, конечно, — выдавил он.

Юноша хлопнул Кенди по плечу.

— Тогда вперед.

— Я что, прямо сегодня буду летать? — ошеломленно спросил мальчик.

— Ну да.

Кенди заморгал глазами.

— И что, никакой теории, никаких инструкций? Без всяких лекций?

— К этому мы, конечно же, обратимся, — сказал Питр. — Но с этими малютками самое главное — практика. Если хочешь научиться летать, надо летать. Там есть специальные приборы гравитации, которыми можно управлять снизу, поэтому если что-нибудь пойдет не так, мы здесь, на земле, — ну, то есть компьютер — возьмем управление на себя и посадим самолет. Так что не волнуйся, ничего страшного с тобой произойти не может.

— А космическим кораблем учатся управлять точно так же?

— Об этом говорить пока рановато. Образно говоря, сперва надо научиться ходить, а потом уже летать, — отозвался юноша. — Ты должен сначала почувствовать движение в воздухе, пространство под крылом, и самое лучшее для этого — начать с небольших самолетов. Потом займемся более сложными моделями. Оглянуться не успеешь, как перейдешь на сверхскоростные. Ну что, готов?