Валерий Нечипоренко - Агент чужой планеты

-- Вы, наверное, знаете Когтева?

Краешком глаза заметил, как вздрогнула Алина.

-- Константина Петровича? Конечно! В деловом мире его все знали, -ответил Леонид.

-- Что-то давненько его не видать. Да и за его персональным столиком какие-то другие люди... Очень странно!

-- Когтеву теперь не до ресторанов.

-- А что случилось? -- удивился я.

-- Разве вы ничего не слышали? -- в свою очередь удивился он.

-- Нет, -- простодушно признался я. -- Только что вернулся из-за границы...

-- Так слушайте, -- словоохотливо начал Леонид. И, склонившись над столом, зашептал: -- Ходят слухи, что он хитростью выманил у больших людей разрешение на вывоз фондовых материалов. Получил, ну и, естественно, запустил в оборот. Только этот орешек оказался ему не по зубам. Кому-то он страшно не потрафил, вот и напустили на него обэхаэсэс, -- при последнем слове Леонид готов был перекреститься, как суеверная старушка при упоминании черта. -- А тут и его враги подключились. Компромат, разумеется, нашли. Кто-то из больших людей лично санкционировал эту проверку. Так что откупиться было никак нельзя. Он слишком рискнул, не ожидал, что так повернется. Ну, завели дело, передали материалы в суд. Процесс шел недолго. Двенадцать лет с конфискацией! Кто бы мог подумать! Могущественнейший был человек! Я, например, себя уважаю и всякие ходы-выходы знаю, но, скажу откровенно, ему и в подметки не гожусь. А теперь... Конец Когтеву! За этим столиком ему еще не скоро придется посидеть. Если вообще придется. Не дай Бог никому! -- И он залпом осушил бокал.

-- Ты бы придержал язык! -- неожиданно вспылила Алина. -- Неужели не видишь, что он вынюхивает?

-- Алина, вы несправедливы ко мне, -- улыбнулся я.

-- Ой-ой! -- скривилась она. -- Нашел кому баки заливать! Да я тебя насквозь вижу!

-- Перестань! -- прикрикнул на нее Леонид. -- Заткнись со своими советами, дура!

Она обиженно замолчала, а он опять улыбнулся мне и хвастливо заметил:

-- Я стукачей и прочую шушеру за версту чую. А вы -- человек порядочный. Я это сразу понял. Вы -- наш.

Мы выпили за людей, умеющих крутиться, и за то, чтобы в один прекрасный день ОБХСС с полном составе отправили на пенсию.

Затем обменялись визитками, и Леонид повторил приглашение посетить его магазин. Я уже давно снял биополе, но, похоже, Леонид воспылал ко мне дружескими чувствами.

Зато эта стерва Алина так и кипела злобой. Я чувствовал, что она с наслаждением запустила бы в меня тарелкой. Она кусала губы, дерзила и поминутно награждала меня взглядами, полными откровенной ненависти. Надо было предпринимать что-то радикальное.

Тем временем веселье в зале достигло апогея. Дым висел коромыслом, со всех сторон доносился нетрезвый смех, на танцевальном пятачке творилось что-то невообразимое. И только за нашим столиком медленно, но верно собиралась гроза.

-- Разрешите пригласить вашу даму на танец? -- вежливо обратился я к Леониду.

-- О чем речь, дорогой! Конечно!

-- Я не хочу! -- с вызовом ответила она.

-- Э, брось ломаться, -- процедил Леонид. -- Сделай приятное нашему другу. Тебя не убудет.

Она поднялась с каменным лицом и молча направилась к эстраде, я -следом. Когда моя рука легка ей на талию, она передернулась.

-- Мне показалось, что ваш спутник не слишком ценит вашу красоту. -- Я решил проторить дорожку к ее сердцу древним испытанным способом -- через комплименты.

-- Вам-то какое дело?! -- дерзко бросила она. -- Свалились на нашу голову, испортили настроение, напакостили, а теперь еще чего-то хотите!

-- Прошу простить, если что-то не так. Я готов немедленно искупить свою вину.

-- Вы легко этого добьетесь, если смотаетесь куда-нибудь подальше. Прямо сейчас.

И это говорит женщина, горячо шептавшая мне "миленький..." и не скупившаяся на ласки! Притом по доброй воле!

Мне вдруг страстно захотелось вернуть ее былое расположение.

-- А что если нам исчезнуть отсюда вместе? Вы мне очень нравитесь, Алина. -- Ход немножко рискованный, но я был готов подкрепить его в нужный момент биополем.

-- А ты мне -- нет! -- в сердцах воскликнула она.

-- Отчего же?

-- Рожа у тебя слишком постная, меня от нее тошнит. Ну чего привязался, прощелыга?!

На нас начали оглядываться.

Постепенно и мое терпение таяло. Ах ты, шлюха, подумал я. Кому ты пыль в глаза пускаешь?!

-- Сколько он обещал заплатить?

-- Да как ты смеешь, подонок! Придержи свой грязный язык! От него смердит!

-- Алина, не ломай комедию. Я все про тебя знаю.

-- Что ты знаешь, что? -- Она остановилась, прекратив нервный танец и уперев руки в бока.

-- Например, твою таксу. Хочешь, заплачу в десять раз больше? Я -выгодный клиент.

-- Погоди-ка! -- Она откинула голову назад. -- Я с тобой сама рассчитаюсь. Получи на бедность! -- И звонкая пощечина отпечаталась на моей щеке.

От неожиданности я "потерял лицо", забыв на минуту о биополе. Вокруг послышались смешки, одобрительные возгласы. Танцующие расступились, а затем снова сомкнулись, скрыв от меня Алину.

Девчонка исчезла, а я стоял как отвергнутый, вызывающий насмешки истукан. Глупейшая ситуация! В некотором смысле я оказался в том же пикантном положении, что и некогда Китель. Позор! Я унижен дешевой потаскушкой!

Я бросился на улицу.

Тварь! Подлая продажная девка! Я хотел сделать ей приятное, избавить от докучливого клиента, предложить помощь. И вот -- благодарность.

По-прежнему накрапывал дождь. От мокрой листвы веяло свежестью. В окнах гас свет. Город засыпал.

Постепенно я успокоился.

Ладно, я все равно приручу ее. Завтра она запоет другие песни. Тоже мне -- святая мадонна!

Постой-ка, но ведь она -- диз! (Или диза?) Я должен немедленно сообщить о своем открытии Мамалыгину. И что тогда?

Вдруг диарцы возьмут ее под свою опеку? Тоже дадут все, включая биополе? В этом случае я потеряю Алину навсегда. Нет, ее нельзя "раскрывать". По крайней мере до той поры, пока я не добьюсь от нее взаимности. Только не надо пороть горячку! Сначала все взвесим, обмозгуем и лишь затем возьмемся за дело.

Нелепейший выдался вечерок!

Все, что мне оставалось, это отправиться восвояси.

Мелкий дождик все же основательно промочил меня. Дома я с удовольствием принял горячую ванну, переоделся и уселся перед телевизором с чашечкой кофе. Но не успел сделать первый глоток, как раздался телефонный звонок.

Я снял трубку:

-- Слушаю.

-- Это ты? -- послышался чей-то До удивления знакомый голос. Но чей именно -- сразу сообразить не получилось. Столько народу перебывало в моих компашках!

-- Кто говорит?

-- Сейчас узнаешь, вшивый гипнотизер...

Да, я узнал, и по моей спине пробежал холодок.

-- Макс?

-- Он самый. Не ожидал? Ка-азел! Тебе удалось выкрутиться, как ужу, ты большой проныра, ты свалил Кителя и упек его на нары, но меня-то ты не проведешь. Я тебя сразу раскусил и знаю, чем тебя взять. Готовь белые тапочки, падла!