Инна Зинченко - Точки над Ё или ключ от всех замков

Корк что - то прострекотал. Преодолевая страх т отвращение, я погладила опасное существо и по его реакции я поняла, что ему это понравилось. А, что, зверюшка, как зверюшка - ничего особенного. Корк обвился вокруг моей руки, и всё у меня внутри похолодело - я вспомнила, как лихо расправились корки с Краком и Марзой. Но Гоша даже не думал выпускать свои смертоносные шипы. Он висел на моей руке и что - то ласково стрекотал. Я осторожно сняла его с руки и положила в стеклянную коробку, которую мне вручил Таракс. Гоша свернулся клубком и, кажется, заснул.

Ну вот, я уже начинаю потихоньку обрастать здесь хозяйством - видимо, мне никогда не выбраться из этого мира. Я заплакала от тоски и безысходности. Ну почему именно я? Вечно я влипаю во всякое дерьмо! Я больше не хочу быть ключом! Плевать я хотела на свой редкий дар. Хочу домой, к маме, к папе! Я подошла к окну и увидела всю ту же безрадостную картину - снег и тёмные башни, в которых обитают жрецы со всем своим хозяйством. Издалека башни были похожи на гигантские столбы или торчащие из земли огромные пальцы. Верхушки башен тонули в облаках. А снег…

Обычно я радуюсь снегу - он всегда напоминает мне детство, но здесь он меня раздражает. Раздражает даже больше, чем жара на Тартре.

Кто - то постучал в дверь. Это уже что - то новое. Здесь никто ни на кого не обращает внимания - всё всем по барабану. И в гости здесь ходить не принято, тем более ко мне. Кому я нужна?

– Войдите - робко сказала я.

Никогда никому я так не радовалась! Никогда я не была так счастлива! Передо мной стоял Соф! Ноги у меня подкосились и я медленно, как пена в кружке с пивом, осела на пол. Я всё ещё не могла поверить своим глазам.

– Соф? - Недоверчиво спросила я.

– А кто же ещё?

Это его голос! Вокруг лютовала зима, а у меня в душе чирикали птички и цвели цветы.

– Как ты сюда попал?

Он улыбнулся - такая торжествующая улыбка триумфатора.

– Понятия не имею. Мы искали тебя, и Счастливчик вывел меня к тому месту, где находится переход в этот мир. Именно в этот, представляешь?

– Если за это дело взялся Счастливчик, то в этом нет ничего удивительного. Кстати, а где он сам?

– Он остался на Колыбели. Нам надо отсюда выбираться.

– С радостью. Скажи, а твой скарр с тобой?

– А где ему ещё быть? Я запомнил место, где находится коридор. Мы быстро отсюда выберемся.

Однако моя радость быстро потухла, как костёр во время дождя. Я кое - что вспомнила.

– Соф, мой скарр…

– Я знаю. Он у Мастеров.

– Что мне делать? Знаешь, мы должны побывать в одном месте - чутьё мне подсказывает, что это необходимо.

Он привычно поковырялся у меня в голове и всё понял. Теперь он знает всё, что знаю я. Всё - таки это очень удобно.

Тихо, без шума и писка мы пробрались на самый верхний этаж, в святая святых - верхний храм. С Софом я чувствовала себя гораздо увереннее.

Верхний этаж ничем не отличался от всех остальных, и я даже усомнилась в том, стоило ли нам сюда забираться. И вдруг от стены отделилась тёмная фигура и направилась к нам - стражник, мать его так! Соф ничего не успел сообразить, когда мой Гоша метнулся к стражнику. И вот, на том месте, где стоял стражник, уже никого нет.

– Что это за штука? Очень странная вещь. Это и есть корк?

– Да, это мой Гоша. Пошли.

Тут я обнаружила в стене дверь, которую не сразу заметила. За дверью оказалась винтовая лестница. Было темно и холодно. Это был какой - то потайной ход и куда он вёл - это вопрос. Мы могли вляпаться по самое "не хочу". Было страшно, но я слышала дыхание Софа, чувствовала его тепло, и мне сразу становилось легче.

Мы вошли в просторный, стеклянный зал. Хотя я не уверенна, что это было именно стекло. Я подняла голову и увидела небо - крыша оказалась прозрачной. Ажурные облака сыпали вниз снег, который казался продолжением какого - то замысловатого узора. Красота, какая! И пол, гладкий, блестящий, почти зеркальный. Едва мы ступила на этот пол, как по нему, словно по воде, разошлись круги. Забавно.

– Осторожнее - прошептал Соф.

– Действительно, здесь надо быть особенно осторожными. - Услышала где - то совсем рядом знакомый голос Таракса. - Как вы посмели?! - Голос его гремел, отражаясь от стен.

Невозможно было понять, где именно он находится.

– Кто вы такие?

Наконец - то я его увидела! Он стоял возле высокого постамента, украшенного блестящими алыми и чёрными камнями. Он был одет в фиолетовый хитон и держал в руках чёрный жезл, украшенный одним единственным камнем - большим фиолетовым кристаллом. Шикарное зрелище - слов нет!

– Идите за мной. - Приказал он.

Я пожала плечами. Ну, и чего, спрашивается, мы так взъерепенились?

– Мы хотели посмотреть на Таракса. - Честно призналась я.

Он никак не отреагировал на моё признание. Интересно, куда он нас ведёт?

– Послушайте, Таракс, - окликну его Соф - нам надо поговорить.

– Поговорим.

Мне трудно понять в каком он настроении - голос бесстрастный, как у автоответчика, а лица не видно. Чего от него ждать?

Слава богу, в коркарий он нас не повёл! Привёл к себе - уже легче. Конечно, теперь, когда Соф со мной, я могу не паниковать.

Таракс нервно заходил по комнате. Его бесстрастное лицо ничего не выражало.

– Для начала - наконец - то заговорил он - я хочу вам кое - что объяснить. Послушайте, что я вам скажу.

В его глазах полыхнул адский огонь - гнев потихоньку начал овладевать им, но быстро справился с ним.

– Так вы думаете, что любой может поговорить с Богом? Любой может быть жрецом? Вы думаете, что самое страшное - это нищета, болезни, потеря близких? - Он рассмеялся. - Нет! Когда человеку плохо, он вспоминает о высших силах, начинает анализировать свою жизнь, и искать где и в чём он нагрешил. Самое страшное испытание - это деньги, власть, слава… Тогда, когда всё благополучно, человек не нуждается в помощи высших сил, и не задумывается о своих грехах. Человек не задаёт себе никаких вопросов, совсем никаких.

– А какие вопросы надо задать? - Не выдержала я.

Он как - то уж очень внимательно посмотрел мне в глаза.

– Вопрос? Чем я лучше других? За что мне всё это? Одни и те же вопросы. Важны не вопросы, а ответы. Важно понять, вовремя понять, что всё, что ты имеешь - это аванс и его надо отработать. И, если ты сам не отработаешь, не отдашь, то с тебя спросят - возьмут то, что сочтут нужным.

Я задумалась. Что - то подобное я уже однажды слышала. Значит, правы варды. Не зря же соплеменники Ари, обладая огромной властью, берут для себя только самое необходимое.

– Да, - продолжил Таракс - я имею всё, о чём другие даже мечтать не могут. Но, если я однажды что - то нарушу… Мне многое дано, но я должен, просто обязан быть лучше других, тех, у кого всего этого нет. А иначе я не смогу предстать перед Тараксом. Вы знаете, что будет, если я что - то нарушу? В лучшем случае - я потеряю связь с богом и потеряю всё.