Андрей Геращенко - Тени из преисподней

- Очевидно. Более того, сон - это, быть может, какое-то биологическое поле, своеобразная голограмма, на девяносто девять процентов построенная бессознательным, - Пролович впервые высказывал свои идеи без опасения, что его сочтут сумасшедшим.

- Но как же тогда вы попадаете в чужие сны? И почему только вы, а я, например, нет?

- Я не могу ответить на эти вопросы, я сам недавно обнаружил, что могу это делать. Может быть, в таких случаях происходит взаимопроникновение полей сна или их своеобразная интерференция. Здесь нужны специалисты.

- Как вы себя сейчас чувствуете?

- Вполне удовлетворительно. Но... Но сегодня я потерял очень близкого человека.

- Дело в том, что из Минска приехал специалист по парапсихологии и он хотел бы вас немного посмотреть и побеседовать.

- Чтобы помочь засадить меня в тюрьму?

- Не думаю.

- Сегодня мне очень плохо. Не физически, конечно. Поэтому я предпочел бы отложить этот разговор на завтра.

- Но это очень хороший специалист и он мне сказал, что для него очень важно поговорить с вами именно сегодня. Иначе я бы не настаивал. Он к тому же сказал, что получил от вас очень интересное письмо.

- Письмо? Какое письмо? Как его фамилия? - оживился Пролович, вспомнив о письме, отправленном в Минск.

- Кабцев.

- Кабцев? Тогда я согласен с ним поговорить и чем быстрее, тем лучше.

- Хорошо, я сейчас его приведу, - удовлетворенно кивнул головой Боченко и вышел в коридор.

23

Минут через пятнадцать Боченко вернулся в сопровождении низенького и очень толстого пожилого человека и тут же представил Проловичу своего спутника:

- Александр Федорович Кабцев. Я вас оставлю - дела.

Толстяк плотно прикрыл дверь вслед за Боченко и внимательно посмотрел на Сергея.

"Наверное, тоже считает, что я псих", - подумал Пролович, и от досады ему и в самом деле захотелось выкинуть что-нибудь идиотское, например, изобразить собаку и укусить Кабцева за ногу.

- Я получил ваше письмо, - Кабцев первым нарушил достаточно тягостное молчание.

- Ну и как - я не показался вам сумасшедшим? Кстати, хочу предупредить, я здесь лежу с диагнозом "шизофрения".

- Меня уже об этом предупредили. Наша беда в том, что во всех случаях жизни мы, как тот страус, прячущий голову в песок, обвиняем людей в шизофрении, если они хоть как-то отклоняются от стереотипа. Я понимаю ваше состояние и, я говорю об этом совершенно серьезно, подозреваю, что вы вполне нормальный человек, - мягко сказал Кабцев и улыбнулся той особенной улыбкой, какой могут улыбаться одни только толстяки.

- Извините за мой тон, я и в самом деле немного здесь устал. Сегодня утром умерла девушка... Она была моей невестой, - Пролович смахнул рукой невольно навернувшуюся слезу и отвернулся к окну.

- От чего она умерла? - резко спросил Кабцев, но тут же смутился. Простите за бестактность, но это очень важно.

- Я еще не знаю официального заключения, но... Это может показаться вам странным... - Пролович замялся, не зная, продолжать ли ему свой рассказ.

С одной стороны, хотелось рассказать, с другой же Пролович надеялся на Кабцева и не хотел заранее давать тому повод подозревать его в шизофрении. Кабцев, видимо, понял, что делается на душе у Сергея и поспешно заверил:

- Можете рассказывать все, что случилось, я уже сказал, что не считаю вас сумасшедшим. Постарайтесь припомнить все, что с вами случилось после того, как вы отослали мне письмо. Я уже успел кое-что выяснить у вашего друга Бумагина, но пока мне не хватает кое-каких деталей. Не будем терять времени - у вас может больше не быть такой возможности поговорить со мной наедине.

Спокойный, уверенный тон Кабцева, располагал к откровенности, и Пролович начал свой рассказ. Кабцев слушал с большим вниманием, и постепенно Сергей стал говорить обо всем с полной откровенностью, стараясь припомнить мельчайшие детали. По мере рассказа Сергея Александр Федорович становился все более мрачным, а когда Пролович дошел до смерти Лиды, Кабцев буквально посерел.

- Что с вами? - удивленно спросил Сергей.

Для Кабцева Лида была совершенно чужим человеком, поэтому Проловича несколько озадачила такая реакция ученого.

- Я опоздал! Я опоздал! Неужели тень вновь появилась и появилась так быстро?! - едва слышно пробормотал Кабцев и уставился в угол, словно он был один в комнате.

- Какая тень?! - почти крикнул Пролович.

Кабцев вздрогнул, оглянулся на Сергея, медленно встал со стула и подошел к нему:

- Меня сразу заинтересовало ваше письмо о снах. Еще в древнекитайских летописях можно найти упоминание о том, что некоторые люди во время сна могут посещать других людей, приходя к ним в сны - похоже, что вы обладаете этим свойством...

Кабцев еще долго рассказывал о каких-то летописях и даосизме, поэтому Пролович не выдержал и перебил рассказчика:

- Но вы сказали о какой-то тени... Что это за тень?

- Да, я немного увлекся, простите. Помните мою статью о зомби? Так вот, зомби и в самом деле могут присутствовать и в этом я убедился из вашего рассказа. Дело в том, что из моей статьи в "Труде" цензура выбросила целый кусок одной из древнекитайских рукописей. А там был очень важный материал: один китайский летописец рассказывает, что в одной из деревень Поднебесной неожиданно начали появляться зомби. При этом он делает небольшое упоминание о том, что в сны жителей стал приходить человек с синим лицом и желтыми глазами.

- Но...

- Да, как видите, это совпадает с вашим рассказом. Вот этот человек и есть самый главный зомби, все же остальные "ожившие трупы" полностью находятся в его власти и, скорее всего, не способны на самостоятельные действия.

- А как же тот зомби, который напал на меня в квартире?

- Он почти полностью управлялся Клименчуком.

- Но... Как же мог Клименчук дожить до нашего времени с самой древнекитайской эпохи?

- А он и не доживал, он родился где-то всего лет тридцать пять назад.

- Но ведь вы сами только что сказали, что Клименчук и есть главный зомби, который описан в древнекитайской летописи?!

- Я сказал лишь то, что когда-то все развивалось по очень схожему сценарию. В этой рукописи сказано, что виной всему была Тень, явившаяся из подземного мира умерших. Она, якобы, вселилась в одного из жителей, и он стал главным зомби.

- То есть, вы хотите сказать, что какой-то черт вселился в Клименчука?

- Называйте это, как хотите, но что-то явно контролирует Клименчука. Причем мертвого Клименчука. А уже сам Клименчук управляет остальными зомби. Насколько я знаю, вас вначале обвиняли в краже трупа из морга, так? спросил Кабцев и слегка прищурил глаза.

- Да.

- Так вот, мне кажется, что их никто оттуда не крал.

- Но...