Джеймс Гарднер - Неусыпное око

— Например, говнюки? — спросила я.

— Эти отбросы… — О-Год. Он резко бросил глиссер вправо, не для того, чтобы обогнуть препятствие, а для пущей выразительности. Он был худшим из водителей: из тех, что разговаривают руками. — Вы должны видеть разницу между Высшим советом адмиралов — узким кружком, который управляет говнюками, — и нашей Фестиной. Она, может, и носит серую форму, но она не настоящий адмирал.

— Большое спасибо.

— Это правда, — настаивал О-Год. — Слыханное ли дело — адмирал-лейтенант? Они экстренно состряпали титул специально для тебя. — Он повернулся ко мне, сняв обе руки со штурвала. — Понимаете, она посадила совет в лужу перед Лигой Наций…

— Ты ничего не забыл? — уточнила Фестина, пихнув его под локоть ближе к ручке управления. — Мы тут в процессе героического спасения. Будет некрасиво, если мы размажем Фэй по дереву.

— Да нет, не то чтобы совсем некрасиво, — пробубнил О-Год. — Противообнаружительные наняты автоматически закамуфлируют место крушения. Никто ничего не увидит.

— Это не утешает! — оборвала его Рамос. Она взглянула на меня. — Мы уже должны были выйти из заглушающего поля говнюков. Так ты будешь обращаться в полицию?

— Если мы обратимся к коцам, — сказала я, — то поднимется дикая буча. Вы как относитесь к посрамлению Адмиралтейства?

— Это не я их осрамила, — зловеще ответила Рамос. — Если Высший совет санкционировал необоснованные преступные деяния, то пусть их и поджарят.

— Поджарят? — фыркнул О-Год. — Этого никогда не произойдет, девонька. Чертовы адмиралы будут подкупать всех оптом и в розницу, только чтобы все концы в воду попрятать. — Он неловко погладил меня по коленке. — Если вы не знаете, сколько с них запросить, я могу рекомендовать вам кой-кого в переговорщики. — Он подмигнул. — Я знаю нужных людей.

Ненавижу, когда дивиане подмигивают. Их веко движется снизу вверх, и выглядит это не лукаво, а омерзительно.

— О-Год прав, — отозвалась Рамос. — Отжать деньги у Адмиралтейства может быть единственной возможностью отмщения. Вытащить это грязное белье на всеобщее обозрение — может, мысль и завлекательная, но это никогда не затронет того адмирала, который действительно стоит за этим фиаско. Они там, в Высшем совете мастера отпираться, — Она пожала плечами. — И все же правительство может пользоваться этим инцидентом как рычагом, чтобы добиться поддержки флота. Выбить какие-нибудь выгодные контракты на поставку для местной промышленности… если не претят грязные деньги и зависимость экономики от адмиралтейских подачек сомнительной пользы. В любом случае ты пострадавшая. Тебе выбирать, как обыграть это.

Я ничего не хотела обыгрывать — по крайней мере, пока не пойму, что происходит.

— Вы так и не сказали мне, что делаете здесь, — заметила я. — Вы представляете корпус разведчиков? Или Адмиралтейство? Или еще кого?

— Она — «Неусыпное око», вот кто она, — ответил О-Год. — Просто сторожевой пес с суровым взглядом. Она, как говорится, проверяет флот.

— На самом деле, — поправила его Рамос, — я наблюдаю за Технократией. Адмирал Сиэл наблюдет за флотом. — Она примирительно мне улыбнулась. — Да, это сбивает с толку. В половине случаев я не знаю, что должна делать. Но О-Год прав, я исполняю роль, подобную функции твоего «Ока».

Я не стала ничего говорить — я видела, что она собирается с мыслями, чтобы дать подробное объяснение.

— Задолго до моего рождения, — начала Фестина Рамос, — два старых прозорливых адмирала создали шпионскую сеть для слежения за Адмиралтейством и всеми планетами Технократии — для надзора за неприятностями, которые флот или правители планет могли бы попытаться скрыть. Вселенная полна опасностей, Фэй, а наши колонии гораздо слабее, чем мы хотим признать. Некоторые из наших самых процветающих миров настолько враждебны к человеческой жизни, что тысячи могут погибнуть от одной неполученной поставки груза. Кто-то должен принять на себя ответственность, чтобы такое не происходило: Кто-то должен искоренить всякую коррупцию или некомпетентность, подвергающие опасности жизни людей.

— Разве этим занимается не Технократия? — удивилась я. — И каждое планетарное правительство?

О-Год издал характерный для своборесов звук, означающий омерзение: полушипение, полусвист — кстати, такой звук издает желудок дивиан перед рвотой.

— Планетарные правительства? Да вы тут на Дэмоте распустились, девонька. У правительств большинства миров головы засунуты в собственные задницы… или они продались горстке магнатов-обирал, считающих, что они могут купить себе отпущение любых грехов. Вот тут-то приходит на помощь «Неусыпное око» для проверки здравомыслия. Там, в остальной галактике, целые планеты переживают экономический крах, или экологические катастрофы, или перевороты и бунты, но сильные мира сего оставляют своих подданных в полном забвении. Кто-то должен дунуть в свисток, просигналив остальной Технократии, что начинается беда; вот мы и стали развеселой бандой сторожей. Шпионская сеть старого Чи. Ныне работающая на нашу любимую Фестину.

Рамос поморщилась:

— Подхалим. Ты так и Чи угождал?

— Не-а. Я потчевал его нелегальным спиртным и табаком. В обмен на них он подкинул мне кой-какой чудной военной аппаратуры. Иначе как бы я так оснастил этот глиссер?

— Хорошо еще, что мы постоянно начеку в отношении коррупции, — обернулась ко мне Рамос. — Чи был одним из адмиралов, основавших эту шпионскую сеть. Два года назад он умер, и я унаследовала командование. Это часть сложной сделки с Высшим советом, направленной на умиротворение Лиги Человечества. Я поймала совет на грязной игре, так что адмиралам пришлось сделать жест раскаяния в адрес Лиги. Не успела я опомниться, как меня возвысили до адмирал-лейтенанта и главного шпиона.

— И это доказывает, что они были целиком в ее руках. — О-Год захихикал. — Эти свиньи скорее демонтируют целиком сеть или назначат ответственным какого-нибудь бесхребетного лизоблюда, который будет плясать под их дудку. Но мы, тайные агенты, в большинстве своем из бывших разведчиков, и черта с два мы будем подчиняться приказам какого-то адмиралтейского урода. Для начала мы обрели бы независимость. Поэтому совету пришлось назначить Фестину и надеяться, что, может быть, им удастся контролировать ее лучше, чем старого Чи. Ха, размечтались.

Он презрительно засмеялся, а глиссер закачался в унисон его кудахтанью. Вжик, вжик, вжик — цепляли кусты наше шасси. «О-Год», в смысле «О Боже!», думала я.

— Ну, ты сегодня прямо в ударе, — подметила адмирал.