Игорь Смирнов - Гармана

- Спасибо, почтенный отец. - Начальник отряда подозвал одного из светоносцев. - Прошу вас сейчас же сжечь верхнюю одежду эрата Лоэра. Дадим ему что-нибудь попроще...

Лоэр слабо улыбался, глаза его постоянно закрывались, все происходящее казалось нереальным, словно после выпитого вина. Он послушно позволил снять с себя платье Мара, облачить в иное - нечто среднее между гражданским и военным - и так же послушно поехал с навахами в стойбище. Их нагнал начальник отряда светоносцев.

- Отважный Лоэр, - спросил он неуверенно, - вы ничего не хотите передать Синему Пустыннику?

Лоэр словно очнулся после продолжительного забытья:

- Я давно ищу встречи с ним. Кажется, он славный малый, эрат.

- А вы... разве вы не знаете? Он же ваш брат!

- Гар?!

- Конечно. Я думал...

- Гар - Синий Пустынник? - Лоэр преобразился, ожил, глаза снова заблестели. - Рыба в небе... Где... где же мне разыскать его?

- Пока нигде. Вам надо выздороветь. Навестить вас он вряд ли сможет, да и вы после поправки не застанете его там, где он сейчас. Поскольку в Эле встреча не состоялась, он просил вас ехать в Сурт. Только будьте осторожны, не забывайте Кло Зура!

- Да, да...

- Так что же передать вашему брату, эрат?

- О! - У Лоэра сдавило дыхание, снова закружилась голова. Передайте... передайте ему: я с ним... всегда с ним... Я жду его...

13. У НАВАХОВ

Навахи часто навещали Лоэра, пока он болел. Приходил и старейшина Опар. Садился рядом, степенно поглаживал свою длинную жидкую бороду и всегда начинал с одного и того же вопроса:

- Стало быть, скоро покинешь нас?

Лоэр привык к этим словам и тоже всегда отвечал одинаково:

- Что делать, почтенный эрат? Не отсиживаться же мне в вашем благодатном селении. Надо браться за дело.

И в этот раз Опар сказал то же, что говорил уже не раз:

- Подумай хорошенько, прежде чем уходить.

- Я думал. Много думал.

- Ничего ты не думал. Начальник отряда светоносцев сказал, будто за казнь какого-то пронома ты приговорен к смерти.

- Что же вы предлагаете, почтенный эрат? - спросил Лоэр.

Опар немного помолчал, раздумывая.

- Вся луговая степь в подчинении Синего Пустынника и давно ждет сигнала... Есть тут один тысячник, шел бы к нему.

- Нет. - Лоэр покачал головой. - Я отправляюсь в Сурт. В пути я пойму многое - и тогда буду знать, что мне делать. Вот если бы Гар... Вы имеете связь с Эргантом, почтенный эрат?

- Нет. И не возьму в толк, где его искать. Может, будет посыльный от него? А в столицу не ходи: суперат тебе живо голову снимет!

Лоэр отлично понимал всю рискованность свей затеи и все-таки ни дня не хотел оставаться в неведении. Он не мог бездействовать, не мог находиться в стороне от событий, пусть пока непонятных и жутких...

Они долго сидели молча. Потом Опар спросил:

- Выходит, уедешь все-таки?

- Уеду.

- Ну, как знаешь. Дам тебе десяток надежных ребят, а там - твое дело.

- Спасибо, почтенный эрат, только поеду я один.

Вошедший в шатер знахарь прервал беседу. Опар стал прощаться. Уходя, он спросил, как скоро больной может покинуть поселение.

- Не раньше, чем солнце двадцать девять раз поднимется из мрака.

- Но это невозможно! - воскликнул Лоэр.

- А я и слушать не стану, - проворчал старый знахарь. - Крепкое тело - крепкий дух, молодой эрат, а немощный - вроде сорняка, сосущего питательные соки земли...

Через несколько дней знахарь предложил Лоэру самостоятельную прогулку пешком до Большой Излучины, с обязательным отдыхом и не дольше, чем тень от солнца сдвинется на две ступни. Потом заставил уходить надолго и возвращаться лишь к вечеру, потом - бегать, выполнять работу в поселении, упражняться с молодыми воинами. Чем дольше, тем нагрузка становилась ощутимее. К исходу тридцатого дня знахарь встретил вернувшегося из степи Лоэра и, уронив голову на грудь, долго держал его руку в своей.

- Все, - наконец негромко сказал он. - Вы здоровы и... можете ехать в свой Сурт.

Подошел почтенный Опар и задумчиво посмотрел вслед удалявшемуся знахарю.

- Он сделал свое дело, - сказал старейшина и дал знак Лоэру следовать за ним.

Они молча зашагали по улице. С площади доносился шум: там готовились к торжественному ужину. В воздухе стоял запах жареного мяса. Люди торопливо сновали взад и вперед, что-то неся в руках, ненадолго останавливались, чтобы перекинуться последними новостями, а затем снова спешили по своим делам. Возле небольшого шатра, подобно статуе, замер в неестественной позе молодой пастух. Взгляд его медленно переходил с одного предмета на другой, словно он старался восстановить в памяти что-то очень важное.

- Что с ним? - спросил Лоэр, останавливаясь.

- То же, что и со многими. - Опар вздохнул. - Это рептон. Их у нас уже четырнадцать.

- И у вас началось...

- А чем мы лучше других?.. Пятеро умерли, не выдержали. Осталось двое. Остальные сбежали: объявился тут возле Бухты Жемчужных Струй диковинный человек и разослал во все края Страны гонцов с кличем: "Рептоны, ко мне! Я защищу вас!" Один гонец был в нашем поселении и, как видите... не успел глазом моргнуть!.. А человек этот, насколько я понял, бывший столичный начальник отряда охраны дворца примэрата. Вот имя его...

- Никор!

- Да. Ты знаешь его?

- Может быть, впрочем, что я... Он был тяжело ранен и вряд ли...

- Верно, был ранен, но теперь жив и здоров, и - только подумайте! объявил себя примэратом Юга, создал свое государство из рептонов...

"Значит, друг в самом деле выздоровел! - подумал Лоэр. - Слава богам!.. Но как он решился объявить себя правителем Юга и к чему это может привести? Что это - жажда власти или случайный поворот событий, которые он использовал в своих целях?.. И как он собирается защитить несчастных рептонов?.."

Опар потянул Лоэра к площади. Там уже началось веселье. Хоровод стройных эрсин вихрем кружился в середине площади. Из толпы зрителей с гиком выбежали юноши и, окружив девушек, перекрыли их звонкое пение громкими голосами:

Подай мне, выжимальщица,

в посудине из листа мазури

виноградного сока!..

где там! Выжимальщица пьяна,

выжимальщица захмелела.

[В романе использованы фрагменты из стихов

и песен, созвучных гарманским, - по мотивам

переводов из Г.Шурца, А.Море, Г.Аполлинера]

С площади донесся смех и крики одобрения.

- Идемте же, идемте, славный юноша, - торопил Опар. - Не будем томить их: без нас они все равно не начнут...

14. РАЗБОЙНИКИ

Прощаясь с Лоэром, почтенный Опар еще раз выразил неудовольствие тем, что едет в столицу, и всячески предостерегал от кратчайшей дороги через Межгорную долину...

Солнце уже повисло над горизонтом. Впереди, на берегу реки с болотистыми берегами, стояло обширное строение, похожее на заезжий двор. Лоэр похлопал по шее коня, радуясь предстоящему отдыху, но тот почему-то замедлил ход и пугливо косил глазом. Что он почуял? Конечно, опасность. Но где она затаилась - в пяти шагах или там, на заезжем дворе? Лоэр оставил седло и принудил коня лечь на брюхо в ложбине. Подобрался поближе к жилищу, пригляделся. Там действительно происходило неладное: несколько подозрительных типов шныряли туда и сюда, тащили что-то волоком, закидывали на повозки, покрикивая друг на друга... Ясно, разбойники. Воспользовавшись беззащитностью хозяев и постояльцев, они перебили часть людей, а оставшихся в живых накрепко привязали к столбам. Что делать? Обойти стороной? Оставить несчастных на произвол судьбы?.. Только не это. Лоэру было легче умереть, чем пройти мимо чужой беды.