(Алексрома) Ромаданов - HTML

Правда, очень скоро Влад понял, что лейтенант Цветков напрасно обнадежил его насчет валюты: из студентов МФИ готовили специалистов по ПОДСЧЕТУ финансовых средств социалистического государства, а не по их ПРИОБРЕТЕНИЮ В СОБСТВЕННОСТЬ (специалистов "по приобретению" государство не готовило, хотя и отправляло на переподготовку в "не столь отдаленные места"). Да, Влад узнал, что такое валюта, но знания его были чисто теоретическими - они не хрустели в бумажнике плотными долларовыми банкнотами и не позвякивали в кармане золотыми крюгеррандами. Как и до учебы, он видел доллары только на картинке, и они оставались для него такими же мифическими атрибутами Америки, как и лас-вегасские казино (согласитесь, что увидеть игорный зал "Розового Фламинго" в кинотеатре "Ударник" - это одно, а поставить в этом самом казино сто зеленых на "зеро" - совсем другое).

И все же Влад жил безбедно. Очень скоро он подружился со своим однокурсником Валюхой, не очень способным к учебе, но смекалистым по жизни парнем. Трудно сказать, что свело вместе эти двух разных людей: Влад был в основном немногословен и производил впечатление рассудительного человека, а Валюха ни минуты не мог молчать и находился в непрерывном движении, неважно, откуда и куда. Его низкий рост, прилизанный, будто приклеенный ко лбу, чубчик черных волос и близко посаженные к носу темно-карие глаза создавали образ предприимчивого проныры. В сущности, он таким и был: по части "купи-продай" ему в институте не было равных.

Продать в то время в стране развитого социализма можно было буквально все, раз уж в магазинах не было ничего. Оставался один насущный вопрос: где взять товар? Но и этот вопрос решался до смешного просто, потому что практически в любой московской "альма-матере" (но для конспирации лучше - не в родной) можно было найти довольно много иностранных студентов из относительно нормальных (но тоже "соц") стран, у которых вопрос стоял перевернуто: кому продать?

В их деловом тандеме Валюха выполнял одновременно роль шефа и исполнителя - он разрабатывал план сделки, находил товар и доставлял его покупателю. От Влада требовалось только присутствие: Валюхе попросту было скучно одному этим заниматься. Выручку они никогда не делили, а пускали на совместную гулянку где-нибудь на Арбате: в "Праге", в "Метелице" или в "Лабиринте". А летом они отправлялись... ну, конечно, в Сочи, куда же еще могли отправляться на отдых уважающие себя спекулянты?

Пусть это покажется пошлым, но такова "ля ви": именно в Сочи Влад впервые узнал, что такое любовь. Да, именно не полюбил, а "узнал"...

К первым летним каникулам у них скопился изрядный навар от торговли гонконгскими электронными часами. К слову сказать, это была занятная штучка: будильник в них играл семь мелодий, начиная от "Собачьего вальса" и заканчивая "Лунной сонатой".

- Ну, чего? Бабок хоть жопой жуй - давай в Сочах гостиницу снимем, как приличные люди, - предложил Валюха.

- Давай.

Влад никогда не спорил с Валюхой по бытовым вопросам, относясь к неудобствам и к комфорту одинаково философски, то есть, никак. Его эта тема мало волновала. Но зато он постоянно следил за курсом доллара и немецкой марки, что очень веселило Валюху:

- Ну нафига тебе это знать-то, если у тебя ни баксов, ни марок, ни даже тугриков нет?! А хочешь, за доллары товар сдавать будем, тогда доллары в боливары переведешь, а боливары в шекели, а шекели...

- Кончай туфту гнать! - одергивал его Влад. - Нас тогда самих сдадут... сам знаешь, куда.

Валюха прикусывал язык: им обоим было очень хорошо известно, что валютными делами занималось КГБ, поэтому с долларами они никогда не связывались.

В Сочи их должен был встречать знакомый Валюхи по имени Сергей. У Валюхи везде находились "хорошие знакомые", но в большинстве случаев они оказывались людьми, которых он до этого никогда не видел, и лишь случайно, через других "хороших знакомых", разжился их телефонами. Вот и на этот раз, уже в поезде, после восьми бутылок "Жигулевского" под рыбца, выяснилось, что "сочинский контакт Серега" - это лучший друг валюхиного соседа Павки, про которого Валюха тут же рассказал историю о том, как он служил в отборной дивизии "Витязь". К подобным историям Валюхи надо было применять коэффициент правдивости "корень третьей степени", и "лучший друг" здесь означало давнего знакомого, а "отборная дивизия" - заурядную гвардейскую часть.

- А этот Серега - он тоже "витязь"? - усмехнулся Влад.

- Да ты не бойся, - ответил Валюха, сосредоточенно отгрызая зубами от хвоста кусок вяленой рыбы. - Главное, он нам гостиницу обещал сделать. У него все схвачено.

- Чего мне бояться?! Мне пофигу, - равнодушно отозвался Влад, высасывая из бутылки остатки пены и вальяжно откидываясь на свернутый матрас. - А кто этот Серега, на самом деле?

- Какой-то крупный деятель пожарной охраны. Его там все уважают. Павка рассказывал, как он с ним ходил в сочинскую общагу с ревизией - я уссался!

- А общага - женская?

- Есесс-сно... Они, типа, спьяну подняли учебную тревогу ночью: подъехали на пожарке, бросили перед входом дымовую шашку и врубили сирену на всю катушку, а комендантшу заставили девок на улицу выгонять в чем мать родила.

- Голыми, что ли? - усомнился Влад.

- Ну, в ночнушках там, в трусах... В простынях завернутые... Я знаю? А потом, как по инструкции, пошли проверять, все вышли или нет. Заходят на третий этаж, смотрят, одна дверь закрыта, стучат - никто не открывает. Ну, они ее того... плечом вышибли, заходят - там у окна стоит деваха задом к ним, в одной майке, с толстыми ляжками, через подоконник перевесилась. Что за долбаный случай?! Они к ней видят, она в руках связанные простыни держит, а снизу голос: "Нэ хватает! Да зэмли нэ дастает!"

- Ха-ха... Чего-чего? - захохотал Влад.

- Ну, это она одного нацмена на простынях из окна спускала.

- Так чего он - завернулся бы в простыню, закрыл лицо и выбежал на улицу...

- Вах, дарагой! - воскликнул Валюха, раскупоривая новую бутылку. - Эта ты такой умный, да, кагда сыдышь байки травышь, да, а чэловек в икс-три-мал-ную сытуацыю папал... Панымать нада!

- Ладно, сочиняй дальше.

- Короче, она ему - "прыгай!", а он "тяны назад!". Она пытается тянуть - сил не хватает. Опять ему орет "прыгай, а то уроню!", а он в ответ "тяны!". Так они и переругиваются: "тяны - прыгай".

- И чего, пожарники-то помогли?

- Ну да! - заржал Валюха. - Задрали девке майку и трахнули по разу - она только орала "прыгай-прыгай-прыгай"!!! А потом действительно помогли - вытянули бедолагу, он пока висел, от страха обдристался. Благодарил еще...

- А девчонка чего?

- Чего-чего... Сделала вид, будто ничего и не было.

- Тоды ой, - рассмеялся Влад.

Когда на следующий день в восемь часов утра двое похмельных друзей выгрузились из поезда, они сразу узнали Серегу: их встречал такой же, как и они, опухший с похмелухи человек, немного постарше, лет тридцати. Вид у него, правда, был более экзотический: рост под два метра, медвежковатая фигура, нечесаные кудри и широкая красная морда. И впрямь витязь... Но вместо кольчуги на нем был мятый пиджак поверх желтой майки - и это в теплое южное утро, обещающее перейти в знойный полдень! Странный видок...