Александр Селецкий - Легендарь

— Будет! Теперь — все. Антракт! — махнул он рукой. — Вроде малость полегчало… А? — он прислушался к себе. — Определенно полегчало! Ну и ладушки, бён-знычть, на этом и закончим. Точный счет отрезвляет всегда! Надо сызмальства помнить. А то молодежь нынче — куражная пошла, набедокурит и не знает ни шиша, как, стало быть, потом ей жить… Дурная молодежь. На опыт стариков — плюет!.. И мается, и мается, бён-знычть… Вы — тоже? — он недовольно поглядел на Крамугаса.

— Что — тоже? — не понял тот.

— Маетесь, да?

— Н-нет, — запинаясь, отозвался Крамугас. — Как будто — нет…

— Тогда чего вас принесло?

— Ну, у меня совсем другое, — встрепенулся Крамугас. — Я по заданию редакции… Газета «Культурный высев». Или, кажется, журнал… — скромно потупясь, добавил он. — Слыхали?

— Сроду не читал, — фыркнул Фини-Глаз. — Ну и что?

— Так вот… я интервью у вас хотел бы взять…

— А… — безразлично молвил Фини-Глаз, почесывая левый бок, — полезное дело, я не спорю.

Крамугаса он, похоже, вовсе не признал. Или признал, но деликатно сделал вид — на всякий случай…

— А где адрес раздобыли? — строго спросил Фини-Глаз.

— В Справочной, где же еще!

— В справочной-шмавочной… — с явным неудовольствием буркнул Фини-Глаз. — Убил бы. Наплодили чертовых контор!.. Ну, не дают людям покоя, не дают, заразы!.. — театрально вскинув руки, он замер посреди дороги. — И в гробу найдут, и скажут: дома, сукин сын, не съехал никуда, бён-знычть!..

— Но как-то я же должен был до вас добраться! — возразил резонно Крамугас.

— А чего ради?

— Я в архиве — на Пад-Борисфен-Южном — одну заметочку раскопал, — с гордостью признался Крамугас. — Там о вас говорится… «Проходимец Фини-Глаз, куда шагаешь?!»… Это — называлось так…

— Читал, — отрезал Фини-Глаз. — Пакость одна. Голову бы оторвал…

— Да вы не думайте, — забеспокоился Крамугас, — я вас не обижу! Я ведь не затем…

— Еще бы! — сказал Фини-Глаз, со значением поднимая роскошный кулак. — Ты только попробуй… Ну ладно, чего так стоять? Пошли в дом.

Минут через десять они уже были на месте.

На квадратной клумбе перед домом, образуя колючую чащобу, торчали, врытые в землю, гигантские отполированные кости какого-то чудовища.

— Мраморные? — деловито поинтересовался Крамугас. — Кто высекал?

Фини-Глаз смерил его презрительным взглядом и, надменно хмыкнув, поджал губы.

— Вы — неуч, молодой человек, — сказал он убежденно. — Безусловную натуру от игры мастеровитого ума отличить не можете. И эти все амбиции, бён-знычть, — для дураков, уж вы поверьте. Какой же это мрамор, молодой человек, если мрамором тут и не пахнет?!

Крамугас растерянно уставился на дебри перед собой — и только головой покачал.

— Я не знаю, как на самом деле мрамор пахнет, — признался он. — Это я так, по первому впечатлению… В книжках, помнится, были картинки…

Фини-Глаз вдруг оттаял и благодушно хватил своей ручищей по Крамугасову плечу.

— Вот то-то и оно, — усмехнулся он. — Только картинки в книжках и разглядывал! А еще репортер… Мальчишка, бён-знычть! И чему вас учили?!

— Я писать люблю, — вздохнул Крамугас. — С детства как-то пристрастился, разохотился… Я думал, главное — это образность восприятия. Чтоб по каким-нибудь ассоциациям, случайным поначалу…

— Ах, извините дурачка, — с глумливою улыбкою развел руками Фини-Глаз, — что я не догадался об этом сам!.. Всему виной, наверное, тот сумасшедший ген, который влез в мою наследственную память… Я, представьте себе, решил поначалу, что вы окривели на оба глаза!

— Да неужто? — поразился Крамугас.

— Именно так. Бывают же накладки!.. Я даже собрался вас пожалеть. Дескать, вон какие нынче в прессе-то сидят калеки — мол, хиреет пресса. Но теперь передумал. Знаете, никогда не стоит поддаваться первому порыву. Особенно, когда имеешь дело вот с такими…

— Да-а? — заискивающе произнес Крамугас, часто моргая белесыми ресницами.

— Это не мраморные статуи! — важно объявил Фини-Глаз. — Это — настоящие кости настоящего проперхаря с Проксимы! Кости-легенда, если вам так нравится.

— Вам их подарили, да? Ваши почитатели, соратники, коллеги?!. — восторженно ахнул Крамугас и мигом выхватил из заднего кармана позитронный диктофон, поднимая его повыше и включая в крейсерский режим безапелляционной впитки субдезинформации.

Хорошо, что, забежав в редакцию и обнаружив там полнейшие разруху и бардак, он все-таки подсуетился и в последнюю ми нуту догадался-таки выклянчить у новой секретарши столь необходимую машинку!..

Лицо Фини-Глаза вытянулось и приняло от негодования совершенно землистый оттенок.

Он был явно ошарашен.

— Издеваетесь? — сдавленно прохрипел он. — Какие соратники, какие почитатели?!

Крамугас сделал неопределенный жест:

— Ну, те, кто знал и помнил вас… Кто по достоинству мог оценить… Преподнесли от всей души… И, в знак особенного уваженья, здесь воздвигли…

— А я сам, по-вашему, и вовсе ни на что уж не способен?! — окрысился Фини-Глаз.

— Значит — потибрили где-нибудь? — счастливо осенило Крамугаса.

Фини-Глаз издал тихий вопль и двумя пальцами взял Крамугаса за воротник.

— Я похож на вора? — спросил он, страшно дыша кисельным перестоем в лицо своему гостю. — Нет, вы мне ответьте, молодой человек, по совести ответьте, иначе я вышвырну вас не только с этого двора, но и вообще с планеты вон. И скажут все: был мальчик… Так похож я на вора?

— Н-нет… — придушенно просипел Крамугас. — T-теперь уже — н-нет!

— Что значит — теперь?! — заорал, багровея Фини-Глаз. — Это как понимать?! А раньше, стало быть, напоминал?! Хотя, конечно… — грустно произнес он, отпуская гостя. — Испугались, что и вас прихлопну? Дело ясное… Ведь вы ж заметочку-то прочитали, всё-всё знаете… Поэтому и заявились в гости.

— Что вы, я вас и без этого очень ценю! — наобум ляпнул Крамугас, судорожно дергая кадыком.

— Цените… Ах, до чего приятно слышать!.. А с этим, стало быть, и на руках носить готовы, так? — прищурился недобро Фини-Глаз.

— Ну, в целом… Просто вы не поняли!

— Естественно. Куда мне, старому балбесу!.. Только вы у нас один такой… обученный и очень просвещенный!.. Да будет вам болтать-то, — поморщился Фини-Глаз. — Двадцать лет, само собой, бесследно не прошли, бён-знычть. Ну ладно, кто прошлое помянет — тому кишки вон. Запомните! А проперхаря я сам убил… Вот этими руками.

— Батюшки!.. С ума сойти! — засуетился мигом Крамугас. — Как же это вас угораздило?