Герберт Франке - Игрек минус

— Ну хорошо, пусть оно безобидное, — сказал Хольгер, — но что делать дальше? Парадокс остается. Каким образом они возводят столь сложные постройки? Как получают синтетический материал? И если со временем это будет город, то почему они выбирают для него гораздо более холодный климат, чем в других местах на этой планете? Ведь это абсурд!

— И не единственный, — включилась в разговор Симона, кибернетик. — Я обратила внимание вот на что: они не только возводят здание с куполом, но одновременно и демонтируют его.

— Как же так? Ведь кольцо-то растет!

— Да, снаружи. А внутри его сносят. С таким же упорством, с каким возводят. Я проследила за потоком материалов: разница равна нулю. То, что они демонтируют внутри, снова устанавливается снаружи.

— Что из этого следует?

— Не берусь утверждать с определенностью, но полагаю, что мы имеем дело с процессом, который, однажды начавшись, продолжается до сих пор, потому что его никто не остановил.

— Надо думать, не трудиться они не могут, а запасы материалов иссякли — вот им и приходится разбирать то, что они сами возвели, — предположил Пэтти.

Кое-кого его слова позабавили, других же заставили задуматься. Никому и в голову не пришло, что он попал в самую точку.

Спор грозил того и гляди превратиться в неразбериху из всякого рода домыслов, фантастических теорий и острот, но Хольгер поднятием руки призвал всех к спокойствию.

— Думаю, пора, наконец, осмотреть здание. Исходя из того, что нам известно, вряд ли это будет сопряжено со слишком большим риском. Возможно, нам удастся обнаружить что-то, что прольет свет на происходящее здесь.

Шестеро из нас поддержали предложение Хольгера, двое возражали.

На следующий день мы отправились в путь. Из-за бездорожья решили воспользоваться автомобилем на воздушной подушке, который доставил нас к зданию. То, что мы увидели, напоминало строительную площадку. Наше появление ничуть не обеспокоило чешуйчатые существа, они не обращали на нас никакого внимания. Надев защитные термокостюмы, которыми до этого пользовались весьма редко, мы с радостью отметили, что передвигаться в них не так уж сложно, даже при тяжелой физической работе они почти не мешали. Отыскав в казалось бы сплошной стене небольшой проем, мы вошли внутрь.

Невысокое, вытянутое в длину здание состояло из ячеек, крытых сводчатыми плитами. Сюда проникал приглушенный, рассеянный свет — мы пребывали в полумраке, лишенном теней. Бросались в глаза размеры помещений: метров пятнадцать, не меньше, но более всего поражали соединяющие их проемы, восьмигранные дыры в стенах по четыре-пять метров в поперечнике каждая. Это мы также отнесли к разряду парадоксов: для самих чешуйчатых созданий были бы вполне достаточны дверные проемы метровой высоты.

Пройдя здание насквозь, мы очутились во внутреннем «дворе». Это позволило нам с близкого расстояния увидеть то, о чем нам давно поведал зонд: картину всеобщего разрушения. С тем же поистине муравьиным трудолюбием, с каким снаружи существа возводили стены, здесь они их разбирали. По особым транспортным путям строительные плиты подавались через все здание на периферию, где они тут же снова шли в дело.

Отправляясь сюда, мы захватили с собой не только измерительную аппаратуру, но и кинокамеры и магнитофоны. Симона, которая интересовалась архитектурой, записывала на свой портативный магнитофон измеренные расстояния и углы. Хольгер внимательно приглядывался к транспортной технике. Роббинс обследовал кондиционер, под давлением подававший в помещение леденящий воздух через отверстия в потолке. Что же касается биологов, то они наблюдали за диковинными зверьками в процессе работы, но не заметили ничего особенного, кроме необычайной их проворности.

Вернувшись к себе целыми и невредимыми, мы обменялись мнениями о результатах «вылазки» и занялись обработкой наблюдений, не питая, впрочем, особых надежд. Но на следующее утро Симона неожиданно попросила всех нас собраться вместе.

— Полагаю, я разгадала принцип, лежащий в основе их архитектуры, — сказала она. — Мы имеем дело с ячеистой структурой, построенной из правильных двенадцатигранников. Их размеры…

И она зачитала некоторые данные, которые мало что нам говорили, добавив наконец с нескрываемым торжеством:

— Я придумала, как можно усовершенствовать эту систему. Если несколько изменить соотношение коротких и длинных ребер, — она показала нам чертеж и какие-то выкладки, — можно обойтись значительно меньшим количеством строительного материала. Более того, устойчивость при этом также повысилась бы, что совсем немаловажно для защиты от бурь, и наконец, можно было бы сократить время работы.

— Превосходно! — сказал Хольгер. — По-моему, это ценное предложение.

И он пожал Симоне руку. Мы тоже были рады за нее. Неожиданно после обеда раздался сигнал тревоги.

В приемнике слышались какие-то потрескивания.

— Непонятные радиосигналы в диапазоне 690 МГц, — объявил голос робота.

Радист убежал, но вскоре появился снова:

— На горизонте машины! Передаю изображение в открытую линию связи.

Экран над дверью засветился: на нем возникли пять-шесть темных очертаний, образующих обращенную к нам дугу. Мы узнали их сразу. Это были повозки строителей куполов, на которых примостились небольшие фигурки.

— Теперь они захватят одного из нас, — сострил Пэтти. Но его шутка успеха не имела.

— Они приближаются, — возвестил радист. — Может, нам лучше отступить?

— Они движутся медленно — у нас еще есть время!

— Но что мы можем сделать? — тихо спросил ктото. — Атаковать? Или обратиться в бегство?

Хольгер бросил взгляд на чешуйчатого пленника, который теперь беспокойно метался по клетке, куда мы его снова заперли. Он ощупывал стены, замирал, глядя на нас, словно желая разобраться в наших намерениях.

— Откуда идут радиосигналы? Запеленгуй их! — прокричал Хольгер.

После минутной тишины голос в приемнике произнес:

— Сильные сигналы в направлении 127° к северозападу. Угол падения 68°.

— Сигналы идут из района здания, но откуда-то сверху! — уточнил Роббинс.

— А что может быть там, наверху? — спросил Хольгер. — Космическая станция? Искусственный спутник? Ты смог бы определить расстояние?

Роббинс покачал головой.

— Для этого мне придется установить еще одну антенну — как можно дальше отсюда. Но это требует времени.

— И все-таки попробуй! — настаивал Хольгер.

Однако вскоре шумы в приемнике прекратились. Мы невольно вздохнули с облегчением. Зверек тоже успокоился и тихо сидел в углу. Когда мы выходили из помещения, он посмотрел нам вслед.