Анатолий Фисенко - Галактика 1995 № 2

— Не греми, медведь, — прошипела девушка. — Обождем, а после спустимся.

— Ноги переломал об железки. Склад барахла…

Она на ощупь достала из сумки маленький факел, кресало — и скоро колеблющееся пламя осветило пыльные стены в лохмотьях паутины и кучу непонятных грязных предметов на полу. Что-то вроде огнемета, большая корзина, прикрепленная веревками к сваленной в груду материи, туго набитые чем-то мешки… В стене зияло забранное решеткой довольно большое отверстие.

— Вентиляционный ход, — обрадовался Буян, прохромал к нему и потянул за толстые прутья. Те не шелохнулись.

— Жаль нечем перепилить. Стукнуть мечом?

— Тогда лучше по колоколу — чтобы все сбежались. Думаешь, туда пролезем?

— Ты-то наверняка.

Она вытащила из сумки клинок демонов и легонько коснулась им в нескольких местах решетки. Та упала прямо в ее подставленные руки.

Потом они долго спускались по скобам тесного вентиляционного колодца, встречая по пути боковые ответвления, слишком узкие для разведки — и, наконец, достигли квадратной комнаты с запертой дверью. Агния приникла к ней ухом — ничего не услышала — и рубанула волшебным клинком там, где с другой стороны предполагала засов. Дверь с лязгом распахнулась и они шагнули в коридор, тускло освещенный странными стеклянными шарами, так что снова зажигать погасший при спуске факел не понадобилось. Со стен стекала слизь, на полу темнели омерзительные лужи.

Буян неуверенно поскреб шевелюру:

— Куда теперь?

— Влево, оттуда веет добром.

— По-моему, вонью. Опять колдовство?

— Просто интуиция. Хочешь вправо?

— Нет уж, давай как решила.

Через пару поворотов стали попадаться другие закрытые на засовы или замки двери. Опасности не чувствовалось и Агния некоторые осмотрела. Грязь, тряпки, ржавые цепи на стенах. Кое-где в них белели скелеты. Когда разведчикам надоело плутать в бесконечных тюремных коридорах, одна из дверей открыла перед ними новый — лучше освещенный и более чистый коридор. Впереди слышался гул голосов, злобная ругань.

Агния прислушалась к внутренним ощущениям:

— Нам туда.

— Уверена?

— Есть другие варианты?

Буян ухмыльнулся и вытащил из ножен широкий меч. Девушка обнажила свой — и, непроизвольно пригнувшись, они бесшумно двинулись на голоса. За первым же поворотом они увидели двух стражников, волокущих кричащего лохматого карлика из распахнутой камеры. В других, запертых, протестующие вопили и стучали. Рыжий офицер в длинном красном плаще с меховой оторочкой злобно ругался:

— Вы следующие, твари. Приказано очистить подвалы.

Потом он заметил посторонних, его глаза расширились и сабля словно сама выпрыгнула из ножен.

Агния поднырнула под удар и выбила оружие — оно выпорхнуло серебряной рыбкой и коротко лязгнуло о стену. Офицер выхватил засапожный нож, но холодная сталь клинка до половины вошла ему в горло. Он зашатался и рухнул рядом с другими тюремщиками, уже предсмертно корчившимися на окровавленном полу. Девушка сняла с их поясов связки ключей и стала отпирать замки на дверях, а Буян вытаскивал тяжелые засовы. Из распахнутых камер выскакивали восторженно ревущие люди — все грязные, оборванные, заросшие и дурно пахнущие.

— Молчать! — рявкнул кузнец. — Вы кто?

Заключенные притихли, заозирались друг на друга и принялись угрожающе-подозрительно разглядывать освободителей. Что-то им явно не понравилось.

Несчастный, которого до этого тащили стражники, подергал себя за растрепанную бороду и фыркнул:

— Мы смертники. А вы? Почему в ромбитской одежде?

В толпе согласно загалдели. Кое-кто поднял оружие стражников и подступил ближе.

— Подождите, — вперед шагнул рослый парень с голубыми глазами. — Узнаешь?

Агния удивленно вгляделась в странно знакомое лицо:

— Следопыт! Тебя не утопило чудище?

— Хотело, но сдохло, а потом болотники продали меня в рабство. Чего ты здесь потеряла?

— Если бы знала… Какой-то тщательно охраняемый центр зла.

— Знаю один, — заявил карлик, усаживаясь на замызганный пол. — Меня заставляли его отпереть, но я не взломщик. Да и бесполезно.

— А сам-то кто? — осведомился Буян, вглядываясь в его изрытое глубокими морщинами изможденное лицо, сплошь исполосованное шрамами.

— Напоминаешь кого-то. Постричь, приодеть и будешь… Фиорн!

Агния вздрогнула и удивленно воззрилась на захихикавшего коротышку. Действительно, похож, но маршал не мог так стремительно отощать, обрасти и обзавестись шрамами, причем давно зажившими.

— Мы близнецы, — фыркнул тот. — Передай привет при случае. Кстати, продолжаем болтать или есть иные планы?

— Ну и ну, — сказала девушка, — значит, ты — Мервин? А где летучий шар?

— На крыше. Ромбиты хотели использовать, да там и бросили, неумехи, — он вдруг закукарекал и замахал руками наподобие птицы. Один из пленников многозначительно постучал себя по лбу:

— Спятил еще до заключения, раз носился по небесам. Пробираемся наружу? А потом?

— На плот, — сказал Буян, — мы случайно прихватили один, правда, маленький — все не поместятся.

— Все и не доберутся. Еще и места останутся, — захихикал карлик. — Про центр уже забыли? Или проводить? Он на втором этаже.

— Хорошо. Буян, останешься показать плот. Возьму Следопыта — переоденься тюремщиком. Кто умеет считать?

— Деньги? Главное — насыпь, — захохотали в толпе.

— Я бывший звездочет герцога Бургасского, — буркнул высокий старик в грязной хламиде.

— Тогда считай до десяти тысяч — и удирайте. К этому сроку устроим приличный тарарам — это вам поможет. А коли попадемся — ваша внезапная атака подсобит нам. Жаль, мало оружия.

— Пустяки, — отмахнулся звездочет, — в той камере горняцкие инструменты: ломы, кирки, кувалды. Нас часто гоняют в каменоломню. Спешите. Ромбиты сюда спускаются лишь вечером, с кормежкой, но кто знает…

Агния прощально кивнула всем, пожала руку кузнецу и зашагала за карликом, снова изображающим заключенного. Он приплясывал и что-то напевал под нос. Следопыт беззвучно двигался рядом.

Несколько поворотов — и перед ними оказалась массивная бронзовая дверь. Трофейный ключ легко повернулся в замке — и она распахнулась, открыв каменную лестницу наверх. Поднявшись, они отперли другую дверь и очутились в обширном зале, по которому слуги и воины сновали с подносами еды, тюками и ящиками. Они появлялись из многочисленных проходов и исчезали в таких же, мелькали на лестницах в углах зала. Это напоминало пожар или переселение и даже не требовало защитных чар.