Энн Маккефри - Планета динозавров I

Золотые авиаторы появлялись в небесах ежедневно, словно умеющие летать пришельцы, как заметила однажды вечером Вариан, и люди вызывали у них не меньше любопытства, чем то, которое проявляла к ним сама экспедиция. Вариан очень позабавила реакция Вырла, когда он узнал об их существовании.

Прослушав в медленном темпе запись его гневной речи, она поняла, что Рикси усомнился в достоверности ее отчета, заявив, что ни на одной планете ни при каких условиях не могут быть найдены никакие разумные птицы: Рикси уникальные и таковыми останутся. Более того, если кто-нибудь посмеет занять их главенствующее положение в Федерации, Рикси примут самые строгие меры.

Вырл предположил, что все это глупый розыгрыш двуногих, о котором лучше забыть, от которого нужно отказаться, отречься навсегда — иначе он посоветует своему руководству ужесточить все дальнейшие контакты между Рикси и гуманоидами.

Карты животного мира, выполненные Териллой, разошлись по рукам, и между Танегли и Габером возникла ссора — каждый претендовал на ее руки и свободное время. Страсти разгорелись нешуточные, и Каю с Вариан пришлось вмешаться.

Смущенная тем, что ее раздирают на части, Терилла робко заметила, что вообще-то ее интересуют не карты и не звери, а растения. Улыбаясь, Вариан показала Каю карту, которую девочка нарисовала для Танегли: на ней были изображены растущие на равнинах и болотах цветы, трава и кустарник.

Составили расписание: три дня Терилла помогала одному ученому, три другому. Утренние часы оставались ее личным временем. Так как работы прибавилось, Кай дал Боннарду и Клейти такие же ответственные задания, как и остальным участникам экспедиции. Ботаник Танегли часто брал их с собой в поле, когда Терилла была занята. Иногда хозяйственные заботы не позволяли Каю выехать на геологическую съемку, и тогда напарником гравитанта Баккуна становился Боннард. Он следил за показаниями приборов.

В эти дни Клейти поступала в распоряжение Ланзи, изучавшей неизвестные людям лечебные свойства почвы и растительности Айреты.

К тому времени, как два дополнительных лагеря были сооружены и обжиты, Каю стало ясно, что для исследования восточных земель понадобится третья база. Кай наметил провести большую часть экспедиционного времени в восточном полушарии. Он надеялся, что из-за пятнадцатиградусного наклона земной оси в восточном полушарии на полюсах должно быть немного прохладнее и, обосновавшись в нормальных условиях на этой третьей дополнительной базе, люди благополучно закончат исследования в западном полушарии.

За эту неделю он еще два раза выходил на связь с Тхеками. Никаких новостей — о древних датчиках не было сказано ни слова, сообщение с ИК не восстановилось. Все разумные сроки прошли. Заручившись поддержкой Вариан, Кай приготовился к неприятным расспросам. Когда наконец Дименон поинтересовался, почему ИК так долго не отвечает, Кай стал с таким уверенным видом разглагольствовать о космической буре, что Дименону даже не пришло в голову спросить, сколько всего отчетов было снято со спутника.

— Хотел бы я знать, когда они наконец начнут задавать вопросы, пожаловался Кай Вариан.

— Загружай их работой, пусть себе считают доходы от рудников, тогда будут меньше спрашивать.

— Это богатейшая планета, Вариан!

— Вот как? Значит, ИК должен быть заинтересован в контакте с нами ведь они захотят воспользоваться найденными нами энергетическими ресурсами.

Они знают, где нас искать. — Вариан пристально посмотрела на Кая и вздернула бровь. — Неужели ты веришь глупой болтовне Габера?

— Я никак не могу отделаться от неприятных мыслей, — сказал Кай, потирая кончик носа. Глупо, конечно, но ему стало легче, когда Вариан с таким пренебрежением отмахнулась от этой темы.

— Н-да, понятно. Иногда я тоже об этом думаю. А Рикси хоть раз объявлялись?

— Нет. — Кай улыбнулся. — А ты хочешь с ними пообщаться?

— Отнюдь. — Она расхохоталась. — Они такие… напыщенные придурки. Как будто другие разумные птицы им чем-то угрожают. Я хочу сказать, что Гиффы такую кличку дала она золотым птицам — хотя и разумные существа, но настолько отстали от Рикси, что глупо на них обижаться. — Вариан вздохнула.

— Как бы мне хотелось оценить уровень их развития!

— Ну и что же тебе мешает?

— Разве ты не агитируешь за переселение на восточную базу?

— Ну, а как насчет следующего выходного дня? Устроим маленькую передышку. Съездим да понаблюдаем за ними! Чем не отдых?

— Правда? — Вариан просияла. — Я могла бы взять грузовой флиппер и заночевать прямо в нем. Как они летают, мы уже засняли; на то, как они ловят рыбу, тоже насмотрелись вдоволь, но я ничего не знаю об их повседневной жизни, например, о том, как у них проходят утренние часы. И я обнаружила только одно место, где растет их любимая трава. Уже известно, что для сетей они используют болотные травы, но я никогда не видела, как они их плетут.

Это же настоящее произведение искусства! Решено, — заявила она. — Едем вместе в следующий выходной! Паскутти и Ланзи нас заменят.

— А вдруг в этот день и у Гиффов будет выходной? — пошутил Кай.

— Не исключено, — засмеялась Вариан. Кай сам удивился тому, с каким нетерпением ждал выходного дня. Похоже, Вариан права — он страшно устал от повседневной рутины. Ланзи всей душой поддержала их затею: оказалось, она как раз собиралась посоветовать им обоим хоть немного отдохнуть. Правда, она не была уверена, что наблюдение за Гиффами с близкого расстояния можно назвать полноценным отдыхом, но ей и самой было страшно интересно побольше узнать о них.

Поужинав, они остались за столом с наполненными фруктовым вином мензурками.

— А все-таки что же нас так восхищает в этих крылатых существах? спросила Ланзи.

— Может, их независимость? — отозвался Кай.

— Рожденный ползать летать не может, — тонким гнусавым голоском пропела Вариан, а потом продолжила уже нормальным голосом:

— Наверное, свобода, а может, способность парить в воздухе, обозревать дали, ощущать бесконечность пространства… Вам, кораблянам, не понять, что такое просторы, а мне, мне… очень нужен простор, радующий глаза… и душу.

— Жизнь в замкнутом пространстве, добровольная или принудительная, пагубно действует на настроение и психику и часто кончается серьезными заболеваниями, — сказала Ланзи. — Именно поэтому мы стараемся как можно чаще посылать молодежь на планеты.

Кай хранил молчание. Кому, как не ему, знать, что такое приступы агорафобии.

— У нас есть заменители крыльев, — продолжала Ланзи, — в тех же агентствах, где получают флипперы и пояса-подъемники…