Антон Медведев - Сокровища негодяев

Утро выдалось хмурым, но это ничуть не испортило приподнятого настроения лейтенанта. Проходя мимо чулана, он услышал доносившиеся из-за двери звуки, но останавливаться не стал — сейчас ему было не до этого;

Фрея уже колдовала на кухне. Увидев хозяина, она почтительно поклонилась, но Фукашиги миролюбиво махнул рукой. Еда оказалась не слишком вкусной, но проблемы кулинарии волновали сейчас лейтенанта меньше всего — будет время, займется и этим. Утолив голод, он допивал какой-то сладкий напиток и собирался уже было уходить, но вспомнил о девушке и повернулся к служанке.

— Э-э-э… как тебя…

— Фрея, мой господин.

— Да, Фрея, вот что: там в чулане сидит девушка, выпусти ее и успокой — скажи, что ей совершенно нечего бояться, — поняла?

— Да, мой господин.

— Пусть она живет в той же комнате, где и жила, ей никто не причинит никакого вреда, да и вообще, считай, что с сегодняшнего дня она находится под моим покровительством.

— Мой господин, вы хотите ее удочерить?

Фукашиги поперхнулся и закашлялся.

— Удочерить? — переспросил он, продолжая кашлять. — Фу, чертово пойло. — Он отодвинул чашку в сторону. — Нет, Фрея, не совсем… Впрочем, об этом поговорим потом, у меня сейчас нет времени. Одним словом, присматривай за ней…

Фукашиги встал из-за стола, поправил ремень с кобурой и кинжалом, гранатами и прочими атрибутами цивилизованного человека, перекинул через шею ремень бинокля и вышел из дома.

Его уже ждали — как советники, так и слуги с паланкином. Отмахнувшись от носилок, Фукашиги небрежно махнул советникам и быстро пошел в сторону входа в лабиринт.

Всюду, где они шли, их приветствовала радостная толпа — еще бы, такое счастье — не успели отпраздновать первое Очищение, как подоспело второе. Пятерка вождей, добившихся права сопровождать Фукашиги, гордо шла рядом, остальные четверо с завистью шли следом. А вот и вход в подземные выработки.

Фукашиги без остановки шагнул в тоннель, включил фонарик. Он быстро дошел до большой пещеры, своеобразного предбанника, откуда во все стороны расходилась паутина тоннелей. Оглянулся — советники шли чуть позади, с изумлением и опаской глядя на яркий свет фонарика.

Вот и тоннель, отмеченный буквой «Ф» — значит им сюда. Идти уже знакомой дорогой было легко, к тому же у Фукашиги была отменная зрительная память — тем не менее он не забывал сверяться со своими заметками. Советники в полном молчании шли сзади, лейтенант слышал лишь их тяжелое сопение. Вот и тоннель, ведущий к пещере — лейтенант узнал его сразу.

— Здесь. — Он кивнул советникам на тоннель и уверенно шагнул в него.

Несчастный Боа просидел в темноте меньше суток, тем не менее это время показалось ему вечностью. Проклятый пришелец — это из-за него у Боа возникли все неприятности! Боа скрежетал зубами, когда думал о том, как беспардонно обманул его старший Бог. Подумать только, ведь можно было сто раз утопить, задушить, заколоть этих мерзких тварей, спустившихся со своего проклятого неба, — ну почему, почему он этого не сделал!!! Не сделал — и вот сидит теперь на цепи, в этом темном склепе.

После ухода обманувшего его Бога Великий Боа несколько часов провел в безуспешных попытках освободиться — он пытался вырвать ноги из стальных объятий, пытался оборвать цепь, от чего его вспотевшее от натуги лицо вздувалось страшными багровыми венами, благо в темноте этого никто не видел, да и смотреть было некому. Боа попытался вырвать из пола стержень, к которому крепилась цепь, но и этого не смог сделать — проклятая машинка Бога слишком глубоко вогнала этот штырь в неподатливый камень. Наконец Боа бросил безуспешные попытки — как бы ни относился он к Богам, но то, что они делали, всегда было сработано на совесть.

Отчаявшись освободиться. Боа стал кричать — он кричал так, как не кричал никогда в жизни, он звал на помощь, надеясь на то, что кто-нибудь из преданных ему стражников все-таки жив и сможет ему помочь. Он кричал, но лишь гулкое эхо вторило его отчаянным призывам. Великий Боа сорвал голос, и теперь лишь шепот вырывался из его покрытых запекшейся кровью губ.

Усталый и голодный, Боа заснул, а когда проснулся, с трудом вспомнил, где находится, — лишь цепь, зазвеневшая при его попытке приподняться, напомнила ему о его бедственном положении. Боа нащупал воду, жадно напился, потом сел на краю озера и заплакал. Он не привык плакать, но слезы неудержимо лились из глаз, и Боа ничего не мог с этим поделать.. Ему было безумно жаль себя — а ведь как хорошо все начиналось. Как хорошо все могло бы сложиться, если бы не этот страшный, мерзкий, двуличный Бог…

Вскоре Боа захотел есть, но еды не было — точнее, была, но она находилась в десятке метров от него, у кресла-у его кресла! Боа хотелось завыть, завыть яростно и неудержимо — его тайна, его тщательно охраняемый грот превратился для него в тюрьму, если не в могилу. Что, если этот проклятый Бог не придет, если он и вправду заблудился в лабиринте? Но что будет, если он все-таки придет?! Великий Боа сидел, обхватив колени, его била крупная дрожь — он и ждал прихода Бога, и боялся его. Но хуже всего было осознание того, что в обоих случаях его скорее всего ждала смерть.

Великий Боа был настолько погружен в свои печальные думы, что даже не сразу обратил внимание на слабые отсветы у входа в тоннель. А когда понял, что кто-то идет, вскочил и закричал изо всех сил:

— Я здесь, я здесь, помогите…

Но крика не получилось — его сорванное горло издавало лишь слабый шепот. Впрочем, те, кого он звал, пришли и без этого отчаянного зова. Качнулись призрачные тени, по глазам полоснуло ярким светом, затем что-то негромко щелкнуло, и все вокруг залил ослепительный свет.

Склонившийся над блоком питания Бог слегка убавил яркость, затем выпрямился и с усмешкой посмотрел на щурящегося от света вождя.

— Надеюсь, вы не соскучились? Как спалось? Я лично неплохо выспался — у вас удивительно мягкая постель…

Великий Боа слушал и не мог поверить — этот проклятый Бог спал в его доме, в его постели? Но последним ударом стало появление членов Совета — его Совета! Боа вздрогнул, увидев их, в сердце вспыхнула и тут же угасла искра надежды — его бывшие подданные стояли и смеялись — смеялись над ним. Великим Боа!

— Итак, уважаемые члены Совета, позвольте представить вам Великого и Всемогущего Боа. — Фукашиги подошел к пленнику и усмехнулся. — Дорогой Боа, ваши бывшие коллеги — а теперь мои советники, принесли вам радостную, надо полагать, весть. Прошу. — Лейтенант обратился к членам Совета, предлагая им высказать поверженному вождю свой приговор.

Боа не мог поверить — мало того, что этот негодяй отнял у него свободу, так теперь этот самозванец еще и занял его пост!