Ника Созонова - Сказ о пути

— Ничего, что это не мел? — поинтересовалась Наки, прыжком перемахивая за блестящую, остро пахнущую черту.

Гоа опередил ее и уже прижимался к правой ноге хозяина.

— Какая разница? — легкомысленно отмахнулся промир.

Девочка протянула ему фотографию Лели, которую до сих пор держала в руках.

— Вдруг случится так, что ты забудешь ее лицо. И как же тогда ты ее найдешь?

— Ты как всегда права, моя мудрая малышка.

Он взял фотографию и крепко зажмурился…

Его обнаружила Наталья, на следующий день. Он лежал на полу возле опрокинутого инвалидного кресла, в неровном круге, нарисованном черной масляной краской. Ладонь сжимала фотографию Лели, на лице застыла улыбка.

Похороны устроил Станислав. Он же был единственным, кто на них присутствовал, кроме гробовшиков и нанятого им священника. Он колебался какое-то время, не вызвать ли из Ужгорода мать и жену (ставшую наконец вдовой), но решил, что успоший вряд ли бы одобрил такое.

Собравшиеся слегка удивились фразе, которой Станислав сопроводил первую горсть земли, ударившуюся о крышку гроба:

— В добрый путь, странник. Пусть дорога твоя будет длинной, но легкой…

Еще не конец

— Кажется, мы опять не туда попали! Во всяком случае, это место весьма мало напоминает Алуно.

Наки со вздохом сожаления попинала сиротливый валун, возле которого они вынырнули. Вокруг, насколько хватало глаз, расстилалась голая земля цвета запекшейся крови. В свете заходящего густо-малинового солнца она смотрелась устрашающе.

— На Марс, наверное, — предположил Дийк. — Очень похоже. — Он задрал голову к лилово-оливковым небесам. — Сразу удерем или побродим по окрестностям, попробуем поискать что-нибудь интересное и живое?

— А ты уверен, что это живое при встрече с нами не попытается откусить нам головы?

— Абсолютно не уверен.

— Ну, тогда пойдем!

Наки перепрыгнула через валун, взмахнув отросшими волосами.

Гоа, недовольно поскуливая (почва была черезчур раскаленной для его лап), затрусил следом.