Элейн Каннингем - Хелен

- Вы ведь ходите в церковь?

- Ну и что?

- Поговорите с пастором.

- Думаете, это поможет?

- Нет. Но от меня помощи тоже нет, да и денег у вас не попросят. Сколько вам платят за защиту?

- Нисколько. Это гражданское дело.

- Понимаю. Очень жаль, мистер Эддиман, я был бы рад помочь вам, но...

- Ничего, я же сам к вам обратился.

- Послушайте, если хотите, я могу ещё раз поговорить с ней. Однако, даже если я найду её невменяемой, это ничего не изменит. Потом соберут комиссию, которая наверняка определит, что мисс Пиласки совершенно здорова.

- Да, - уныло кивнул я.

- Вы по-прежнему ей верите?

- Не знаю. Но она не сумасшедшая.

* * *

Я позвонил в дверь, располагавшуюся в правом крыле пресвитерианской церкви. Преподобный Джошуа П. Хикс сам открыл мне. Следом за ним я прошагал в прохладную - редкое удовольствие в Сан-Вердо, - и обшитую темными панелями комнату, в которой царил приятный полумрак.

Преподобный отец Хикс был крупного роста и сложения мужчина, который слегка приволакивал ноги, а внешностью напоминал состарившегося Гэри Купера. Я даже ощутил некоторое недоумение - что могло сблизить такого почтенного священнослужителя с бывшим католиком, а ныне преуспевающим дельцом - Джо Апполони.

- Значит, вот вы какой, Блейк Эддиман, - пробасил он. - Я провел в суде целый день, и смело говорю: ваша подзащитная - поразительная женщина. Да, просто необыкновенная. Как мне к вам лучше обращаться - как к Блейку или мистеру Эддиману? Кстати, почему вас назвали Блейк? В честь девичьей фамилии матери?

- Да, сэр.

- Откровенно говоря, я этого не одобряю. Она, должно быть, была прихожанкой "высокой церкви"*?

*Ортодоксальная англиканская церковь.

Я кивнул.

- Так я и думал. А я вот предпочитаю имена, которые что-то значат Гидеон, Саул или Енох, например. Впрочем, вряд ли вы пришли ко мне, чтобы обсуждать имена. Джо сказал мне, что суд здорово выбил вас из колеи - и немудрено. На мой взгляд, подобную высшую меру наказания нужно вообще отменить. Вы не возражаете, если я все-таки буду называть вас Блейк?

- Нет, сэр.

- Тогда я хочу сразу прояснить для себя кое-что. Почему вы не обратились к собственному пастору, Блейк?

- Я не посещаю церковь. А моя жена водит детей в методистскую церковь - её родители были убежденными методистами.

- А вы не верите в Бога?

- Даже хуже того - я сам не знаю, верю я или нет.

- Хуже или лучше - это ещё бабушка надвое сказала, - пожал плечами Хикс. - Хотите выпить? У меня хорошее шерри припасено.

Самый подходящий напиток для духовного лица. Почему? Видите ли, Блейк, жить среди идиотов - это вовсе не повседневная повинность, а искусство. Откуда, черт возьми, мне знать, что именно шерри - самый подходящий напиток для отца-пресвитерианца? Просто я в это верю, вот и все. - Он достал бутылку и наполнил два стакана. - Итак, Блейк, чем я могу вам помочь? Надеюсь, вы не станете просить меня заступаться за эту девушку? Она ведь, судя по фамилии, католичка? Да?

- Боюсь, что помощь нужна мне самому.

- Почему?

Некоторое время я сидел молча, в то время как священник потягивал шерри, с любопытством наблюдая за мной.

- Не торопитесь, - сказал он минуту спустя. - Можете вообще ничего не говорить. Попьете шерри, посидите и уйдете. Или останетесь. Как вам удобнее, Блейк.

- Допустим, - сказал я наконец, - что к вам пришел некто и заявил, что он посланник Бога. Как бы вы это восприняли?

- Ах, вот вы о чем. Что ж, в первую минуту я решил бы, что передо мной чокнутый.

- Почему?

- Потому что Господь не шлет нам своих посланников, Блейк. Он в них не нуждается.

- Откуда вы знаете?

- Это основной вопрос в любом религиозном диспуте. Откуда вы знаете? Должно быть, мы боимся отвечать на него из опасения, что, ответив, станем на путь отрицания самих основ бытия, созданных Господом. Впрочем, это довольно спорно.

- А как же Христос?

- Христос был Его сын.

- А не могли у него быть другие сыновья?

- Нет.

- Жаль, что я не могу сказать "нет" с такой же уверенностью, как вы, святой отец. Впрочем, мне вообще куда более свойственно сомневаться, чем утверждать. Могу я задать вопрос, который покажется вам кощунственным?

- Мне ничего не кажется кощунственным - если я соответственно настроюсь, конечно. Пусть даже внутренне мне захочется вас отлупить - все равно я буду держать себя в руках. Спрашивайте.

- Почему вы так верите в Христа?

- Потому что он - основа моей веры. Потому что Он умер, чтобы спасти нас, а потом восстал из мертвых.

- Если вы в это верите.

- Упаси вас Господи в это не верить, Блейк.

- Да, сэр, но ведь сотни миллионов в это не верят - мусульмане, иудеи, буддисты...

- Да снизойдет на них прощение Господне.

- Буду прям, святой отец, - сказал я. - Меня интересует вот что: если это случилось однажды, почему оно не может повториться снова?

- Ответа на ваш вопрос не существует, Блейк. Вы сами это знаете.

- Это слишком просто. На самый насущный вопрос ни у кого не находится ответа.

- Таков смысл веры, Блейк. Верить нужно беззаветно. Неужто, идя ко мне, вы ожидали чего-то другого?

- Нет, конечно.

- Вы не хотите продолжить этот разговор? Посланник, о котором вы спросили... вы ведь не абстрактный вопрос мне задали, верно? Вы столкнулись с кем-то, кто утверждает, что послан нам Господом? Это так?

- В той форме, в какую вы это облекаете, мой вопрос звучит очень глупо.

- Вы отнюдь не кажетесь мне глупым.

- Но тем не менее это так, святой отец, - горько произнес я. - Я влюблен.

- В буквальном смысле?

- Да.

- Что ж, об этом можете не говорить.

- Да я и не в состоянии.

- Вы ведь, кажется, женаты?

- Да, святой отец. И к тому же - живу в Сан-Вердо.

- Боюсь, Блейк, что вы сами загнали себя в тупик, из которого нелегко выбраться. Даже не знаю, что вам и посоветовать.

- А если бы такое случилось с вами, к кому бы вы обратились? - спросил я.

Преподобный Хикс задумался.

- Трудно сказать, Блейк. Ведь вера иррациональна и непознаваема. Разумеется, будучи священником и, надеюсь, не самым худшим, я был бы страшно польщен, обрадован и возбужден, если бы в один прекрасный день в мою дверь постучал посланник Господа. С другой стороны, это non sequitur*, потому что в тот миг, когда я его впущу, слепая вера исчезнет, уступив место реальности. А вера и реальность несовместимы.

*Не следует (лат). Логическая ошибка, состоящая в том, что положение, которое требуется доказать, не вытекает из приведенных в подтверждение доводов.

- И все-таки, святой отец, вы не ответили на мой вопрос, - напомнил я.

- Я не могу на него ответить.

- Значит, нам обоим следует обратиться к психиатру. Он сумеет все объяснить.