Джек Уильямсон - Прикосновение гуманоидов

— Все сейчас в нашем распоряжении, — прошептала она. — Тетя уехала на банкет к Наварху, это на всю ночь. А у прислуги выходной.

На кухне (таких огромных кухонь он никогда не видел) подруга завалила небольшой столик мясом, фруктами и лакомствами, которые Кет в жизни не мог купить на свою карточку. А бутылку игристого вина, по ее словам, подарил сам Наварх.

При виде такого изобилия у юноши потекли слюнки, но почти сразу он забыл о еде: Челни села слишком близко. Духи оказались весьма чувственными, алое платье — чересчур тонким, и ее очарованию невозможно было сопротивляться. Совершенно ошеломленный, Кет смотрел на нее во все глаза.

— Что случилось, дорогой? — Она пододвинулась катастрофически близко. — Ты ведь меня не боишься?

— Я боюсь гуманоидов. — Он заставил-таки себя чуть отодвинуться от нее. — В детстве няня Веш всегда пугала меня ими, и я всю жизнь готовился бороться против них. Теперь я просто не могу поверить, что они такие добрые и замечательные, как говорит Наварх. Такое ощущение, что всем на «Фортуне», — он попытался улыбнуться, но в голосе все равно звучал страх, — промыли мозги.

— Неверное слово, дорогой. — Челни чуть нахмурилась, недовольно и очаровательно одновременно. — Это неправильное слово, оно несправедливо и по отношению к ним, и по отношению к нам.

Она с серьезным видом наполнила бокалы.

— Я так и знала, что ты не поймешь! Именно поэтому и вызвала тебя. Давай выпьем за Основную Директиву. Она принесла нам свободу!

22. Затмение

Явление, при котором одно небесное тело оказывается в тени другого. Малили, много превосходящая Каи размерами, вызывает регулярные ежемесячные затмения, обычно видимые на всей Каи. Затмения на самой Малили редки, всегда частичны и недолги.

Кет редко пил вино, так как студентам не полагались талоны на алкоголь. Он нерешительно попробовал — напиток обжег язык, но зато потом во рту остался яркий и приятный привкус.

— Мне очень жаль, что мы поссорились тогда, на Кратерном озере, — в ее тихом и глухом голосе прозвучало раскаяние. — Мне не хотелось покидать тебя, Кет, но я помнила о долге перед семьей. Это был жестокий выбор, а сейчас можно все изменить. Нам, Ворнам, никогда больше не придется стоять во главе флота. Разве это не замечательно?

Он неуверенно кивнул.

— Дорогой, — в блестящих глазах проступили слезы — Ты простишь меня?

— Неужели я ошибался? — Он хотел обнять подругу, но непонятный страх снова остановил его. — Мне все же не верится, что опасности нет никакой.

— Я попробую убедить тебя.

— Если ты сможешь… — Кет уцепился за ниточку неожиданной надежды. — Я столько хочу узнать. Скажи, у гуманоидов есть наблюдательные станции на Малили?

— Сплошные выдумки, — с презрительной миной она откинула волосы назад. — Такие глупые мифы нужно развеивать. Вместе с параноидальными подозрениями твоего отца, считающего безобидных людей агентами гуманоидов. Например, ту аборигенку, в которую ты влюбился в Академии, — как там ее звали? Или тот смешной человечек, постоянно использующий старые звания, — Бозун, я правильно помню?

Насмешка несколько задела юношу, и он выпалил:

— В основе этого мифа лежат факты! Гуманоиды работают на родомагнетизме, а на Малили обнаружены родомагнитные источники.

— Где именно? — Челни уставилась на него, зрачки широко распахнутых глаз превратились в маленькие точки. — Кто их обнаружил?

Кет похолодел от страха. Неужели она специально смеялась над мыслью о существовании тайных агентов, а сама работает на гуманоидов! ? Неужели она вернулась с целью разоблачить и уничтожить любую защиту Каи! ? И неужели он уже выдал Киру и отца! ?

— Моя мать… — он отчаянно искал безобидное объяснение. — Она думала, что мыследрева — источники родомагнетизма…

— Мыследрева? — резко спросила подруга. — Что это такое?

— Аборигены называют их… — он снова остановился, боясь сказать слишком много. — Там какое-то другое слово, я не помню.

— Почему она считала их родомагнитными?

— Понятия не имею, — юноша пытался поджать плечами как можно правдоподобней. — Возможно, в архивах Команды было что-то на эту тему. Я так и не узнал.

— А твоя мать имела аппаратуру для исследований? Настоящую родомагнитную аппаратуру?

— Сомневаюсь. Но сейчас нет смысла гадать. Что бы при ней ни было, все пропало в джунглях вместе с ней.

Челни еще некоторое время молча смотрела на него. Он попытался улыбнуться и почувствовал, что непослушные руки дрожат, а в горле застрял ком ледяного страха. Он не мог двигаться, говорить, даже думать.

— Если это все… — она отодвинулась, голос ее звучал уже мягче. — Ты меня встревожил поначалу. Понимаешь, на гуманоидов нападали какие-то сумасшедшие ученые. Безумцы хотели изменить мудрую Основную Директиву или даже вообще уничтожить наших друзей. Об этом даже подумать страшно!

— Давай лучше расслабимся. Забудь об этих гуманоидах, — сменил он тему.

— Поверь мне, Кет, — Челни подняла бокал, — это так здорово, что я наконец к тебе вернулась. Снова можно любить по-настоящему, без оглядки на долг.

— А что с коммодором?

— Моим кузеном Зеликом? — с явным презрением произнесла она. — Он остался маленьким дурачком, хоть и вырос. Постоянно душится, чтобы скрыть свой противный запах, и пускает слюни от страсти. Кое-что гуманоиды изменить все-таки не могут.

Она пододвинулась к нему и понизила голос:

— Давай забудем и о коммодоре, поговорим лучше о тебе. Как я понимаю, ты закончил Академию. Чем ты теперь занимаешься?

Он осторожно отпил из бокала, пытаясь найти удачный ответ, отводивший ее подозрения. Вино опять оставило горячий, острый привкус.

— Я бросил Академию и отправился в Зону, чтобы найти хоть какой-то ключ к исчезновению «Фортуны».

— Ты хотел разыскать меня? Спасибо! — Девушка накрыла его руку своей, и на лице ее появилось задумчивое выражение. — Наверное, гуманоиды захотят перевезти всех из Зоны домой: ведь больше не потребуется разрабатывать Малили. Представляю себе лицо дяди, когда он впервые увидит гуманоида.

Она хихикнула и наклонилась поближе с нежной улыбкой.

— Но мы говорили о тебе, Кет. Я хотела бы получше узнать твою семью. Я ведь только раз видела Рина Кирона и Киру. Где они сейчас?

Вопрос встревожил юношу: слишком уж заинтересованный был у Челни вид для такого прозаического вопроса. Желая потянуть время, он взялся за бокал, но внезапно ему расхотелось пить это терпкое вино. Возможно, туда что-нибудь добавили. Рука дрогнула, немного жидкости пролилось на столик.

— Тебе не нравится? — Ее беспокойство било через край. — Это отличный сбор…