Игорь Росоховатский - Гость

- Надо выяснить, где находится тот, кого мы ищем. И если он все-таки скрывается в этом городе, то мы отдадим предпочтение второй гипотезе.

"Он прав, - подумал Александр Николаевич. - Супермозг захочет сам следить за ходом опыта. На этом его можно поймать".

Полковник по телефону отдал дополнительные распоряжения. Вместе с Александром Николаевичем и Михаилом Дмитриевичем он поспешил в управление.

В поиск по городу включились все посты, опергруппы, народные дружины. Прошла бессонная ночь. Утром полковнику доложили, что человек, чьи приметы совпадают со "словесным портретом", замечен дружинниками на углу бульвара Пушкина и Пекинский улицы у канализационного люка. Он сдвинул крышку и опускал в люк на тонком тросе какой-то предмет. Заметив дружинников, сумел скрыться.

- Можно считать установленным его причастие к возникновению эпидемии, глухо сказал Александр Николаевич, мельком взглянув на своего заместителя.

Тарнов кивнул головой, соглашаясь с его выводами.

Один Михаил Дмитриевич со страдальческим выражением произнес:

- Да поймите же, мы судим о нем как воробьи о попугае. Нам же ничего не известно о его намерениях. И я верю этой женщине...

Александр Николаевич уже не мог злиться на своего помощника. Он думал: "Хороший человек Михаил Дмитриевич. Все понимающий Михаил Дмитриевич. Широко мыслящий, эрудированный. Мягкий, человечный. Это знают все. И точно так же всем известно, что я жестокий и требовательный. Властолюбец, умеющий принимать крутые решения и беспощадно проводить их в жизнь. Бесчувственный. Что ж, кому-то надо быть таким. Если сейчас все будут добрыми и мягкими, как Михаил Дмитриевич, то могут погибнуть тысячи таких же добрых и мягких..."

Он думает о Нине, о своей молодой жене, не может не думать: "Бывают, конечно, глупые и старые люди. Но зачем молодой красивой женщине глупый и старый муж? Да к тому же не признающий компромиссов? Да к тому же неудачник?"

- Хорошо верить женщине, - сказал полковник Михаилу Дмитриевичу, отвечая на его слова, но Александру Николаевичу казалось, что он отвечает на его мысли. - Это мудро - верить женщине. Но как быть с фактами?

- Факты еще надо истолковать.

- Как же вы истолкуете последнее сообщение? - тихо, очень тихо спросил у своего зама Александр Николаевич.

- Может быть и такое объяснение: он, как и мы, ищет средства борьбы против эпидемии, - сказал Михаил Дмитриевич.

На стене кабинета с планом города ярко замигала одна из сигнальных лампочек. Полковника Тарнова вызывал пост номер семь. Пост сообщал:

- Преступник обнаружен в нашем квадрате и окружен.

- Прикажите не применять оружие! - крикнул полковнику Михаил Дмитриевич.

Полковник бросил в микрофон: "Выезжаю!" Жестом показал ученым, что они могут ехать с ним.

- Разрешите мне действовать самостоятельно, - попросил Михаил Дмитриевич.

Возмущение Александра Николаевича готово было выплеснуться наружу, но полковник погасил его, спокойно сказав Михаилу Дмитриевичу:

- Сейчас спорить некогда. Поехали.

Квадрат номер семь был оцеплен так, что из него никто не мог выбраться незамеченным. Спецкоманды дежурили у передвижных установок слежения, над домами зависли патрульные вертолета.

- Вот он! - Полковник показал на темную точку в углу радиолокационного экрана, вмонтированного в панель управления автомобиля.

Точка стала увеличиваться. Автоматически включился телеэкран. На нем видна человеческая фигура.

- Сейчас его возьмут, - прошептал Тарнов, приподнявшись на сиденье.

На экране человек быстро шел по улице, завернул за угол, вышел на набережную канала. Здесь проходила дорога к торговому центру. Не менее десяти оперативников двигались кольцом вместе с преступником, но взять его на набережной не могли - мешали люди. Преследуемый сбежал по лесенке к каналу, согнулся для прыжка и... исчез.

- Он прыгнул в канал! - воскликнул полковник и скомандовал в микрофон: Перекрыть шлюзы!

Время двигалось мучительно медленно. Наконец Тарнов увидел сигнал вызова на пульте и немедленно ответил. Передавали с берега канала: преследуемого обнаружить не удалось. Он ушел. Исчез, будто растворился в воде.

Через несколько минут такие же сообщения поступили от всех групп преследования, с пунктов слежения, с постов, установленных у шлюзов.

Полковник вопросительно посмотрел на Александра Николаевича. Тот сделал вид, что не понимает его взгляда. Да и что он мог сейчас посоветовать? Рассказать еще что-нибудь о предполагаемых, но неизученных возможностях супермозга? Импровизировать, какие эксперименты может проводить супермозг над людьми или даже над человечеством в целом?

Полковник нажал несколько кнопок на пульте, посоветовался с генералом и с теми, кто вел расследование параллельно, отдал дополнительные распоряжения постам.

- Самое лучшее средство против разочарования - не очаровываться, внезапно и весьма неуместно сказал Михаил Дмитриевич.

Полковник резко повернулся к нему и спросил:

- Вы, помнится, хотели получить возможность действовать самостоятельно?

Александр Николаевич сделал предостерегающий жест, но полковник не прореагировал. Тогда Александр Николаевич сказал:

- К сожалению, Михаил Дмитриевич в своих поступках не всегда руководствуется логикой.

- Чем же он руководствуется? - спросил полковник так, чтобы по интонации нельзя было догадаться о его настроении.

- Настроением, - сказал Александр Николаевич. - Настроением и интуицией. По-моему, в нашей ситуации доверяться интуиции легкомысленно.

- В условиях неполной информации интуиция иногда очень полезна, - заметил полковник. - Может быть, я ошибаюсь?

- Но...

- Вы сами, Александр Николаевич, утверждали, что в данном случае логика нам не помогла! - Полковник взглянул на Михаила Дмитриевича и поощрительно улыбнулся. - Действуйте самостоятельно.

Бедный Александр Николаевич не мог и предполагать, какое действие на полковника окажет его замечание об интуиции...

- Подождите минутку, - попросил Александр Николаевич Михаила Дмитриевича, когда они вышли из автомобиля и остались одни на улице. Лицо руководителя лаборатории было нездорового желтого цвета, темные круги увеличивали глаза.

Михаил Дмитриевич почувствовал болезненный укол жалости: с этим человеком он проработал десять лет, Александр Николаевич всегда выглядел уверенным в себе, бодрым, энергичным руководителем. Он умел принимать крутые решения, брать на себя ответственность там, где другие не решились бы.

Подумать только, как он изменился! И голос его звучит иначе:

- Вас не мучает вопрос - почему он все время убегает от нас?