Window Dark - Круги измерений

Виктор осторожно постучал в узорную дверь.

— Войдите! — раздался мелодичный голос принцессы.

Виктор вошел и понял, что разговаривать с принцессой в духе второго круга не сможет. Эта принцесса не походила на классический образчик. Ее гибкая фигурка удобно примостилась не на троне или многоперинной постели, а на жестком подоконнике, где девушка изучала толстенный фолиант.

«Мы по делу,» — хотел сказать Виктор, но богатырь его опередил.

— Какие планы на завтрашнюю охоту? — поинтересовался маленький воин.

— Никаких, — поморщилась принцесса. — Я не поддерживаю убийство ради забавы.

— А кроликов, небось, едим? — ехидно поинтересовался богатырь. Кабанчиков, оленят там разных?

— Но это по необходимости! — запротестовала девушка.

— По необходимости можно и салатами обойтись, травками всякими.

«Разве можно так с принцессами разговаривать?!» — ужаснулся Виктор. Выходило, что можно.

— Что читаем? — осведомился богатырь, подобравшись вплотную.

— Историю прошлого, настоящего и будущего нашего королевства, пояснила принцесса. — Вас двоих там попросту не существует.

— Ну, — протянул богатырь, — это мы знаем. А что там про Ваше Высочество?

— А меня съели позавчера, — вздохнула принцесса. — Ума не приложу, почему я еще жива?

Богатырь взвизгнул от восторга, подпрыгнул и пихнул в бок подошедшего Виктора.

— Видишь, — громко зашептал он. — Все идет, как по маслу!

— Это вы про что? — подозрительно спросила почти не существующая принцесса.

— Это мы про то, что в объективной реальности нас уже или еще нет. Всех троих. Поэтому я торжественно предлагаю покинуть сей круг, дабы не засорять больше объективную реальность.

— Но мы здесь стоим! — не согласился Виктор. — Стоим, мыслим, а значит и существуем.

— А ты здесь родился? Назови дату своего рождения в летописях этого королевства.

— Я сюда прибыл! — гордо заявил Виктор. — Как вот ты, например, или Толян.

— Толян, — захихикал богатырь. — Толян здесь исключительно по твоему повелению.

— Это как, — опешил Виктор.

— Да вот так, — усмехнулся богатырь. — Ты хоть петь умеешь?

— Умею, — обиделся Виктор.

— А раньше?

— А раньше как-то не очень, — признался Виктор.

— Вот, — ткнул пальцем ему в колено богатырь. — Смог бы ты сразиться с людоедом в поединке?

— Нет, — честно признался богатырь.

— А спеть, не оперным басом, конечно, а так, худо-бедно…

— Ну ведь спел.

— Но под музыку.

— Разумеется, без музыки трудно.

— Вот ты и пожелал магнитофон.

— Это не я пожелал, это он у людоеда оказался.

— Нет, из-за тебя он здесь появился, в этом средневековье. Видать, фильмов ты в свое время насмотрелся, вот и желания у тебя соответствующие.

Виктор подавленно молчал. Будь он философом, тогда бы разговор крутился по другому. Но кем был Виктор когда-то, он теперь не помнил, значит сейчас он мог быть кем угодно. Даже известнейшим во вселенной философом. Может, так оно и было на самом деле. Такое предположение все же умных мыслей в голове не прибавило.

— Герой здесь, — богатырь ткнул в книгу, а Виктор потер место его предыдущего тычка, — и не планировался. Принцессу отдавали людоеду, она съедалась, королевство оставалось хоть и в трауре, но и в безопасности. Но сквозь объективную реальность ворвался ты. Сражаться ты, понятное дело, не мог. Но спеть, пожалуйста. Объективная реальность осталась в стороне, а ты получил ограниченную, но достаточно ощутимую власть. Тебе нужна была музыка, и появился магнитофон с известными тебе фонограммами. Но его оказалось недостаточно для большого зала и тут же возникла гора аппаратуры. А кто будет с ней управляться, не ты же? Вот тебе и Толян, отлично справившийся со своей задачей. Только колдуна ты всерьез воспринял, а то бы наплакался он с тобой.

Раздался скрип створок двери и в комнату вошел вовсе непонятный субъект. Он робко приблизился к принцессе и потянул у нее из рук «Историю Королевства». Принцесса сжала книгу покрепче.

— Давайте что ли, — прогнусавил субъект. — А то и за месяц не успею.

Вид у него был жалкий. Черная ряса с протертыми локтями и рукавами бахромой. Узкие пальцы были перепачканы чернилами, за ухом притаилось обкусанное перо, а из кармана торчал краешек чернильницы-непроливашки.

— Это писарь, — как всегда первым догадался богатырь. — Теперь будущее устарело, и ему приходится переписывать историю заново. Не надо, братан, мы сейчас на пятый круг уйдем. Ты про нее только исправь и все.

— Легко сказать, — протянул писарь. — Про нее исправь, про ее детей тоже, про родственников не забудь, про все войны, да перемирия из-за новоявленных наследников опиши. Тут работать и работать.

— Видишь, как оно, с объективной реальностью связываться, — зашипел богатырь снизу вверх.

— Ладно, — махнула рукой принцесса, — я тоже ухожу. Не переправляй ничего.

— Это же значительно облегчает дело, — просиял писарь. — Осталось только про концерт несколько страничек вклеить.

— Пиши, — ободрил его богатырь. — Только подумай, если бы не концерт, то купили бы маленькому Ванечке леденец, чтобы он не плакал, пока мама с папой отсутствуют, а если бы купили, то потерял бы он его или нет, а если бы потерял, то кто бы нашел и что из этого вышло бы для мирового сообщества?

Писарь впал в мрачное отчаянье.

— Ну, мы пошли, — напутствовал его богатырь. — Давай!

Это уже относилось к Виктору.

— Что? — не понял тот, косясь на принцессу. В ее глазах Виктору хотелось выглядеть веселым и находчивым, только пока не получалось.

— Как что? — удивился богатырь. — Выход на пятый круг! У тебя ведь звездный час. Ты вот даже мою персону вытянул из невообразимых далей. Что тебе стоит сделать выход!

Виктор сделал умоляющее лицо, не рискуя больше задавать идиотских вопросов. «А как?!!!» — сквозила тоска в его взгляде.

— Да как хочешь! — ответил богатырь. — От тебя зависит.

И тогда Виктор подкинул свою заслуженную награду. Медаль закрутилась, разрослась, выплюнула косточки и обернулась черной дырой. Тьма поглотила отважных путешественников, так и не успевших ничего сообразить. Последнее, что успел заметить Виктор, это тоскливый взгляд писаря.

«Как хорошо, что у них не развито книгопечатание,» — подумал Виктор, уносясь в беспросветную мглу.

Глава одиннадцатая

Промежуток

«Там одно вытекает из другого. Там люди, приходя в незнакомый дом, встречают именно то, чего ждали, и, возвращаясь, находят свой дом не изменившимся, и еще ропщут на это, неблагодарные. Необыкновенные события случаются там так редко, что люди не узнают их, когда они приходят все-таки наконец.»