Владимир Петров-Одинец - Лабиринты Гипербореи

– Может, мы зря суетимся? Славк? Не по-людски как-то… Словно убегаем. Давай сначала вернемся, попрощаемся?

Но мальчишка настаивал на своём:

– Нельзя время терять! А вдруг у Мера тоже ход к нам закроется? И будет опять, как силобор – пшик, и всё тут! Не хочу рисковать. Короче, если не идёшь, то я один! Да помоги ты карту снять, видишь, зацепилась!

Он горячился, потому что и сам понимал – неправильно так поступать. Но точила его и подталкивала подленькая мыслишка. Настолько подленькая, что он не хотел в ней признаваться:

«Некрасиво поступаю? Ну и пусть! Мы сейчас уйдём в своё время, и я никогда этих людей уже не встречу. Так чего мне их стесняться?»

И тут со всех сторон завыли волки. Они дружно выступили из кустов, и направились в сторону детей. Один, самый страшный, оскалил клыки, бросился к Милане, отделив её от Славки с Русаной. Рыжая вскрикнула, бросилась наутек по тропе, ведущей к селу.

Славка оглянулся в поисках палки, так напугавшей одинокого волка, что встретился им в прошлый раз. Но волки наступали, и было их так много, что мысли о сопротивлении исчезли. Там, в просвете между деревьев, мелькнула фигурка Миланы. Она добежала до берега, и кинулась в реку.

Стая волков уже выстроилась полукольцом, преградила путь в ту сторону. Прошли считанные мгновения, а выбора не осталось совсем – пришлось бежать в сторону леса. У Славки мелькнула мысль, что удастся забраться на дерево и отсидеться там. Надо лишь успеть, оторваться от преследования, чтобы времени хватило вскарабкаться, не стащили со ствола за ноги.

Волки гнались неторопливо, коротко подвывая то с одной, то с другой стороны, словно переговариваясь. Их мощные серые тела мелькали в подлеске, не давая возможности свернуть к селу. Затулье находилось совсем рядом, километр, а то и ближе. Но как ты до него добежишь, когда острые зубы клацают всё ближе?

Русана и Славка мчались со всех ног по единственной тропинке, уводящей вглубь леса. Едва различимая, она всё-таки позволяла бежать, не пригибаясь. Но ни единого пригодного дерева – одни мрачные громадные ели, широко раскинувшие лапы. По таким фиг залезешь. Надо лиственное, с редкими ветвями или сучками.

Тропа виляла, не давая перспективы. Знать бы, куда она выведет, успел подумать Славка, как перед ними, словно вынырнув из чащобы, открылась небольшая полянка с небольшим домом. Он выглядел неказисто, не сверкал красками, как двухэтажные хоромы Боруна, не блистал стеклами в окнах, подобно дому Олена. Серая и уныла изба, с покосившимся крыльцом.

Но это было спасение! Волки тоже поняли, что добыча ускользает, наддали, взвыли.

Глава 30

Мер, самый великий волшебник

Однако дверь уже пропустила Русану, а затем и Славку. С грохотом впечатав в косяк толстые, надежные плахи, окованные железной полосой, мальчишка закрылся на крюк. С той стороны в дверь мягко бухнулось и заскреблось что-то живое.

– Засов задвинь, – прошептала Русана, не в силах унять дыхание.

В горле саднило, ноги и руки тряслись, а пот, только что ледянящий спину, неожиданно стал горячим. Они бессильно опустились на пол, привалились к двери.

– Я думал, не добегу, – признался Славка, утираясь рукавом.

– Ну, ты так драпал, еле догнала, – укорила одноклассница.

– Сама-то! Вперед меня неслась. Как дверь лбом не вышибла.

– А ты хотел, чтобы отстала? Чтобы меня съели? – Не уступила Русана и вдруг оба засмеялись, перебивая друг друга:

– Ой, не могу! Вот волки обломились! Столько времени гнать, чтобы дверью по зубам…

Славка изобразил вежливых волков:

– Ешь их сам, я не хочу… Спасибо, я дерево не люблю… Мне бы человечинки… Пардонте, дорогой волк, с людьми у нас напряженка… Давайте одного из нас сожрём…

Просмеявшись, они стали осматриваться. Бревенчатое жилище внутри оказалось мрачным. Даже сенцы в избах Геры, Боруна и Дрона выглядели просторнее. Здесь потолка не было вовсе, окна отсутствовали, а свет проникал через прохудившуюся крышу. Обильная паутина обрывками свисала со стропил, древенчатые стены поросли бледными грибами на длинных, кривых ножках. Пахло плесенью.

– Куда это мы попали? Развалюха…

Стук в дверь прервал Русану, и знакомый голос попросил:

– Отк'ойте, дети. Не бойтесь, я п'огнал волков.

Рассмотрев сквозь щелку человеческую фигуру, Славка снял крюк. Да, это Мер, в том же мятом костюме:

– Я и не ждал вас так скоро. Мне впору судьбу благодарить. Каким ветром вас занесло ко мне?

– Не ветром, – уточнила Русана, – волки загнали. Мы хотели сначала домой, отдать карту Тринсу. То есть, я хотела сказать, Олену…

– Карту? Ту, что за твоей спиной, Яр? И что в ней такого, чтобы торопиться? Давайте-ка посмотрим…

Сейчас, когда волшебник, готовый вернуть их в настоящее время, стоял рядом, но не спешил исполнять своё обещание, Славке стало стыдно за ту подленькую мысль. Он покраснел, осознав, как непорядочно хотел поступить.

«И вообще, с чего мы с Русаной решили, будто Мер отправит нас немедленно? Он же сказал, в принципе готов поговорить, как это сделать. И ни слова – когда?»

А волшебник тем временем помог снять со славкиной спины берестяной тул. Крутя его в руках, он уставился на Славку.

– Не понимаю тебя. Ты меня просто удивляешь! Чтобы такой умный мальчик – и на побегушках? Тратишь время на обучение примитивным навыкам, как глупый арий! Тебе нравится мыть пол в казарме?

Мер увлёкся, повысил голос:

– Ты веришь то одному сумасшедшему волхву, то другому, в надежде вернуться. А ко мне – не спешишь. Ко мне! К единственному, кто обладает уникальными знаниями и способностями! Я, только я поистине велик!

Чем дольше декламировал волхв, тем больше сомнений копилось в душе мальчишки. Зачем Мер хвастается? Начинал бы уже разговор по существу. Да и не говорить, делать надо. Они с Русаной сюда не на лекцию пришли! Однако мужества прервать старшего, да ещё и волшебника – не хватало. А тот словно услышал мысли:

– Ладно. Перейдём к делу. Чтобы попасть в другое время, надо пройти туда по виткам, что лежат на силоборе. Он и перенесет вас на место. Я готов это сделать…

Лица детей вытянулись:

«Опять силобор, опять спираль! Никакой простоты. То же самое, что говорил Олен. Зачем же Мер соврал, что только он один умеет ходить во времени? Соврал…»

– Нет, не соврал! – Волхв возмутился. – Истинно говорю вам, нет в мире более великих волшебников, чем я.

Разочарованный Славка обиделся:

– Вы мысли подслушиваете?

– Не подслушиваю. Я читаю в умах! Мне понятны мысли всех живых существ, не только ваши. И какое это имеет значение? Лишнее доказательство моего величия!