Элизабет Бойе - Ученик ведьмы (Легенды Скарпсея - 1)

Скапти стиснул кулаки:

- И ты принял это, с позволения сказать, объяснение?

- Почему бы и нет? - отозвался Эйлифир.

- Это альвконуры! - прошептал Скапти.- Они уже одолели Гизура. Мы в западне, Эйлифир, - ни мага, ни оружия, и всех нас прикончат по одному, кроме Ивара. Надо предупредить всех остальных, чтоб были начеку, если уж Флоси так худо, а Гизуру еще хуже.

Эйлифир покачал головой:

- Бессмысленно говорить Эгилю, Финнварду и Флоси, что дела наши плохи, а могут обернуться и хуже. Старухи следят за нами во все глаза, разве вы не заметили?

Ивар оглянулся: Сольборг опять слонялась у входной двери.

- Что же нам делать?

- Не притрагиваться к их меду, - мрачно ответил Скапти.- Я еще вчера вечером заметил, что у него странный вкус. Эйлифир, можем ли мы как-то помочь Гизуру побороть их чары?

Эйлифир поплотнее завернулся в плащ:

- Прежде всего - тем, что останемся в живых. Надо быть осторожней, не то кинжал Сольборг живо положит конец всякому замешательству.

Они провели остаток дня, штопая прорехи на одежде и смазывая сапоги, отсыпаясь и отъедаясь,- словом, отдыхали как могли. Гизур наконец очнулся от навеянного чарами сна, но был бледен и измучен. Он быстро огляделся, желая убедиться, что ни одной их хозяйки нет в зале.

- Пропал мой посох,- шепнул он Ивару, блестя глазами. - Должно быть, ведьмы утащили его, пока я спал. Теперь я совершенно беспомощен. В посохе заключена большая часть моей Силы. Ты не видел старух? Кто-нибудь из вас был все время в зале, не выходя?

Ивар похолодел от ужаса. Как и все прочие, он то выходил, то возвращался. Одна из сестер могла запросто умыкнуть посох почти у них из-под носа.

Не успел он ответить Гизуру, как в залу вошли Нидбьёрг и ее сестры и принялись заботливо хлопотать над Флоси, выслушивать жалобы и нытье и потчевать его изысканнейшими блюдами собственного приготовления. С заходом солнца Ивар пристроился около Флоси, твердо решив бодрствовать всю ночь. Скапти был угрюм и насторожен, а Эйлифир безмолвно покуривал трубку в самом темном углу. После ужина Финнвард предложил Ивару сыграть в шахматы и разбил его наголову в десять ходов.

Флоси при виде этого разгрома презрительно фыркал из кровати в стенной нише, на которой сестры устроили его в нижней зале, - с его больными ногами, пояснили они, негоже карабкаться по ступенькам.

- Там, где требуется помозговать, скиплингу с альвом не сравняться! заявил он и потребовал чего-нибудь выпить.

Ивар был о собственных мозгах неплохого мнения. Чему Бирна хорошо его выучила, так это игре в шахматы, а она была безжалостным противником и тотчас использовала малейшее преимущество.

- Бьюсь об заклад, что я у тебя выиграю! - заявил он, расставляя фигуры.

Игра началась при большом стечении зрителей и обилии хозяйского эля. Эгиль и Финнвард почти мгновенно заснули, но Скапти, Эйлифир и Ивар не притронулись к своим кубкам. Гизур только омочил губы в эле и сидел, попыхивая трубочкой.

В зале стояла напряженная тишина, какая бывает во время умственного состязания,- и при этом имелась в виду не только игра в шахматы. Как ни старался Ивар, он чувствовал, что выдыхается, и его сосредоточенность слабела. Несколько раз он ощущал спиной пристальный взгляд холодных блеклых глаз Сольборг, и его так и подмывало повернуться. К тому же он сидел спиной к окну, и это его сильно беспокоило. Его фигуры начали исчезать с доски, а Флоси становился все самодовольнее. Когда в очаге треснула горячая ветка, Ивар уже бы так взвинчен, что невольно вскрикнул.

- Пожалуй, не помешает выпить горячего чаю, - сказала Нидбьёрг, поднимаясь с кресла. - Если уж сегодня эль не у всех в чести...

Когда она вернулась с чаем, Ивар бдительно принюхался, но уловил только запах чая. Он следил, притронется ли к чаю Гизур. Маг отпил глоток и, едва приметно кивнув, отхлебнул побольше. Скапти уловил знак Гизура и залпом выпил обжигающий чай, даже глаза заслезились. Ивар отпил чаю - главным образом из вежливости. К ужасу своему, он тотчас ощутил тот же горьковатый привкус, что и у эля. Он поспешно отставил чашку и глянул на Гизура, который, извиняясь, чуть пожал плечами и неуверенно оперся на локти. В его потускневших глазах было отчаяние зверя, попавшего в силок.

- Твой ход,- раздраженно напомнил Флоси, который то отхлебывал чай, то подавлял зевки. - Не удивительно, что игра тянется так долго, - ты же спишь над доской.

Ивар протер затуманившиеся глаза. Он знал, что Скапти и Гизур уже заснули.

- У меня глаза слипаются,- пробормотал он.- Этот чай...

- Впрочем, какой бы ты ни сделал ход, я бы все равно выиграл, - заметил Флоси. - Так что сдавайся. Начал ты неплохо, но бьюсь об заклад, думал совсем не об игре. - Говоря это, он клевал носом, пока не уткнулся головой в шахматную доску, разметав фигуры. - Чтобы выиграть, надо сбс... сост... со-сре-до-то-чить-ся...- Флоси смолк, погрузившись в сладкий сон.

Нидбьёрг быстро вязала, поглядывая на Ивара,- ожидала, когда подействует чай с сонным зельем.

- Ты ведь знаешь, что проиграл,- заметила она,- позволь мы отведем тебя наверх.

Ивар мотнул головой и едва не свалился с кресла. Он встал, пошатываясь, и шагнул к стенной нише, негнущимися пальцами нашаривая кинжал Бирны. Даже такое небольшое усилие сразило его окончательно, и он сполз на пол.

Нидбьёрг зацокала языком:

- Ты простудишься, если будешь спать на полу, а впрочем, устраивайся как хочешь. Торвор, очнись - пора.

Торвор, уже давно дремавшая над вязаньем, тотчас вскинулась:

- Я не сплю, сестра. Сольборг, ты готова?

- Времени у нас не так уж много благодаря нашему беспокойному приятелю-скиплингу,- отозвалась Сольборг.- Сестры, я думаю, он все знает и сказал магу.

- Плевать я хотела на мага,- хмыкнула Нидбьёрг. - Мы его обвели вокруг пальца, и он даже не понимает, что с ним творится.

Сольборг и Торвор начали петь заклинание, а Нидбьёрг бормотала и возилась где-то в стропилах. Ивар осторожно приоткрыл глаза, дивясь тому, как могла старуха забраться так высоко. К его изумлению, он увидел над головой огромную кошку с горящими желтыми глазами. Кошка зашипела, словно приветствовала его, и сжалась, готовясь к прыжку. Ивар перекатился к дровяному ящику, чтобы схватить какую-нибудь палку для защиты, но кошка фыркнула и предостерегающе зашипела. Юноша замер и покосился на Гизура и Скапти, которые похрапывали в креслах. Будить их было бесполезно, он знал это, - и кошка, точно прочтя его мысли, утвердительно заурчала.

Ивар заколебался, затем одним отчаянным прыжком дотянулся до дровяного ящика. Вскочив с увесистой дубинкой, он выхватил из-за пояса кинжал Бирны и с воинственным кличем ринулся на Сольборг и Торвор. Ведьмы смолкли и метнулись прочь. В тот же миг что-то с силой обрушилось ему на плечи - этого было довольно, чтобы Ивар потерял равновесие и ничком рухнул на пол. Кошка - это была она - испустила торжествующий вопль и впилась когтями в его спину, становясь все тяжелее и тяжелее, пока у Ивара от этой тяжести не перехватило дыхание. Беспомощный, он слышал, как ведьмы снова затянули заклинание. Он попытался было высвободиться, но кошка всем весом придавила его к полу.