Андре Нортон - Звёзды, не нанесённые на карты

Какой человек мог бы стать оценщиком на Вейстаре? Он должен быть компетентен, надёжен и непременно связан с Гильдией. И вот, предположим, достаточно известный человек обратился на Вейстар, спасаясь от Патруля, что вполне возможно для людей с таким родом занятий. Сперва он будет сидеть тихо, но затем его репутация сделает своё дело и достигнет слуха босса, обладающего сокровищем. Тогда его могут попросить сделать независимый доклад. Хотя эта цепочка включала слишком большое число всяческих «предположим» и «может быть», но тем не менее она была скреплена какой-то, пусть слабой, логикой. Единственная трудность заключалась в том, что тот, кто мог всё это осуществить, был мёртв.

Я так погрузился в свои мысли, что едва заметил, как Ризк начал было что-то говорить, но был сразу же прерван жестом Ита. Теперь все смотрели на меня, а двое умевших следить за моими мыслями, были явно ошеломлены.

Мой отец был мёртв, и то, что он мог сделать при жизни, было невозможно для меня. Я увлёкся совершенно нереальными построениями. Хайвел Джорн был убит три планетарных года тому назад, и об его гибели, за которой несомненно стояла Гильдия, было известно всем.

«Сообщения об его смерти могли быть ошибочными», — это предположение внедрилось в мои мысли прежде, чем я понял, что его высказал Ит.

— Но не в том случае, если это дело рук Гильдии, — произнёс я, отрываясь от плана, который вполне мог стать реальным, будь на моём месте мой отец.

На моём месте? Когда я был ребёнком, мне так хотелось стать похожим на Хайвела Джорна. Он полностью заполнял мою жизнь, почти не оставляя места для всего остального. Лишь много лет спустя я узнал, что я не питал тёплых чувств к его жене, сыну и дочери потому, что был его «ребёнком по обязанности», одним из тех младенцев, которых присылают в колонии с других планет для усыновления, дабы избежать вырождения поселенцев. Я считал себя сыном Джорна, и продолжал считать себя им даже когда после его смерти моя приёмная мать открыла действительное положение вещей, не без злорадства сообщив мне, что не я, а мой «брат» Фаскил является законным наследником дела Джорна и его лавки.

Хайвел Джорн сделал для меня всё, что было в его силах. Он устроил меня в ученики к скупщику камней, человеку огромных познаний и опыта, и он дал мне Камень Предтеч, а также свои собственные знания. Он смотрел на меня, я был уверен в этом, как на своего сына по духу.

Вероятно, где-то записано, кто мои настоящие родители. Я никогда не пытался выяснить этого. Но во мне горело то же неугомонное любопытство, которое отличало Хайвела Джорна. При других обстоятельствах я, возможно, как и он, вступил бы в Гильдию.

Итак, я хотел быть похожим на Хайвела Джорна. Но возможно ли, чтобы я на время стал им? Риск разоблачения был очень велик. Но с Итом и его паранормальными способностями…

«Мне интересно было бы узнать, — уловил я мысль мутанта, — когда же ты начнёшь смотреть на вещи реально?»

— О чём это вы? — потребовал ответа Ризк, посмотрев на меня чуть ли не с обвинением. — Ты что, придумал как проникнуть на Вейстар?

Но ответил я Иту, хотя и вслух: «Это полная чушь. Джорн мёртв и они уверены в этом.»

— Кто такой Джорн, и что нам до его смерти? — пожелал узнать пилот.

— Хайвел Джорн был главным оценщиком при начальнике одного из секторов Гильдии и моим отцом, — я просто изложил факты. — Они убили его.

— Нарушение контракта? — спросил Ризк. — Если он мёртв, то чем он может помочь нам? Конечно, я могу представить себе, как оценщик с гильдейским рангом может проникнуть на Вейстар. Возможно, — тут он нахмурился, — у тебя есть идея, как ты можешь притвориться своим отцом. Но они должны знать, что он убит. Если он был на контракте, то они должны знать.

А вот в этом я не был особенно уверен. Мой отец отошёл от дел. Его действительно время от времени посещали люди Гильдии. Я получил этому подтверждение, когда узнал одного из посетителей в капитане корабля, допрашивавшем меня на неизвестной планете, где были тайники с Камнями Предтеч. Джорн был убит ради Камня Предтеч, которого убийцы так и не нашли. А что если они покинули тело, сочтя его мёртвым, а мой отец всё же выжил? Были похороны, организованные его семьёй, но такой способ прикрытия для людей, скрывающихся от мести, стар как мир. А на той малонаселённой приграничной планете, куда он сбежал, они не могли получить о нём сведений, не выдав себя.

Значит, Хайвел Джорн воскрес, тайно бежав с планеты. Существует несколько медицинских технологий, позволяющих радикально изменить внешность человека. Но нет, это не годится. Чтобы проникнуть на Вейстар, нужно быть несомненным Хайвелом Джорном. Я вновь прокрутил у себя в голове весь план, соединяя все части между собой. Я должен выглядеть как Хайвел Джорн, и сходство должно быть достаточно убедительным. В таком случае, возможно, будет даже проще получить доступ к тамошнему начальству. Если верны слухи, то между заправилами Вейстара и центральным руководством Гильдии существует соперничество. Первые вполне могут принять полезного им беглеца, даже если Гильдия охотится за его головой. В конце концов, оказавшись на станции он станет их пленником и они смогут полностью контролировать все его действия.

Итак, Хайвел Джорн спасается от Патруля. В конце концов, из-за Камня Предтеч меня и в самом деле преследовали обе организации. Камень Предтеч… Мои мысли начали кружиться вокруг него. Я носил его с собой и никак не использовал, не ставил, например, экспериментов по увеличению мощности «Вендвинда», возможность чего мы с Итом обнаружили в своё время. Я даже неделями не смотрел на него, просто ощупывая время от времени свой пояс, чтобы убедиться, что он на месте. Я боялся показать, что он всё ещё у меня — даже намёк на это превратил бы меня в мишень для Гильдии и нарушил неустойчивое перемирие с Патрулём (если, конечно, таковое до сих пор существовало).

Нет, Камень нельзя было использовать для проникновения на пиратскую базу. Но вернёмся к Хайвелу Джорну. Смогу ли я быть им в течение того времени, которое может быть необходимым, чтобы найти украденное сокровище?

Маскировку со шрамом я смог поддерживать лишь в течение нескольких часов, а лицо чужака, придуманное на Лайлстэне — и того меньше. А Хайвелом Джорном мне потребуется пробыть, возможно, несколько дней, причём непрерывно, так как за мной наверняка будут вести наблюдение.

— Это сделать невозможно, по крайней мере я этого сделать не смогу, — сказал я Иту. — Ты тоже не в состоянии поддерживать иллюзию так долго.

— Тут ты прав, — согласился он.

— Значит это нереально.

— Я пришёл к выводу, — Ит принял тот поучающий тон, который особенно раздражал меня, — что немногие, очень немногие вещи действительно невозможны, если владеешь всеми фактами и тщательно их изучаешь. Ты преуспел, создав шрам, причём используя только свои природные ограниченные возможности. С лицом чужака-космолётчика получилось ещё лучше. Разве это говорит о том, что ты не можешь?