Михаил Огарев - Нервные профессионалы (По следам Святогора - 2 или Авантюрное танго - 2)

Ее итог полностью совпал с предупреждением "Незнакомца в маске": у всех троих в организме обнаружился неизвестный яд, правда, в неодинаковых дозах. Наиболее опасная концентрация оказалась у мадемуазели Ласкэ. Впрочем, анализатор утешил и остальных, предупредив, что если в течение семидесяти минут не принять "необходимое лекарство, состав которого определить не представляется возможным", то летальный исход для них так же обеспечен. Как и предсказал человек в капюшоне, дольше других предстояло мучиться Мстиславу - около семнадцати часов.

Получив это веселенькое известие, витязь рысью понесся к синтезатору, где лишь с третьей попытки сумел правильно набрать сложный многосоставной код предложенной панацеи. По привычке он сразу нажал кнопку "Исполнение заказа" и негромко выругался, получив в ответ на девяти языках предложение предварительно заплатить. Самостоятельно этого сделать он не мог, а обращаться с подобной просьбой к кому попало не очень-то хотелось. Поэтому удержаться от желания как следует треснуть кулаком по панели сквалыжного агрегата не удалось - хорошо хоть без разрушительного воздействия "сверхсилы". Однако и в этом случае грохот от удара оказался вполне приличным, что неожиданно вызвало насмешливую реплику сзади:

- Не ломайте казенное имущество, достопочтенный витязь! Оно не виновато, что проектировалось умными жлобами по приказу хитрозадых жлобов и для жлобов простодушных...

Мстислав мгновенно обернулся, едва не выбив подносик с тремя стаканами из рук стоявшего очень близко неизвестного. Впрочем, сейчас на нем не было маскировочного костюма, а в нормальной повседневной одежде его легко узнали бы многие.

- Каждое дело должно быть обязательно завершено, - сказал он с назиданием. - Неужели ты мог подумать, что, заразив вас смертельной болезнью, я еще потребую и счет за лечение?

- Уж не знаю, что и сказать, - развел руками витязь. - Вы так быстро меняете обличья и планы, о чем не считаете нужным даже упомянуть! Девочки ладно, но эксперимент надо мною без моего же ведома и согласия был ошибкой. До сих пор я верил вам безоговорочно, теперь отношение к нашему сотрудничеству будет иным.

- И это - вместо благодарности за отменную работу? - с откровенным разочарованием протянул неизвестный. - Вместо извинений за свое скоропалительное вскакивание то и дело с места? Теперь о твоей двойной игре не догадается разве что слабоумный! Сказано же было: сиди и не рыпайся! Нет, взлетает и набрасывается на Младшую Королевну, как боевой петух!

- Незаслуженно обижаете...

- Хорошо, пусть будет, как охотничий сокол.

- Во-первых, замечу, что мои рывки к вам на помощь были точно замотивированы, а во-вторых... Неужели непонятно, что этой самой Королевне достаточно просто моргнуть своими глазками, чтобы навсегда закрыть ваши? Ведь таинственный "Незнакомец в маске" - обычный человек, а дистанция для удара была сверхкороткой! Видели, что случилось со мною? А ведь я все время держал "истинную силу"!

- Как раз моя "обычность" была под большим вопросом - девицы же не знали о заранее подпиленной ручке кресла! Простому фрайеру ее одними пальцами не переломить! По-настоящему пугало другое: мадемуазель Ласкэ в любую минуту могла извлечь из-под юбки свой "вальтер" и всадить в меня всю обойму. Ведь не для демонстрации ног был придуман такой разрез! К счастью, она оказалась умницей - твои характеристики не подкачали.

- Да? - Мстислав здорово удивился. - А мне казалось, что Ольда бездарно все провалила. Я ожидал от нее куда большей изобретательности и упорства!

- Чего изобретать? Как упорствовать? - снисходительно поморщился неизвестный. - С мелочевкой против полного набора козырей? Она поступила наиболее практично: сыграла усталую покорность, приняла все требования и досыта накормила нас обещаниями. Выгадала время для обдумывания... Правда, я правил не признаю и вполне могу сделать два хода подряд. Об этом стоит поразмыслить. А сейчас извольте принять три готовые дозы надежнейшего восстановителя здоровья. Растворите, выпьете единым духом, вздремнете немного и через пару часов будете в норме. Только повторяю - сутки ничего не есть!

- А я очень хочу...

- Перебьешься. Да, насчет твоего поведения: не вздумай в дальнейшем театралить! Если мадемуазель Ласкэ начнет делать подозрительные намеки подставься! Некоторой особой связи со мною скрывать уже нет смысла. Напирай на то, что тебя страшно захватила идея враз покончить с богатырями. Давняя мечта!

- Мне казалось, что я хороший актер!

- Хороший. Но играть пока больше не требуется. Ты глава корпуса витязей и активно выполняешь поставленные перед тобою задачи. Все.

- Так ведь найдутся людишки, которые обо мне могут рассказать нечто совсем иное, - нехорошо усмехнулся Мстислав. - Есть такие. И сейчас они особенно занервничали...

- Ничего, пропишем им контрастный душ. Глядишь, и успокоятся... Лады мне пора двигаться, да и ты ступай. Вместе нас видеть не должны.

Приняв поднос со стаканами, на дне которых обнаружился зернистый порошок черного цвета, витязь поспешил в комнату девушек. Там он застал следующую картину: Малинка лежала на кровати, уставившись в потолок, и периодически мотала головой из стороны в сторону, а мадемуазель Ласкэ тщетно пыталась через поднятые руки стащить с себя платье, в котором основательно застряла. Во всяком случае, ее вид был явно неприличным. Пришлось отставить поднос и прийти на помощь - одернуть, успокоить и уложить на соседнюю с Младшей Королевной постель, после чего напоить обеих страдалиц водою угольного цвета. Осуществив эту спасительную операцию, витязь немного помедлил и сам осторожно выцедил не слишком приятный на вкус напиток. Ничего особенного не почувствовав, кроме мгновенной сильной изжоги, Мстислав перевел взгляд на горизонтально расположенные тела девушек и с удовлетворением обнаружил некоторый прогресс. Малинка перестала перемещать голову с правой стороны подушки на левую и уже дышала гораздо спокойнее, а Ольда приняла вполне целомудренную позу, свернувшись в калачик и плотно закутавшись в одеяло. Было заметно, что ее начало сильно трясти. Витязь замер на несколько секунд и прислушался к собственному внутреннему состоянию. Должно быть, оно его успокоило, так как, неспешно собрав кое-как размонтированную аппаратуру, он удалился, бросив последний взгляд на две соседние кровати. Там не было ничего нового: Малинка усиленно сопела, а ее подруга тряслась от холода и все старалась подтянуть колени поближе к подбородку.

После ухода витязя молчание продолжалось еще с четверть часа. Наконец мадемуазель Ласкэ, пощелкивая зубами, прерывисто объявила: