Николай Петри - Колесо превращений

Красному Волку затея пришлась по душе, и он попросил разрешения поучаствовать в ледяном созидательном труде.

- Только смотри - растирай лед хорошенько, иначе градины разного размера получатся. А за это от Небесной Канцелярии и схлопотать недолго!

- Не подведу!

Однако работать волчьими лапами было несподручно - градины получались неровные и разномастные. Дрон безапелляционно забраковал весь его труд и, растопив градины, выплеснул их коротким слепым дождем на какое-то поле. Красный Волк особенно не расстроился, потому что облакогонитель уже объяснял ему, как с помощью радуги закачивать в тучи воду, а потом проливать ее на землю веселым летним ливнем. Потом они учились сбивать туман в тучи. Потом... Потом они просто сидели на краю облака, и Дрон рассказывал им про свою нелегкую жизнь... там, на земле...

- Рыбарь я, вот через труд этот и пострадал. Годов уж тому двадцать будет. На Ульме-озере дело было. Так-то озерцо спокойное, но норовистое. Если на середину вышел, - зри и сушу вдалеке, и небо над головой, и воду неспокойную под челноком! А не то - беда! А был у меня в учениках Васютка, сиротинка круглая - как галька на памятном Ульме-озере. Вот с ним-то мы и промышляли. Не богато, конечно, но на жизнь хватало... А в тот памятный день улов у нас был славный, да и озеро спокойное. Мы уже почти невод-то весь выбрали, а тут Васютка чегой-то потянул неровно - и бултых в воду! Так-то бы ничего, да запутался, видно, ну и тонуть, знамо дело! Я за ним, его-то распутал и в лодку подсобил. А самому-то ужо сил не хватило - вода была еще шибко студеная... Это меня уже потом, как утопленника, на это место определили. Эх, грехи наши тяжкие!

Помолчали.

- А чем же ты здесь питаешься, дядя Дрон?

- Народ по доброте душевной мучицы белой раструсит по ветру али в огонь-едун бросит, чтобы, значит, меня уважить и от града оберечься, а ветерок-стригунок ее ко мне прибивает. А порой, когда совсем невтерпеж от одиночества делается, то спускаюсь на землю перед какой деревней и жду первого встречного, прошу у него молока от черной коровы да яичек от курочки черной. Тем и кормлюсь.

- А другие облакопрогонники, они тоже как ты?

- Нет, у каждого своя дорога на это облако. Я-то из людей - по своей нерасторопности смертушку не вовремя принял, а есть такие... о-о-о, лучше и не связываться! Есть и упыри, и двоедушники, и висельники-крамольники! Так что вдругорядь будьте поосторожнее. А то нарветесь ненароком на душу какую демоническую! Уж она отвезет вас, куда попросите!!

- Вообще-то мы не из пугливых. - Красный Волк не хотел показаться Дрону пустым хвастуном, но слова сами слетели с волчьего языка. - И сможем за себя постоять!

- Хорошо бы, - согласился Дрон. - Да только не всегда храбрость побеждает. Случается, что и хитрость силу ломит!... Вот ты по обличью вроде как волк, а по душе - совсем ягненок бесхитростный! А друг твой и вовсе не понять что: то ли демон, то ли оболочка чья-то телесная, а по душе - такой же телок, как и ты! Вот и выходит, что обличье - одно, а душа-то совсем другое!

Ухоня хотел возмутиться подобной оценкой его сущности, однако Красный Волк изобразил своей пастью нечто глубокомысленное, и ухоноид воздержался от реплик.

- Только вы сильно-то не пугайтесь тому, что вы мне так понятны. Я человек, и душа у меня человеческая, поэтому сразу могу узнать родственное создание. А упыри - они кто? - мертвяки, души не имеющие, для них всех облик ваш - загадка неразрешимая. Это я вас так, на всякий случай пужаю...

Ухоня блеклой лентой скользнул по красно-бурой шерсти Волка и шепнул ему на ухо:

- Может, он что-нибудь про случай в Малахитовых горах знает?

- Может, и знаю, - сказал Дрон, - да только нечего у меня за спиной шептаться! Я ж вам обо всем как на духу рассказал, а вы - шептаться!

- Не подумайте чего обидного на свой счет, просто я не хотел отрывать вас от ваших профессиональных обязанностей. - Ухоня был еще тот дипломат!

- Да ладно... - буркнул Дрон, на которого фраза Ухони произвела сильное впечатление.

Почти ничего нового в его рассказе не было. Практически то же самое им поведала вчера Баба Яга. Но кое-что Красный Волк все же взял себе на заметку.

Скоро внизу пошли знакомые места, и Красный Волк смог разглядеть на горизонте вершины Малахитовых гор.

- Дальше вам придется идти самим, - извиняющимся голосом сказал Дрон, - здесь могут гонять тучи только хмурники.

- И на том спасибо, дядя Дрон, - сказал Красный Волк, когда облакогонитель лихо спланировал к самой земле. Красный Волк спрыгнул в густую траву и с облегчением почувствовал под ногами твердь земную. Он помахал передней лапой облакопрогоннику и крикнул вслед улетающему облаку: - Может, увидимся еще...

- Увидимся-а-а... - донеслось сверху, и облако поплыло прочь.

- Вот так всегда, - вздохнул Ухоня, - только встретишь хорошего человека - уже и расставаться пора!

- Не переживай, Ухоня, у нас с тобой еще столько дел! А Дрона мы отыщем... потом...

- Обещаешь?!

- Клянусь самым острым клыком в своей пасти!

- Ну, тогда прямиком в Рудокопово?

- Конечно! - согласился Красный Волк и тяжело вздохнул: - Эх, мне бы вчерашние крылья!

- Ты чего там бормочешь? - поинтересовался Ухоня, успевший собрать вихрениями своего тела всю паутину в ближайших кустах.

- Так, - откликнулся Красный Волк, - думаю...

- Только ты не злоупотребляй этим процессом, а то привыкнешь!

- Ухоня...

- Я уже дней десять Ухоня, а вот кто ты?

"Хороший вопрос, - подумал Красный Волк, - я бы не отказался найти на него какой-нибудь ответ!"

Глава 5

ВОДОВИК

Бежать первые два часа было тяжело, а потом Красный Волк втянулся и перестал замечать свой бег. Ветер обдувал красно-бурую шерсть, сильные мышцы играли под ней, чуткий нос улавливал множество незнакомых прежде запахов.

Окружающий мир был наполнен спокойствием, и Красный Волк позволил себе заняться анализом полученной информации. Первое и, пожалуй, самое важное небольшая нестыковка в рассказах Бабы Яги и облакогонителя Дрона о таинственном чародее в черном облаке. Баба Яга сказала, что чародей, оказавшись над Малахитовыми горами (феноменальная память мгновенно прокрутила в мозгу Красного Волка весь разговор, и он нашел нужные слова), "затрясся весь, задрожал... а потом как зыркнет вниз, да как закричит страшным голосом... а потом все исчезло, и начались всякие странности..." А у Дрона было несколько иное объяснение: "...и оказался чародей сей поганый над горами Малахитовыми, и ударил в него луч яркий из самого сердца гор..." Итак, можно сделать вывод, что чародея остановил луч, исходивший "из самого сердца гор"! Что это был за луч и где оно, "сердце гор"? Хочется надеяться, что мы узнаем об этом в Рудокопове... Второе - подмена местности совместно с трансформацией тела. Либо это простая случайность, либо кто-то сознательно не пускает нас в деревню. Первое объяснение наиболее вероятно, потому что добраться до поселения горных мастеров весьма несложно, даже в зверином теле. Что же касается второго, то... информации слишком мало, чтобы сделать определенный вывод. Узнаем что-либо у горняков в Рудокопове, тогда и будем строить версии. А пока... несите, ноженьки, Красного Волка, да не роняйте его!