Тимур Литовченко - Число зверя, или Лейтенант дьявола

Это надо же, чтоб какой-нибудь солидный, образованный человек вдруг ни с того ни с сего вообразил себя отцом... и кого! - собственной жены. Да ещё вдобавок захотел наказать её розгами. Ну, что можно сказать про такого субъекта?! Хам? Идиот? Параноик? Выродок? Ублюдок? Развратник? Развязная мразь? Пожалуй, всё вместе. А Тётушка Иниль ещё взваливает всю вину на бедную Лейфу! Призывает подыграть явно ненормальному мужу! Хотя правда и то, что мужчин на белом свете маловато, хорошо хоть такие пока есть...

В общем, разговор произвёл на Мамочку громадное впечатление, как и все разговоры, так или иначе касавшиеся неведомых ей тем брака, семьи и воспитания детей. Поэтому во время "кофейника", как назывались в её отделе ежедневные пятнадцатиминутные совещания, Мамочка была чрезвычайно рассеяна. Она даже забыла похвалить "десятницу" дальней комнаты Пиоль за отлично заваренный кофе, вполуха слушала доклады о начале рабочего дня и ожила лишь для того, чтобы отдать Вийде распоряжение: снять с Лейфы и равномерно распределить между другими девочками всю работу.

- А если кто упрямиться станет, - говорила она "десятнице" ближней комнаты, - напомни им, что Лейфа всегда подстраховывает их в трудную минуту. Особенно это касается Доли. Скажи Доле, что Лейфа за неё весь гидрозахват до последней заклёпки начертила, пока она в парикмахерской сидела, чтобы на дне рождения своей двоюродной сестры выглядеть не хуже других. А то знаю я Долин язычок! За Хелу я и то меньше боюсь, а Тётушка Иниль и подавно возражать не станет. И дай Лейфе проверять какой-нибудь готовый чертёж, чтобы она работала стоя, а не сидя. Но давай не слишком сложный, так, две линии стереть, одну провести... Или вот что: приставь-ка её на сегодня "подчищать хвосты" за Тётушкой Иниль! Пусть доделывает скопившуюся "мелочёвку". Пожалуй, так будет лучше всего.

Конечно же, Мамочка рассчитывала, что при этом Лейфа сможет узнать у Тётушки Иниль то, о чём не успела или постеснялась спросить в кабинете начальницы.

- А я бы наоборот загрузила девчонку, - попыталась возразить "десятница". - За работой вся дурь того и гляди, пройдёт. А то подумаешь, какая цаца: муж побил, так сразу и головой в омут.

Вийда всегда была сторонницей крутых мер, потому что выросла в сиротском приюте и получив тамошнюю жестокую закалку, ужасно не любила слабых. В этом-то она и проигрывала Тётушке Иниль как психолог и воспитатель, ибо совершенно верно оценивая причины событий, в пяти случаях из десяти принимала ошибочную, слишком жёсткую линию поведения. Зато и Тётушка Иниль не смогла бы направлять твёрдой рукой работу девочек в ближней комнате, потому что рука её была скорее ласковой и заботливой, нежели твёрдой. А в паре они смотрелись очень даже неплохо, взаимно дополняли одна другую, нужно было лишь умело координировать их действия.

Вот и сейчас Мамочка похлопала в ладоши, призывая ко вниманию, и безоговорочно потребовала:

- Нет, приставь Лейфу в помощь к Тётушке Иниль.

На том "кофейник" и завершился. Больше к Мамочке никто не заглядывал до самого конца рабочего дня, она наконец взяла себя в руки, полила все до единого вазоны с цветами, окончательно успокоилась и дочертила второй лист сложнейшего монтажного чертежа, оставшись вполне довольной собой.

День шестой

Неожиданное прибавление семейства

С самого утра Мамочка не находила себе места. Ещё бы, ведь позавчерашним вечером Лейфа должна была объясниться с мужем, а вчера она не вышла на работу!

И чего только не передумала бедная Мамочка: и что Тётушка Иниль поставила неверный "диагноз", несчастная девочка доверчиво пошла к своему извергу, а тот в припадке гнева пришиб бедное дитя до смерти; и что Тётушка Иниль снова-таки ошиблась, но объяснение вышло тихое, после чего муж отчитал Лейфу, а несчастная пошла и утопилась с горя; или просто не выдержала, не дождалась вечера, не сумела остаться с мужем наедине или вызвать его на откровенность и от разочарования и безысходности наложила на себя руки...

Устроенные по телефону розыски ничего не дали: дома у Лейфы никто не брал трубку, её родители вообще ни о чём не ведали (отец ответил, что она уже мужняя жена, вот пускай её муж и даёт отчёт).

Тогда Мамочка вызвала на одиннадцатичасовый "кофейник" Тётушку Иниль. Эта мера сама по себе была из ряда вон выходящей, потому что маленькое совещание за чашечкой кофе в её кабинет устраивалось исключительно с "десятницами". В любое время к Мамочке могла войти любая "детушка", но только не в эти священные четверть часа после одиннадцати.

Конечно, время от времени какая-нибудь неосведомлённая девочка, в основном из только что принятых на работу, поднимала бунт и начинала говорить, что Мамочка сколачивает себе свиту из "десятниц". Тогда и делалось единственное исключение из правила: на "кофейник" вызывалась бунтарка. Мамочка не устраивала шумного разноса, это было не в её правилах. Просто она требовала от бунтарки очень подробный отчёт о делах всей комнаты в очень сжатой форме, и вообще обрушивала на голову провинившейся такой шквал информации о возникших проблемах, давала столько обязательных к исполнению указаний, что вслед за этим "детушка" выбиралась из кабинета начальницы по стеночке, едва переставляя негнущиеся ноги, на рабочем месте появлялась с жуткой мигренью, с головокружением и помутившимся взором. И понятное дело, утихомиривалась надолго.

Неудивительно поэтому, что вызов на "кофейник" не повинной ни в каком бунте Тётушки Иниль поверг в изумление весь отдел, произвёл большое брожение умов и мог бы перейти в разряд долго не забывающихся легендарных событий, если бы не иные, более важные происшествия, о которых речь пойдёт ниже.

Однако Тётушка Иниль не убавила Мамочкиных тревог. Напрасно она говорила, что у Лейфы всё в полном порядке, что всё просто не может не быть в полном порядке, что она не могла ошибиться и так далее. Мамочка отпустила её и продолжила розыски пропавшей... правда, с прежним нулевым результатом.

Тогда она с удвоенной энергией набросилась на работу, потому что у ближней комнаты как-никак срочное задание, а Лейфа не объявилась ни после "кофейника", ни после обеда! И вот вдобавок к сложнейшим монтажным чертежам Мамочка набрала кучу деталировки и стала спасаться от жестокой ипохондрии проверенным средством: работой. А заодно во время очередного визита в ближнюю комнату с потаённой гордостью выслушала краткую речь "десятницы" Вийды: "Вот, Доля, Хела, смотрите, как работает наша Мамочка! А она, между прочим, начальница отдела, и запросто могла бы не браться за неквалифицированную работу. Так что глядите мне, кто станет отлынивать..." и сдвинув брови к переносице, погрозила Доле и Хеле кулаком.