Кэролайн Черри - Выбор Шанур

— Политика везде одинакова; не так ли? — грустно улыбнулась Шанур.

Тулли опустил голову.

— Продолжай.

— Золотозубый позвал меня на свой звездолет. Он обещал найти тебя, моего друга. Моего хорошего друга! Я плохо знаю Золотозубого. Мне просто нужна помощь… Поговори с ним, Пианфар!

— С этим гаденышем?

Тулли смущенно хлопнул ресницами.

— Итак, — пробормотала она, — махены привели тебя к себе, а затем разыскали меня. Почему? Да потому что им понадобился кто-то, способный — и, главное, готовый! — вести диалог. Но что содержится в твоих бумагах, Тулли? И чем отличается Маинг Тол от остальных махеновских станций?

— Я астронавт! — Тулли задрожал — он делал так всякий раз, когда был чем-то расстроен. — Я ни разу не упоминал, что я с Пианфар.

— Тулли! Кто написал эти бумаги?

— Когда Золотозубый явился на «Иджир», он получил такие же документы, как и у людей, которые были там вместе со мной.

— То есть он снял с них копию? Тулли кивнул:

— Да. С них. Он сказал, что пойдет искать тебя и уладит проблемы со стишо, а потом надо будет доставить пакет на Маинг Тол и помочь человечеству… — Тулли поднял палец с кольцом. — Но кифы захватили «Иджир» и всех моих друзей, и теперь у них тоже есть такие бумаги.

— И давно это случилось? Тулли пожал плечами:

— Мне неизвестно. — Его глаза снова наполнились отчаянием. — Я прошу хейни прийти, все время прошу… А Золотозубый — друг?

— Хороший вопрос, — хмыкнула Пианфар, чем в очередной раз озадачила Тулли. Протянув руку, она похлопала его по плечу. — Все в порядке, приятель. Но скажи мне, наконец: почему Маинг Тол? И почему я?

Тулли задрожал и схватил ее ладонь, не обращая внимания на предупредительно выпущенные когти.

— Большая беда. Скоро на Маинг Тол полетит много человеческих кораблей.

— Через кифскую зону космоса? Но она же граничит с кненнами! И потом — что ты имеешь в виду под словом «много»? Три? Четыре? Сто?

— Бумага предлагает помешать кифам совершать набеги на наш Дом и нападать на наши звездолеты. Вот только Золотозубый считает, что кифы могут быть и ни при чем. Он подозревает кненнов.

— О боги… — Внутри у Пианфар все похолодело, и она тяжело опустилась на скамейку.

— Золотозубому нужно отвезти сообщение на Маинг Тол, чтобы остановить и махенов, и кифов и отправить их сражаться…

— Сражаться?! Чертово человечество не в силах отличить кненнов от кифов?

— Нет.

— Но ты-то знаешь разницу! Ты объяснил ее людям?

— А какой в этом смысл? Они не стали меня слушать. Закрой рот, Тулли. Я очень маленький, Пианфар. Я не они!

— Громы и молнии!

— Пианфар…

— Безумцы!

— Золотозубый — друг? — снова спросил Тулли. — Я поступил правильно?

Пианфар пристально посмотрела на него: загнанный в угол инопланетный разум, ограниченный рамками примитивного автопереводчика…

— Золотозубый — махендосет, — решительно сказала она. — А это означает, что его действия напрямую зависят от желания Консула. Они хотели завязать выгодную торговлю с людьми, однако кто-то нарушил их планы, напав на ваши корабли. «Иджир» не является обычным торговым звездолетом — в этом я даже не сомневаюсь! Они забрали тебя, чтобы выяснить истинные намерения человечества, но правда оказалась ужаснее самых мрачных предположений, и теперь Золотозубый напуган. Напуган, понимаешь? Махены могут справиться с кифами, но если кненны сунут сюда свои тонкие ноги… О боги, Тулли, да вы сошли с ума!

— Много судов прилетит, Пианфар! Они разгромят кифов и сразятся с кненнами.

— Никто не способен сражаться с кненнами! Проклятие, Тулли, нельзя драться с тем, с кем ты и разговаривать-то не можешь!

Широкие светлые глаза наполнились влагой.

— Где сейчас Золотозубый? Тулли растерянно пожал плечами.

— Хм. — Пианфар встала, и ей почудилось, что ее ноги превратились в нечто желеобразное. О боги, только бы не встречаться с этим беспомощным голубым взглядом…

Золотозубый рекомендовал ей сторониться хена, а его же союзник стишо — самого Золотозубого. А еще на Центральной находилась «Бдительность Эхран», чья конечная цель по-прежнему оставалась для Пианфар загадкой.

Теоретически хен мог узнать о том, что кто-то помог Шанур оформить допуск на станцию, а махены заплатили стишо крупную сумму, и сопоставить эти два факта. Или еще хуже: между «Бдительностью» и Исмехананом могла существовать некая связующая нить, о которой он не упомянул… Хено-махеновская каша с приправой из стишо…

Интриганы, движимые отнюдь не элементарной финансовой заинтересованностью…

Стишо с их ксенофобией и соседствующие с ними кненны, чьи мотивы и образ жизни никому не были ведомы…

Среди хейни ходили слухи, что махендосет вывели их в космос с единственной целью — составить мощный противовес кифам, и не исключено, что эта теория родилась из информации, просочившейся от метанодышащих. А вот кто помог подняться им самим? Тка подавали большие надежды, но могли ли эти лишенные членов змеевидные существа быть авторами собственных технологий? Или чи — то ли животные, то ли паразиты, то ли рабы тка? Маловероятно.

Пожалуй, у Золотозубого были причины перепугаться! И, как махе, он сделал вполне махеновскую вещь: задействовал все имеющиеся связи. Он заполучил Тулли, а потом разыскал ее, Пианфар. Не хен, не Эхран — те слишком хорошо знали махенов, чтобы участвовать в их играх, а Консул был слишком умен для того, чтобы идти напролом.

Нет — скорее всего махены постараются пустить ход событий по такому сценарию, что хейни будут просто-напросто вынуждены присоединиться к ним. Они это умеют. И легко пользуются чужим доверием: друг, расскажи нам все, что тебе известно.

Боги, они сломали Тулли изнутри — то есть добились того, что не удалось сделать даже кифам!

«Я поступил правильно?» — умолял об ответе открытый человеческий взгляд.

Да уж — схватили махены ее за бороду, ничего не скажешь… И похоже, что Стле-стлес-стлена тоже.

Но они будут оставаться хозяевами положения лишь до выхода на арену кненнов…

— Неприятности? — оторвал ее от этих мыслей голос Тулли.

Пианфар вскинула голову:

— Мы справимся с ними, дружок, а пока отправляйся к себе в каюту, ладно?

— Я астронавт! Я могу работать! — Тулли похлопал себя по карману. — У меня есть бумаги.

Они и вправду у него были. Гражданин Соглашения, лицензированный астронавт Тулли (еще одно махеновское достижение!). Однако он не мог управлять кораблем: во-первых, его руки были для этого недостаточно длинны, а во-вторых, он плохо знал язык, и занятым хейни приходилось держать его под замком, отмахиваясь от всех попыток завязать общение. А ведь он ожидал от них лучшего обращения! Видят боги — он ожидал лучшего!