Вячеслав Поляков-Прокопьев - Цивилизация из канализации

— Рождается закономерный вопрос: зачем создавать одно и то же дважды? Сначала — чтобы пользоваться, а потом — чтобы бороться с достигнутым! Здравый смысл подсказывает нам, что куда проще миновать эту стадию и начать уже с вашего уровня.

— Очень прагматично! Мне кажется, вы многое потеряете, не пройдя все стадии эволюции самостоятельно… Вы не боитесь стать цивилизацией-паразитом?

— Разве плохо, если к нам не прилипнет многое из того, что присуще вашей цивилизации? Разве не будет прекрасно обойтись без ваших пороков?

Заманчиво похоронить все тормозящее и тянущее назад… Мы понимаем, у вас не было такой возможности, а нам грех не воспользоваться представившимся шансом! В конце концов, мы с вами — одного поля ягоды, ягоды на вселенском поле разума.

— Что верно, то верно. С этим не поспоришь. Безусловно, мы приветствуем все ваши начинания, которые, как мы надеемся, пойдут только на пользу обеим нашим цивилизациям. И бесконечно рады, что теперь мы знаем точно: в солнечной системе мы не одни! Этот факт не может не внушать оптимизма. Отсюда еще вопрос: как вы будете регулировать численность? Мы же знаем, какими темпами вы можете увеличивать свою популяцию.

— О да, вы правы, но не в нашем случае. Обыкновенные крысы действительно могут размножаться очень быстро… в отличие от нас. Наши создатели позаботились об этом, сделав нам стерилизацию. По этой причине мы, естественно, не можем иметь потомства.

Александр заметил, с какой грустью Изюм посмотрел на Изюминку, как ободряюще пожал ее лапку. Картина приобретала все больше мрачные тона.

— Как теперь выйти из столь непростого положения?

— Откровенно говоря, мы очень рассчитываем на вашу помощь…

— С этого места поподробней, пожалуйста!

В чем вы, собственно, видите нашу помощь? — спросил Александр и, взглянув на Татьяну, подмигнул; оба улыбнулись друг другу.

— Даже не знаю с чего начать…

— С самого главного!

— Хорошо. Нам необходимо попасть в исследовательский центр, где мы были созданы. На нашу, так сказать, родину.

Александр искренне удивился. Самим соваться в капкан, удрать из которого стоило таких трудов? Зачем?

— Это единственный возможный способ вернуть нашей цивилизации способность иметь потомство. У них есть лаборатория генных модификаций. И надо признать, достигнутый ими уровень в области генной инженерии намного превышает общемировой, судя по публикациям передовых научных коллективов по этой теме!

Делайте выводы. Насколько известно нам, в вашем институте подобных результатов пока никто не добился, имеющиеся же результаты — исключительно ваша заслуга. Мы только на вас и уповаем, ведь вы — положительный герой нашего времени.

А со злыми гениями мы не хотим иметь ничего общего. От них, как вы уже знаете, мы не ждем понимания.

У вас в институте нет, необходимого оборудования, нет полной схемы эксперимента, проведенного над нами… Конечно, кое-что нам удалось выведать и подслушать, например, выкрасть несколько рабочих тетрадей, которые существуют в единственном экземпляре.

Мы их вам передадим при первой возможности. Скорее всего, сегодня же. Надеемся на успешный исход нашей затеи, об обратном даже думать как-то не хочется… Завтра, если вы не против, возьмите нас с собой, попробуем воссоздать технологию наших противников… кстати, и ваших тоже.

Разработай они свою изуверскую технологию до конца, еще неизвестно, что она могла бы принести человечеству… Наша цель — остановить темный замысел и использовать полученные знания во благо всех разумных существ… ну, хотя бы в пределах нашей галактики. Цель достойная, как вы полагаете?

— В чём-чём, а в красноречии вам не откажешь! Мне особенно понравилось заключительная часть. Вы и в самом деле считаете, что наши скромные познания могут пригодиться более развитым цивилизациям?

— Совершенно уверен. Представьте цивилизацию, схожую по уровню развития с вашей, но находящуюся на приличной дистанции. По временной шкале обе цивилизации шли параллельно, но совершенно разными путями в познания себя и мироздания.

Начнем с различного вида звездного неба, окружающего вашу планету и их планету, отсюда вполне естественно возникает разница в методах практического осознания своего «я», связанная с несхожими планетарными системами и, как следствие, различные выводы, различные способы познания и освоения вселенной.

Не говоря уже о биологическом строении организмов… а может, и небиологическом, скажем, на основе жидких кристаллов… Мы с вами действительно многого не знаем! Впрочем, я несколько отклонился от темы. Сейчас продемонстрирую, на что способна моя память.

С этими словами Изюм начал сосредоточенно рисовать на листе сложную комбинацию из линий, точек, кружочков. Александр, внимательно следил за происходящим, ничего не понимая из нарисованного.

И немудрено — метод, по которому рисовал Изюм, был абсолютно не знаком Александру. Отдельные фрагменты располагались на листе хаотично, они, казалось, никак не связаны между собой.

Постепенно рисунок начал приобретать осмысленный вид… Вдруг, словно кто-то резко включил в голове механизм распознавания образов, Александр четко увидел изображенную на листе часть помещения, с большим количеством приборов.

Причем, на каждом были ясно видны зафиксированные в определенный момент показания, а на некоторых и полное название прибора. Александр поразился: как это он мог не узнавать ничего, пока рисунок не был закончен полностью?..

Выглядело это поразительно и довольно странно, во всяком случае, ранее таких странностей за собой он не замечал. О чем тут же и спросил Изюма.

— Странный метод зрительной памяти. Как вы строите образы? Если можете, то объясните, как протекает процесс.

— Теперь и вы заметили! Поверьте, между нами существует огромная разница, например, в работе мозга. По структуре они почти идентичны, но в работе отделов мозга имеются существенные различия. Вы не задумывались над этим?

Объем мозга у нас во много раз меньше вашего, работу же он выполняет аналогичную или даже большую… Все дело в принципиально новом подходе в работе мозга. Нехорошим людям удалось сделать нечто почти невозможное.

Ведь ваш мозг реально загружен на пять-десять процентов, в то время как наш — на девяносто пять. И только оставшиеся пять процентов остаются в резерве на случай зависания систем управления жизненно важными функциями.