Тильда Гир - Дальние континенты

- Если бы вы не явились в нашу страну, ни я, и никто из моих соплеменников никогда не очутились бы в этом месте, - стоял на своем Мик.

Иеро решил, что лучше эту тему как-то прикрыть. И спросил:

- А который час?

- Скоро уже полдень. Может, выйдем наверх? - предложила иир'ова. Мик, что ты на это скажешь?

- Можно выйти, если тебе хочется прогуляться, - согласился полосатый кот. - Но вообще-то еще рановато. Бой начнется ровно в полдень. Минут десять-пятнадцать понадобится на то, чтобы устроить панику и напугать зрителей. И еще не менее часа - чтобы лошади довезли человека до окраины города.

- Он наверняка поедет на Горме, - возразила Лэса, - тогда им хватит и двадцати минут.

- Медведь так быстро бегает? - удивился Мик. - Мне он показался довольно неуклюжим.

- Внешность часто бывает обманчивой, - заявил Иеро, решив тоже немножко пофилософствовать.

Его слова развеселили всех. Но выбираться из подземелья беглецы пока что не стали - не стоило рисковать понапрасну. Их ведь могли заметить окраинные жители. Конечно, римские бедняки дружили с огромными полосатыми котами, однако в любом стаде может найтись паршивая овца. И вдруг кто-то донес бы стражникам?

Решив с пользой употребить оставшееся время, Иеро спросил, обращаясь к Мику:

- А куда мы попадем, если помчимся отсюда на восток или северо-восток, как ты советуешь? Что там за земли? Что за люди?

- Там нет людей, - хмуро ответил кот. - Там Стена. Вам придется пробираться вдоль нее, и не забывайте: эти места очень опасны. Из-за Стены всегда может просочиться какая-нибудь нечисть.

- Что за Стена? Что за нечисть? - тут же спросила иир'ова.

- Я не знаю, - сказал Мик, и священник тут же решил, что кот соврал. Что-то такое прозвучало в его мысленном голосе... особенное. Но сейчас был слишком неподходящий момент, чтобы уличать полосатого друга во лжи.

- Что, так-таки совсем ничего не знаешь? - с заметной язвительность в тоне поинтересовался Клуц. - Скажи хотя бы, как эта Стена выглядит.

- Она никак не выглядит. Она невидима.

- Как же мы узнаем, где она? - удивилась Лэса. - Как определим границы опасной зоны?

Кот неожиданно ухмыльнулся, продемонстрировав огромные клыки.

- Не беспокойся, определить это будет нетрудно, - сказал он. Во-первых, если ты случайно натолкнешься на Стену - она тебя отбросит назад, и очень даже сильно. Во-вторых, ты на нее не натолкнешься, потому что увидишь - все вокруг стало другим. А это будет значить, что дальше идти нельзя.

- Каким это - другим? - задал свой вопрос Клуц.

- Просто - другим. Ты сразу ощутишь это. Почувствуешь. Почуешь. Ошибиться невозможно. А за Стеной - древняя нечисть. Ей тысячи лет. Она всегда жила в словенских странах. А когда там не осталось людей - все эти страны стали принадлежать ей. Это все, что мне известно.

Американцы задумались. Похоже, побег из Рима - сущий пустяк по сравнению с тем, что ожидает их впереди...

12.

До полудня оставалось около часа, когда дверь казармы распахнулась и на пороге появился офицер-римлянин. Перья, венчавшие его сверкающий шлем, мазнули по притолоке, и офицер чуть наклонился, входя, - видимо, боялся попортить свой изумительный наряд. Римлянин резко сказал:

- Пошли! - и тут же отступил вправо.

В казарму ввалились солдаты. Они храбро набросились на пленников. Медведь в одну секунду оказался опутан поперек тела железными цепями. Брату Лэльдо примотали руки к телу. Желтокожий Ринпо сохранил свободу движений, но рядом с ним все же постоянно держались два солдата, настороженно поглядывавшие на чужака. Не слишком-то ему здесь доверяют, подумал молодой американский эливенер, поглядывая на товарища по Братству Одиннадцатой Заповеди.

Невольных гладиаторов вывели на улицу и повели вдоль стены Колизея к ближайшим воротам. Точнее, это был высокий и широкий туннель, прорезавший насквозь это невероятное строение, называвшееся Колизеем или амфитеатром Флавиев. Брат Лэльдо и Горм в предшествовавшие часы занимались не только репетицией "боя" с братом Ринпо, но и выслушали массу важной и интересной информации о послеядерной истории вечного города. И знали, что Колизей, построенный почти точно по древним чертежам, - это, собственно говоря, стадион овальной формы, с шестью ярусами трибун. Внутрь стадиона вели сквозные проходы под трибунами, арки, украшенные с наружной и внутренней сторон мраморными колоннами. Брат Лэльдо, войдя в арку-туннель, с любопытством посмотрел вверх. Отличная кладка, подумал он, на американском континенте так не умеют - ни на севере, ни на юге. Ни арки, ни каменные купола и шатры не давались американским каменщикам. Впрочем, возможно, им просто не приходило в голову постараться как следует...

Но вот пленники очутились во внутреннем пространстве Колизея, и брат Лэльдо и медведь одновременно ахнули от изумления. Да, зрелище оказалось впечатляющим! Подобного строения даже брат Лэльдо вообразить не мог, не говоря уж о лесном жителе Горме.

Трибуны величавыми ярусами уходили вверх. Секторы разделялись широкими мраморными лестницами, ведущими, казалось, к самым облакам. Первый, второй и третий ярусы были украшены колоннами. Общая высота сооружения достигала, пожалуй, метров шестидесяти. Нижний ярус состоял из роскошных лож, явно предназначенных для особо знатных персон. А на самом верхнем даже простых скамеек не было - там зрителям приходилось стоять на ногах.

Пленников быстро провели вдоль лож до небольшой служебной двери у основания одной из лестниц. Они очутились в глубоком полуподвальном помещении. Там их ожидали те, в чьи обязанности входило придать выступавшим на арене бойцам надлежащий вид, - гримеры и костюмеры.

Пленников развязали. Солдаты окружили их, держа наготове копья с чрезвычайно острыми наконечниками, - и под бдительными взглядами воинов гримеры начали работу, явно опасаясь, что эти чужаки выкинут какой-нибудь неприятный фокус.

Но пленники и не думали оказывать сопротивление. Во-первых, не гримеры были виноваты в происходящем, а во-вторых, им и самим хотелось поскорее очутиться на арене - и сбежать наконец из этого проклятого вечного города. Поэтому и брат Лэльдо, и Горм всячески старались помочь тем людям, которые обязаны были привести в должный порядок внешность чужаков.

Прежде всего американского эливенера переодели. Ловкие руки сорвали с него бесформенную коричневую хламиду с большим капюшоном, - но никто не стал возражать, когда брат Лэльдо сказал, что должен забрать из карманов свои личные вещи. Ему даже выдали специальную поясную сумку, чтобы он мог сложить в нее свое немногочисленное имущество, - сумка была сшита из золотой парчи и затягивалась крученым алым шнуром. Затем с брата Лэльдо содрали его грубое льняное белье, и смущенный эливенер оказался совершенно нагим. Но уже в следующую секунду его облекли в новое исподнее - короткие обтягивающие трусики, вязанные из тонкой шелковой нити. А поверх них его бедра обвязали полосой белой ткани, обернув ее несколько раз вокруг тела брата Лэльдо. Ткань закрепили булавками, стянули поясом, подвесив на него блестящую сумку с добром эливенера, и дополнили наряд крепкими кожаными сандалиями с длинными ремешками, которые несколько раз обвились крест-накрест вокруг икр вновь испеченного гладиатора. Под коленями ремешки застегнули золочеными пряжками.