Владимир Васильев - И тьма не объяла его...

И я показал им всю красоту своей пещеры, которой я любуюсь в темноте с помощью «ночного» зрения: и светящиеся разными цветами кристаллы, и наброшенную на них нежно-зеленую вуаль паутины… А потом показал ту же пещеру после того, как они обдерут со стен все кристаллы… Очень убогая каритинка получилась… И они мне ничего не ответили. Хотя я чувствовал, что они поняли мою мысль. Да я и не ждал от них ответа. Пусть подумают. Может быть, мне с этим их и отпустить?.. Нет-нет, рано! Еще подумают, будто я затащил их к себе с тем лишь, чтобы выразить свое недовольство их деятельностью в моей пещере. Это лишь попутная цель. А основная — понять их! Понять, насколько серьезна опасность, исходящая от них. Ведь я ее ощущаю почти постоянно… Сомневаюсь, чтобы мне удалось заполучить их в другой раз, посему надо выжать все возможное из этого… Кстати, они ведь, наверное, проголодались?.. Что ж, за хорошее интеллектуальное поведение можно и подкормить немного. Мои Я сбегали туда, где обычно застревают в ловушке пискуны, и принесли своим подопечным по штуке, с трудом просунув тушки сквозь ячейки отсеков. Реакция у всех летунов была отрицательная: кто отпихнул тушку лапой, кто закричал, выражая недовольство и брезгливость, кто отошел подальше… Гордые или питаются чем-то другим?.. Я показал им летуна, поедающего пискуна — очень красочно показал. Но они замазали эту симпатичную картинку непробиваемо черным цветом. И показали мне кусты, растущие на склоне Большой Пещеры, и ягоды на этих кустах… Надо же, такие вроде неглупые, а питаются этакой непотребной гадостью!.. Бр-р-р!.. Меня аж всего передернуло. У этих ягод на редкость тошнотворный запах!.. Но ничего не поделаешь — заслужили… И я отправил опекунов за пищей для своих подопечных. Благо — уже наступила ночь… Как только мои Я скрылись из виду, летуны тут же принялись яростно рвать и кромсать когтями, клювами, крыльями свои отсеки. И я позволил им немного поразмяться, а потом один мой Я стал появляться, то у одного, то у другого летуна. Вскоре они поняли, что находятся под бдительным наблюдением, и прекратили бесполезное буйство… Бедняги, они надеялись, что пока я бегаю по склону в темноте, им достанет времени освободиться… Нет, к противнику надо относиться с уважением — это повышает шансы на победу… Да и отсутствовали опекуны не так уж долго каждый притащил по охапке выдранных с корнем кустов и просунул их в отсеки… Я старался не смотреть, с каким аппетитом они поглощали эту дрянь. Когда же трапеза завершилась, я попытался продолжить общение… Показал им картинку, где они прятались в скалах, а я летел к ним на своих прозрачных крыльях. И почувствовал, как напряглось их эмоциональное поле. Это не было сосредоточением охотника перед решающим броском, потому что охотник невольно испытывает какие-то положительные эмоции к намеченной жертве, даже благодарность за то удовольствие, которое она ему доставит… Здесь же было только стремление убить! Да и какая может быть охота, если они питаются вонючими ягодами… Тогда зачем убивать?.. Ах, да, опасность! Они ощущают опасность, исходящую от летящего к ним паука… Я пытаюсь им внушить, что не собираюсь нападать на них, но они меня не слышат… И вот две черные молнии устремляются ко мне, заходят за спину… и я снова ощущаю обжигающую боль!.. И снова лечу в пропасть!..

Поговорили…

Мне опять ужасно захотелось сжевать хотя бы одного из них! Ведь даже осознание моей разумности не удержало их от убийства! Пусть мысленного, но, думаю, что в реальности будет то же самое… Как-то надо их проучить! Но пойдет ли это на пользу?.. Скорее, наоборот — убедит их в том, что я действительно опасен… Ладно, моя добыча еще никогда от меня не уходила. Надо будет съесть их — съем. А запах мысли можно будет заглушить коконом…

Да, разговор зашел в тупик. Кажется, действительно пора подкрепиться. Пятерка моих Я, отправленная на охоту, уже доставила добычу в Большую Ловушку…

На этот раз, несмотря на вкусную и обильную пищу, Покой был какой-то тревожный и рваный. Может быть, это эмоциональное поле летунов прорывалось в него? — Ведь приходилось находиться в пределах их видимости…

Выглядели они теперь неважно. И когда я опять показал им летящего паука, они почти не отреагировали на него. Что-то уразумели? Или переутомились в тщетных попытках вырваться на волю?.. А может быть, почувствовали, что нынешняя ловушка — тот же кокон, только чуть просторней, и разум их отключился?..

Внимание! В Большой Пещере появился черный летун. Один. Приближается. Влетел в мою пещеру с того входа. Зажег грязный свет и двинулся вглубь… Поймать?.. Зачем, когда похоже, что и этих надо или отпускать или съедать… Лучше сделать вид, что ничего не произошло. Тем более, что до сих пор у меня с ними не было никакого контакта. Нет меня!.. И никогда им меня не найти в моей пещере…

Вот летун дошел до реки и, не обнаружив там никого, быстро вернулся к выходу и улетел… Теперь исчезновение этой шестерки обнаружено! Эх, зря! Надо было его задержать и отпустить вместе с остальными… Дурака свалял!.. Но отпустить их — значит, обнаружить себя. И вооружить их информацией, которая делает меня весьма уязвимым… О-хо-хо!.. Кажется, я сам себя поймал в ловушку…

Ладно, поживем-увидим. А пока пообщаемся еще с пленниками. Пожалуй, хватит пугать их летающими пауками. Я же хочу, чтобы мы поняли друг друга и перестали опасаться…

И я стал «рассказывать» им о себе. Показал, какими маленькими были мои Я прежде, как они любили играть и резвиться в Большой Ловушке, как научились плести собственные ловушки, как я исследовал пещеру и как научился добывать пищу из реки… Да разве можно перечислить все эпизоды моей жизни, которые я дал им посмотреть!.. И мне кажется, что эта «исповедь» вызвала у них некоторый эмоциональный отклик. Даже интерес к жизни. К моей. А значит, и к своей…

В ответ некоторые из них тоже показали маленьких черных летунов, которые очень потешно учатся летать, прыгая с искусственной горы, построенной из кристаллов, добытых в моей пещере…

Но нас опять прервали! Теперь прилетели шестеро. Среди них и тот, кто был утром, и тот, кто прилетал раньше, но не работал, а только размахивал лапами да что-то пронзительно кричал. Эти двое двинулись вглубь пещеры, а четверо остались охранять вход — двое снаружи, двое внутри.

Я вынужден был прервать общение и организовать наблюдение за новыми посетителями.

Двое, которые вошли в пещеру, продвигались очень медленно, все время что-то высматривая на стенах и на полу… Понятно, они ищут следы борьбы. Но борьбы-то, собственно, и не было… Вот они у реки. Остановили круг, о чем-то покричали. Быстро возвращаются назад… О! Сворачивают в зал Большой Ловушки!.. Однако, не думаю, что они осмелятся сунуться в Ловушку. А если осмелятся?.. У меня не будет выбора…