Ричард Матесон - Невероятный уменьшающийся человек

— Держи его! — проревел парень в кепке, и его дружки схватили Скотта за руки.

— Бить меня в брюхо? Ах ты, сукин сын! Да я...

Он, видимо, еще не знал, как бы покруче расквитаться со строптивой жертвой. Затем, придумав что-то, парень издал довольный хриплый смешок и вытащил из кармана брюк коробок спичек.

— Поставлю-ка я тебе горячую отметину. Понравится это?

— Отпустите! Прошу же!

Скотт яростно вырывался из рук парней, шмыгая носом, чтобы кровь не стекала на губы. Голос его сорвался на визг.

В темноте вспыхнула спичка, и Скотт увидел лицо парня. Оно было в точности таким, каким ему и представлялось.

Парень наклонился еще ближе.

— Эй! — вдруг сказал он изумленно. — Эге! — И на лице его появилась кривая ухмылка. — Да это не малыш, — произнес он, вглядываясь в искаженное гримасой лицо Скотта. — Знаете, кто это?

— Чё ты там бормочешь? — спросил один из его дружков.

— Это же тот мужик! Который уменьшается!

— Что? — не сумев сдержать удивления, одновременно спросили Тони и третий парень.

— Гляньте на него, гляньте, ради Бога!

— Черт возьми, отпустите, или я вас потом всех посажу, — бушевал Скотт, пытаясь скрыть приступ отчаяния.

— Заткнись, — приказал парень в кепке. На лице у него опять появилась ухмылка.

— Э-э, не видите, что ли? Это же...

Спичка погасла, и он зажег еще одну и поднес ее так близко к лицу Скотта, что тот почувствовал жар ее пламени.

— Ну, видите теперь? Видите?

— Да-а... — Оба дружка парня в кепке, раскрыв рты, ошарашенно глядели на Скотта.

— Да, это он. Я видел его по телику.

— И он еще пытался изображать из себя малолетку! — сказал парень. — Уродец! Сукин сын, — добавил он сквозь зубы.

Скотт онемел. Гнев сменился отчаянием. Они узнали его и теперь могут разболтать об этом всем. Скотт судорожно дышал, обмякнув. Парень в кепке бросил на землю спичку и дал ему подзатыльник. Голова Скотта упала на грудь.

— Так ты, значит, врешь, уродец, — сказал парень, тонко и напряженно засмеявшись. — Уродец — вот как тебя зовут. Что ты там говоришь, уродец?

— Чего вы хотите? — спросил Скотт, задыхаясь.

— Чего мы хотим? — передразнил его парень. — Уродец спрашивает, что мы хотим!

И парни засмеялись.

— Эй, — ухмыльнулся третий, — давайте-ка стащим с него штаны и посмотрим, все ли у него там уменьшилось.

Скотт, как неустрашимый карлик, рванулся из рук державших его парней. Тот, что в кепке, отвесил ему еще одну пощечину. Лицо запылало, перед глазами поплыли темные круги.

— Уродец не понимает. — Наглец в кепке учащенно задышал сквозь стиснутые зубы. — Он у нас глупый уродец.

Страх ножом полоснул Скотта по сердцу. Этих парней бессмысленно уговаривать. Они лютой ненавистью ненавидели окружающий мир и умели выразить это лишь насилием.

— Если вам нужны мои деньги, возьмите, — торопливо проговорил Скотт, пытаясь выиграть время.

— Клянусь твоей сморщенной задницей, мы их возьмем, — с ухмылкой сказал парень и рассмеялся собственной шутке. — Эге, вот так-то, хорошо. — Веселость опять исчезла из его голоса, и он добавил холодно: — Держите его. Я вытащу бумажник.

В темноте Скотт напрягся всем телом. А парень в кепке тем временем обходил одного из своих дружков.

— У-у! — завопил один из парней, которого Скотт неожиданно саданул носком ботинка по голени.

Руки, державшие левую руку Скотта, упали.

— У-у! — заорал вслед за первым второй парень и тоже отпустил руку.

Скотт бросился в темноту, сердце тяжелым молотом стучало по ребрам.

— Хватай его! — завопил парень в кепке.

Скотт отчаянно несся вверх по крутому склону, часто-часто семеня своими маленькими ножками.

— Ублюдок! — выкрикнул один из парней и бросился в погоню.

От быстрого бега Скотт начал задыхаться. Подбежав к асфальтовой дорожке, он зацепился за ее край и, яростно молотя воздух руками, едва успевая перебирать ногами, полетел вперед. Наконец ему удалось поймать равновесие, и он снова бросился бежать. В боку кололо. За спиной раздавался быстрый топот башмаков парней по бетону.

— Лу, — простонал Скотт на бегу, жадно глотая ртом воздух.

Впереди, метрах в ста шестидесяти от себя, он увидел свой дом. И вдруг понял, что бежать туда ему никак нельзя, потому что парни узнают, где он живет. Узнают, где живет уменьшающийся человек!

Стиснув зубы, Скотт резко свернул в темную аллею. Он вытянул вперед руки, думая, что сможет открыть ближайшую дверь и, не останавливаясь, хлопнуть ею, чтобы парни подумали, что он скрылся за ней. Нет, слишком близко к его дому. Задыхаясь, Скотт продолжал бежать. Было слышно, что парни уже вылетели на аллею: их башмаки заскрипели по гравию. Скотт обежал заднюю часть дома и бросился через двор.

Впереди замаячил забор. Душа Скотта от страха ушла в пятки. Но остановиться было уже невозможно. На всей скорости подпрыгнув, Скотт отчаянно вцепился руками в край забора и начал карабкаться вверх. Но почти сразу соскользнул вниз. Он пытался было снова, но тут...

— Поймал!

Чья-то сильная рука грубо схватила Скотта за правую ступню, и от страха у него в висках застучали молоточки. Он резко повернулся и увидел, что его тащит вниз парень в кепке.

В горле застрял безумный крик. Дернув ногой, Скотт заехал ею парню прямо в нос. Тот с воплем выпустил его и, закрыв руками лицо, пошатываясь, стал отходить от забора. Перебирая по доскам носками ботинок. Скотт перелез через забор и спрыгнул на землю уже с другой стороны.

Острая колючая боль пронзила лодыжку. Но Скотт не мог останавливаться. Подскочив со стоном на месте, он, прихрамывая, бросился наутек. За забором раздавались голоса двоих парней, подбежавших к своему приятелю.

Морщась от боли, Скотт побежал по изрытой площадке на соседнюю улицу, где обнаружил откинутую крышку погреба.

Прыгая по высоким скользким ступенькам, он на ходу развернулся и потянув на себя тяжелую крышку. Она упала Скотту на голову и отбросила его на холодный цементный пол. Скатываясь вниз по двум оставшимся ступенькам, Скотт попытался уцепиться за ручку крышки, но ничего из этого не вышло, и он упал на грязный пол.

Сгорбившись, Скотт сидел на нижней ступеньке, переводя дыхание. Он чувствовал, что ступенька холодная и влажная, но от головокружения и слабости не мог встать.

Он никак не мог отдышаться, и его слабая грудь вздрагивала при каждом вздохе. Воздух обжигал горло. Резь в боку была такой острой, будто под ребра ему загнали отточенный кинжал. Голову пронзала невыносимая боль. Во рту все пылало и болело. По губам все еще текла кровь. Мышцы ног от холода свело судорогой. Обливаясь холодным потом, Скотт дрожал всем телом.