Александр Арбеков - Баллада о диване

— Очень неплохо подмечено, — улыбнулся я. — С этим я полностью согласен. Но данное утверждение более всего касается женщин, а не мужчин. Что нам какие-то шаги! Нам бы побыстрее сократить миллиметры!

— Вы правы, не спорю, — в ответ улыбнулся Негодяй. — Афоризм второй. «Для влюблённого нет друзей!».

— Не совсем согласен, но, в общем-то, сказано правильно. Но это изречение относится только к безумно влюблённому мужчине. Через некоторое время, будучи не таким страстным и влюблённым, как когда-то, и несколько охлаждённым, он вспомнит и о друзьях, и о пивном баре, и о влюблённых в него и жаждущих его присутствия подругах, и всё восполнится сторицей, — печально и нервно усмехнулся я.

— Афоризм третий. «Любимая женщина излучает больше очарования, чем имеет!».

— Без комментариев!

— Афоризм четвёртый. «Любовь — единственная страсть, которая оплачивается той же монетой, какую сама чеканит».

— Полная ерунда! Классик забыл, что любовь может быть неразделённой и несчастной, и самой, самой разной. В любви столько всего смешанно и перемешано. Или я что-то не так понял? — поморщился я.

— Афоризм пятый. «Полюбив, самый разумный человек не видит больше ни одного предмета, каков он на самом деле… Женщина, большей частью заурядная, становится неузнаваемой и превращается в исключительное существо!».

— Банальная истина. Все мы это в своё время проходили и многие ещё после нас, я думаю, будут проходить не раз.

— Да, вы правы.

— Ну, дальше!

— Афоризм шестой. «Чем сильнее у человека характер, тем менее склонен он к непостоянству в любви!».

— Категорически не согласен! — возмутился я. — Только люди с сильными характерами, подчинив кого-то себе, и вследствие этого закономерно заскучав, способны двигаться дальше в поисках новой цели до бесконечности, вернее, до самой смерти!

— Синьор, но мы же говорим отнюдь не о подчинении, а о любви! — вспыхнул Негодяй.

— А какая же любовь без подчинения?! Она в таком случае очень недолговечна, нервна, спорна и капризна! Везде требуется лидер! В том числе и в любви! — усмехнулся я.

— Может быть… Ну, и наконец — афоризм седьмой!

— Слава Богу! Я вижу берег!

— «Чрезвычайно красивые женщины вызывают не такое уж изумление при второй встрече!».

— А вот это выражение, в связи с моей сегодняшней ситуацией, следует очень глубоко осмыслить, — задумчиво произнёс я и подозрительно посмотрел на собеседника.

— А что тут осмысливать? — хмыкнул Негодяй. — Чрезвычайно красивые женщины вызывают изумление всегда! И днём и ночью. Бесконечно и до умопомрачения!

— Да, это так, — светло улыбнулся я. — А если они ещё и любимы, и влюблены в нас!?

— О!!!

— Но вы знаете, а ведь имеются неоднократные факты, свидетельствующие об обратном, — задумчиво произнёс я.

— О чём это вы?

— Ну, вот, например, возьмём уважаемого господина Маршала. Его жена, Леди Ли — совершенное существо. Боже! Таких волшебных и обворожительных красавиц я никогда в жизни не встречал. Но она уже не производит на своего мужа никакого впечатления, и даже превратилась в ненавистную ему личность. Странно…

— Извините! Но от этого Леди Ли не стала менее прекрасной, ну, например в ваших глазах!

— Да, вы правы.

— Конечно прав, — печально произнёс Негодяй.

Я встал, допил водку и откланялся. Как-то нехорошо и тревожно было на душе. Ах, ну да… Чёрт возьми, завтра утром грядёт Государственный Переворот! Серьёзнейшее и опаснейшее мероприятие, которое неизвестно чем закончится!

Первый пункт намеченной программы я вполне успешно выполнил. Напился основательно. Ещё следует хорошо выспаться, а потом выпить крепкого чая, побриться до синевы, проверить пистолет, некоторое время подумать, одеть тщательно отглаженный мундир и отправиться с надеждой и с верой в неизвестность. Быть сему!

Да, тот, кто не рискует, никогда не сможет достичь самых сокровенных и заветных целей! Банальная, но, тем не менее, — вечная истина!

Сон № 5

Нет ничего более опасного, чем страсти, которыми разум управляет в запальчивости.

Государственный Переворот, к моему огромному удивлению, прошёл быстро и как по маслу: решительно, организованно, отточено и, в общем-то, почти бескровно. Были какие-то жалкие попытки и потуги его пресечь, но две Гвардейские воздушно-десантные бригады, пара-тройка десятков танков, пятьдесят бронетранспортёров и боевых машин пехоты и десанта, а также такое же количество авиации под моим чутким руководством исключили всякую возможность более-менее действенного сопротивления со стороны противников Переворота!

И так, наша с новым ПРЕЗИДЕНТОМ историческая миссия была успешно выполнена! Слава героям! Ну, а, прежде всего, — слава мне! Мой авторитет в войсках сыграл решающую роль в успехе Переворота. Собственно, на это и рассчитывал Маршал, когда, как бы невзначай, предложил мне к нему присоединиться. Ах, какой, однако, хитрый старый лис! Но ничего, ничего… Леди Ли стоит всех самых разнообразных ухищрений, интриг, заговоров и переворотов на планете!

Прежний Президент по приказу нового Президента был аккуратно и, весьма безболезненно лишён жизни. Почти все старшие офицеры и генералы перешли на нашу сторону. Те, кто этого не сделал, куда-то бесследно исчезли. Я сразу же отдал команду войскам не предпринимать в отношении противника на другом Континенте никаких наступательных военных действий и послал в стан вечного врага делегацию с целью достижения консенсуса и мира.

Леди Ли явилась ко мне в Командный Бункер на третий день после Переворота.

— Ваше Превосходительство! — доложил мне статный адъютант в чине Полковника. — Аудиенции с вами требует какая-то совершенно безумная дама! Что с ней делать? Она ведёт себя неадекватно. Я опасаюсь за ваше здоровье или жизнь! Может быть, её немедленно арестовать, дабы пресечь возможные негативные последствия вашего свидания?

— Я вас всех арестую, я вас всех на лобном месте развешу и распну! Идиоты! Это женщина моей мечты! Солнышко моё ненаглядное! Неадекватна, значит! Это я неадекватен, а не она! — я нервно заходил по комнате. — Эта дама — главное утешение для моей исстрадавшейся души! Это вечная и несравненная звезда моего счастья! Это свет моих очей! Пупсик мой ненаглядный и горячее любимый! Впускайте же эту суку!

Я хлебнул коньяку, поправил галстук и стал сосредоточенно изучать какой-то непонятный документ.

Леди Ли ворвалась в кабинет, как ураган.

— И, так… Что происходит, Генерал?! Ты, мерзавец, почему не выходишь на связь!? Я на грани нервного срыва! Я о чём только не думала! Сволочь! Гад! Равнодушный подлец! Зачем ты испытываешь каждый раз моё терпение!? Что происходит!? — Леди Ли должна была, по-видимому, вот-вот наброситься на меня с кулаками.