Элейн Каннингем - Алиса

- На лодке толстяка - где же еще.

- А где это?

- Не гони лошадей, Кэмбер. Придет время - все узнаешь.

- А что у них за лодка?

- Моторная яхта. Какое тебе дело? Мы же уговорились - вам девчонка, мне - ключ.

- Я просто хочу знать, в какую сторону вести лодку.

- От тебя требуется только одно - запустить мотор и выйти на открытую воду. Ты умеешь управлять моторкой?

- Умею.

- Тогда - полезайте. Хватит тявкать.

- Не спорь с ним, Джонни, - сказала Алиса. - Теперь уже поздно пререкаться.

Я покрутил рукой, ловя на запястье отражение лунного света. Было без восемнадцати десять. Ночь стояла тихая и безветренная, приливная вода была гладкой, как зеркало. К югу от нас небо озаряли ночные огни Нью-Йорка.

Шлакман уселся на носу лодки вполоборота к нам, а мы с Алисой разместились на корме. Шлакман оттолкнул лодку от причала, а я потянул за шнур, чтобы запустить мотор. Прекрасно отрегулированный механизм завелся сразу. Я ослабил дроссель и вывел лодку на середину реки. В ту же секунду я проклял себя за глупость - мне даже в голову не пришло, что нужно было захватить с собой фонарь. Впрочем, пока небо оставалось безоблачным, луна сияла так ярко, что я мог вполне обойтись и без него. Во всяком случае, очертания берегов я различал с легкостью, да и о приближении к очередному мосту узнавал с приличным запасом.

Хакенсак - река неширокая. Начинаясь всего в двадцати милях севернее как крохотный ручеек, она быстро разливалась и превращалась в приливное русло, которое вскоре вливалось в Мидоус - огромную болотистую пойму величиной с Манхэттен. Здесь река лишалась берегов, а для обозначения прежнего русла служили только редкие бакены и буи. В остальном, пробираться приходилось вслепую, почти на ощупь.

В том месте, где мы находились, была ещё река и я, стараясь держась посередине, взял курс на юг. Шли мы довольно медленно. Шлакман требовал увеличить скорость, но я отказывался.

- К чему нам привлекать лишнее внимание? - сказал я. - Мотор и так слышно издалека. Если я прибавлю обороты, он будет реветь, как реактивный самолет.

- Ты хоть знаешь эту реку?

- Достаточно, чтобы добраться до Мидоуса, - ответил я.

* * *

Вплоть до самого Мидоуса никто из нас больше не раскрывал рта. Я сидел на корме возле мотора, держа руку на рычаге дросселя, а Алиса, сидя по соседству, сжимала меня за вторую руку. Я был признателен за этот знак Алиса таким образом давала мне понять, что я частично прощен. Шлакман по-прежнему восседал на носу, огромный и зловещий; я был рад, что во мраке не различал его черт - любование такой русалкой доставляло мне мало радости.

Время от времени мы проходили под мостами. Мосты жили своей собственной жизнью - некоторые вибрировали из-за проносившихся машин, однажды прямо над нами прогромыхал поезд, а ещё раз нас кто-то окликнул.

В целом же, мы перемещались в своем собственном замкнутом мирке, отделенные от внешней суеты несколькими десятками водной глади.

Хакенсак и днем - не слишком посещаемое место. Сейчас же, когда всходящая луна поменяла свою оранжевый покров на серебристо-голубую мантию, река приобрела совсем призрачный облик, превратившись в маленький затерянный мир, совершенно оторванный от цивилизации, до которой было отсюда рукой подать. Наконец, когда мы выскользнули в темный лабиринт Мидоуса, Шлакман нарушил молчание.

- Слушай, Кэмбер - ты знаешь протоку Берри-Крик?

Мы перемещались по заливчику, окаймленному с обеих сторон высоким сухим тростником; к западу тростниковые заросли простирались, казалось, до бесконечности, а к востоку - отделяли нас от автострады Джерси. Там, в отдалении виднелись огни магистрали, покрытой светлячками фар, а ещё дальше возвышалась мерцающая игла - башня Эмпайр Стейт Билдинга.

- Днем, мне кажется, я бы её нашел, - ответил я.

- Я же тебя не про день спрашиваю, Кэмбер.

- Разумеется, я попытаюсь найти эту протоку, Шлакман. Уж не мне ли хотеть туда добраться.

- Как думаешь, далеко до неё отсюда?

- Точно не знаю. - Я заметил первый плавучий маркер и показал его Шлакману. - Видите вон тот бакен? Река пересекает весь Мидоус, но берегов у неё дальше уже нет. Во время отлива найти нужную протоку было бы легче, сейчас же просто нельзя понять - где река, а где - болото.

- Нам нужно сперва найти канал Крик.

- Не знаю я, где тут такой канал, - уныло сказал я.

- А как его найти? - спросила Алиса.

- Он расположен к северу от нашей протоки, примерно в полумиле.

- Я найду его, - пообещал я. - Там находится яхта Монтеса?

- Там, - ухмыльнулся Шлакман.

* * *

Я немного увеличил скорость и лодка, задрав нос (несмотря даже на колоссальную тушу сидевшего на нем Шлакмана), понеслась в невидимую мглу, оставляя за кормой вспененные серебристые бурунчики.

- О, совсем другое дело! - радостно проорал Шлакман.

Я сказал, что эти места мне знакомы, но уже скоро придется сбавить обороты.

- Осадка у нас небольшая, - добавил я, - но в такую ночь глубина в один дюйм выглядит так же, как и фут. Мне бы не хотелось, чтобы мы завязли в иле. Прилив продолжается, а оттолкнуться там будет не от чего. Если мы угодим в болото, нас могут неделю не найти. В марте сюда никто не ходит.

- А если нас услышат полицейские? - предположила Алиса.

- А что они сделают? С берега они нас не увидят. Сейчас ночь, да и тростниковые заросли скрывают нас с головой. Если полицейские чего-то заподозрят, то могут вызвать патрульный катер из залива Ньюарк, только - с какой стати? Подумают, что подростки шалят.

Последние слова я произнес ей на ухо. Шлакман заметил это и заорал:

- Эй вы, бросьте там шептаться! Кэмбер, я этого не потерплю! Никаких секретов!

Я приглушил мотор. Мы уже приближались к южной оконечности Мидоуса и я искал буй, обозначавший начало канала.

- Нет у нас никаких секретов, - отмахнулся я.

- Тогда говорите вслух. Если что-нибудь задумаете, я вас обоих в клочья разорву!

- Господи, как мне надоели ваши угрозы, - вздохнула Алиса. - Неужели вы и вправду такой бесчувственный, мистер Шлакман?

- Слушай, сестренка, - взъярился он. - Кто ты такая, черт побери?

- Я знаю, кто я такая, мистер Шлакман, и я прекрасно знаю, кто вы такой. Симпатии к вам я не питаю, как и вы ко мне, но сейчас мы с вами волей случая очутились в одной упряжке. Может, вы все-таки прекратите угрожать нам, а лучше - попытаетесь помочь? Легко думаете, искать нужное место в такой темноту? Мой муж и так уже из кожи вон лезет.

- Опять она тявкает! - громыхнул Шлакман. - Слушай, Кэмбер, если ты сейчас не заткнешь ей глотку, я ей пасть порву. Усек?

- Он очень неуравновешен, - шепнул я Алисе уголком рта. - Пожалуйста, не выводи его из себя.