Александр Матюхин - Абсолютное правило

В голову пришла только одна нелепая мыслишка, но я тут же отбросил ее. Сумеречные и Исправители не могут быть одними и теми же существами. Никак. Иначе сумеречные уже давно бы уничтожили всех игроков Зари. Здесь что-то совсем другое. Что-то кроется в самих небесах, где за нами наблюдают Создатели.

На следующий день я поднялся с койки. С кряхтением, еле терпя боль, прорезающую спину, но все же подошел к столу и присел на стул, рядом с Васей и Алексеем.

Вася, как обычно, был одет в кожаную куртку, и лицо его не выражало никаких эмоций. На Алексее был его домашний халат, а на ногах мягкие тапочки. Они пришли почти час назад, уселись за стол, расставив на нем бутылки с пивом, пока я спал. Оба пили пиво, молча наблюдая за мной. Как-то неловко было сидеть перед ними в одних трусах, и я поинтересовался, где моя одежда?

Вася пожал плечами:

— Придет Вероника, у нее и спросишь. Тебе что, холодно?

— Не совсем так, — ответил я, — неудобно.

— Странные вы, люди, — сказал Алексей таким тоном, словно сам был отнюдь не человеком, а инопланетянином, — все вам не так. Я вот, к примеру, могу пройтись

голым по улице и совершенно не буду чувствовать себя некомфортно.

— Рад, — коротко кивнул я. — Угостите меня пивом?

— С удовольствием. — С Васей действительно что-то приключилось. Он сам налил полный стакан пива и протянул его мне. — Пей, сколько влезет. Чего-чего, а пива в Краевском хоть пруд пруди.

— Мне уже говорили, — ответил я, делая глоток. От холодного пива по коже вмиг пробежали мелкие мурашки. — Так сегодня вечером конференция?

Вася кивнул:

— Закрытая. На ней будут присутствовать всего двадцать четыре человека. А вот завтра вечером могут прийти все желающие.

— И я тоже?

— Ты нет. Тебя, Виталик, мы сводим к Кольке завтра в обед. Я уже обо всем договорился. Он тебя выслушает, но не гарантирую, что что-то сделает. В твоей ситуации лучше всего уехать обратно в Новоозерск. Исправители тебя не ищут, сумеречные тоже. Я бы на твоем месте воспользовался.

— Не надо ему указывать, — встрял Алексей, — пускай сам решает.

— Я не указываю. Я даю совет. Это совсем разные вещи. Кстати, с минуты на минуту должен подойти Женя. Оставьте ему пиво.

— До чего же ты привередлив, — сказал со вздохом Алексей. — Под столом еще шесть бутылок.

— Я напомнил. — Вася ухмыльнулся, и я так и не понял, пошутил он или нет.

В это время дверь в комнату действительно отворилась, и вошел как обычно веселый и сияющий старческой улыбкой Евгений Валерьевич. Увидев меня, он воздел руки к небу и воскликнул:

— О Создатели, как я счастлив, что ты спас свою задницу! — И тотчас полез обниматься. — А чего ты голый?

удивился он, отстраняясь после крепких объятий и совсем не по-старчески плюхаясь в кресло. — Неужели Вася и Сом…

— Какой Сом? — удивился я.

— Ну… этот, вон тот, в халате… Он разве не Сом? — Евгений Валерьевич сощурился. — Или я не прав?

— Прав, — ответил Алексей, — я это, кому же еще здесь быть?

— А почему Сом? — спросил я, ничего не понимая.

— У него фамилия такая — Сомленко, — пояснил Вася. — Понимаешь, у игроков тоже есть свои клички. Мы же люди, в конце концов.

— А у тебя какая?

— У меня нет.

— Партизан, — сказал Евгений Валерьевич, наливая себе в стакан пива. — Мы его все Партизаном зовем. Правда, сейчас уже не так часто, как раньше.

— И правильно делаете, — заметил Вася. — Я не люблю, когда меня так называют.

— И зря. Своим прошлым, тем более таким, надо гордиться! — Евгений Валерьевич сделал глоток и поморщился. — Опять пиво от Тараса? А нельзя ли было купить чего-нибудь настоящего? "Балтику", к примеру?

— Тебя никто не просил пить, — ответил Сом, пробуя отобрать у Евгения Валерьевича стакан.

Тот отстранился, ткнув под нос Сому кукиш:

— Хрен тебе крокодилий! Раз уж налил, то и выпью! — И он залпом допил, покраснев, как вареный рак. — Так о чем мы тут говорили?

— О конференции, — сказал я. — Вы тоже сегодня пойдете?

— Я нет, — ответил Сом. — Сегодня точно не пойду, мне нельзя. А вот завтра… скорее всего прогуляюсь да Цитадели. Все же интересно послушать, что там у нас опять нарешали.

— Цитадели?

Евгений Валерьевич хлопнул себя по лбу:

— Черт возьми, Сом, никогда не произноси незнакомых терминов в присутствии Виталия. Он же ничего не понимает! — Потом повернулся в мою сторону. — Не обращай внимания на то, что мы тут говорим. Ты все равно мало что поймешь.

— Ну, почему же, — начал было я, но Евгений Валерьевич уже перевел свое внимание с меня на Васю, который вдруг заговорил:

— Господа. Хватит шутить, давайте поговорим кое о чем другом. Я все никак не могу взять в толк, кто такой Виталик. Он спас от смерти Веронику и не отступил, когда узнал об Игре, хотя перед ним все семнадцать неиграющих просто впадали в какой-то психический невроз. Он добрался до Краевского живым и невредимым, убив двоих Сумеречных, плюс еще два Исправителя, которых убила Вероника из-за него. И дальше ничего не происходит. Нет никакого развития событий. Почему? Может, объяснишь нам? — Васины холодные глаза (глаза без сетчатки, как и у Евгений Валерьевича) посмотрели на меня. Холодно не было, но кожа моя вдруг покрылась мурашками.

— В каком смысле? — спросил я.

— В самом прямом. Ты какой-то не такой, не как все люди. И не как Игроки. Ты — что-то совсем другое.

— Третья сила? — шепотом спросил Сом. — Я что-то уже слышал о подобном. Послушайте, а ведь это вполне разумная мысль! Создатели послали к нам третью силу, чтобы играть стало еще интереснее. Представляете существо, которое может справиться со всеми нами, с сумеречными и даже с Исправителями. Победить его будет втрое интересней!

— Что ты несешь? — тоже шепотом спросил Евгений Валерьевич — Какая третья сила? Ты в своем уме? Посмотри на Виталия, да он же испуган, не знает, как ему быть и что делать. Он обычный человек, поверь мне.

— Зачем верить тебе, если можно спросить у него самого, — тихо сказал Вася. Он по-прежнему не сводил глаз с меня, крепко сжимая в руке стакан. Тело его напряглось, словно он только и ожидал, когда я вскочу, чтобы сбежать. Как же неуловимо наш разговор вдруг превратился из обычного в столь напряженный. А я все еще сидел перед ними в одних трусах.

— Что у меня спрашивать? Вы несете какой-то бред, — ответил я. — Я обыкновенный человек. Ничем не отличаюсь от остальных. Не знаю, почему я воспринял вашу Игру не так, как остальные. Может, потому что сам с детства вел войну со всем окружающим миром, пытаясь выбиться в люди? Да если посудить, мне было гораздо хуже, чем всем вам, вместе взятым. Меня гоняли не по правилам, пытались убить, не смотрели ни в какие кодексы чести. А еще, Вася, ты думаешь, мне так легко было согласиться с вашими правилами, понять их? Ты забыл, что ли, то, что происходило со мной у тебя на квартире в Новоозерске?