Нагару Танигава - Меланхолия Харухи Судзумии (Перевод с японского)

Мне похвалить ее великолепную интуицию?

— Ну, у ее отца работу поменялась ведь.

— Такая дурацкая причина не считается.

— Хочешь — верь, хочешь — нет, но это основная причина, по которой переводятся в другую школу.

— Но ведь странно! Все это за два дня. Нельзя работу за один день сменить, взять, и уехать на следующий день. Что это за работа такая?

— Может, отец ей не говорил…

— Это невозможно! Нужно провести расследование!

Я собирался предположить, что смена работы была лишь оправданием, а на самом деле они сбежали, оставляя за собой горы долгов, но передумал. Уж кто-кто, а я-то ведь знал, что это неправда.

— «Бригада SOS» не может остаться в стороне от такого загадочного происшествия в нашей школе!

Пожалуйста, вот не надо этого!

После вчерашних событий мне требовалось полностью пересмотреть свои взгляды. В конце концов, став свидетелем всех этих сверхъестественных вещей, и пытаясь убедить себя, что ничего этого не было, можно прийти к следующему: либо с глазами или с головой у меня что-то не в порядке, либо что-то странное творится с миром вокруг меня, либо я сплю и мне все это снится. Если и выбирать, то только из этого.

Кроме того, я ни в какую не могу поверить, что этот мир не настоящий.

Да уж, по-моему, в мои пятнадцать лет, для поворотных точек в жизни еще несколько рановато! Почему десятиклассник вроде меня должен мучаться философскими вопросами вроде «существует ли этот мир?» Не могу я думать над такими вещами. Хочу, чтобы больше такой излишней деятельности не было!

У меня и без того сейчас хватает проблем!

Глава 6

Такой проблемой был конверт, который я, как и вчера, нашел в своем шкафчике. Что это за мода пошла на обмен письмами через шкафчики для обуви?

Однако сегодня послание выглядело совсем иначе. Вместо сложенного вдвое рваного анонимного клочка бумаги я нашел цветастый конверт, напоминавший обложку девчачьей манги, обратная сторона которого была аккуратно подписана. И если глаза меня не обманывали, там значилось:

«Асахина Микуру».

Я немедленно запихал конвертик в карман пиджака и ринулся читать письмо в мужской туалет. Посреди листа с напечатанными рисунками улыбающихся девичьих лиц, был текст:

«Жду тебя в клубной комнате в обеденный перерыв. Микуру».

После всего пережитого за вчерашний день мои взгляды на жизнь, мир и реальность выделывали совместные акробатические трюки.

Извините, после всего, что произошло, снова оказаться перед лицом опасности для жизни?

Однако это совсем не значит, что я туда не пойду. В конце концов, в этот раз меня зовет Асахина. Хотя и нельзя было категорически утверждать, что письмо написано ей, я в этом не сомневался. Нет, действительно, такие намеки — это вполне в ее духе! Если представить, как Асахина весело выписывает ручкой такое письмецо — это так ей подходит! К тому же, в перерыве в комнате наверняка будет Нагато, если что, она сможет вмешаться.

И не надо говорить, что мне должно быть стыдно. В конце концов, я всего лишь обычный старшеклассник.

Сразу после окончания четвертого урока я, не дожидаясь ни разговора с многозначительно посматривающим на меня Танигути, ни предложения совместной трапезы от Куникиды, ни похода с Харухи в учительскую за выяснением причин отсутствия Асакуры, и даже не взяв с собой бенто, сбежал из класса и быстро зашагал в клубную комнату.

Был еще май, но зной стоял уже как летом. Солнце, будто в него подбросили угля, щедро источало энергию на Землю. Когда приходит лето, Япония просто превращается в естественную сауну. Я всего лишь шагал, а резинка моих трусов уже намокла от пота.

Через три минуты я уже стоял у дверей комнаты литературного кружка. Сначала я постучался.

— Да, можно.

Это, без сомнения, был голос Асахины, ошибиться в этом я не мог никак. Что ж, похоже, можно успокоиться и заходить.

Нагато в комнате не было. Кроме того, не оказалось там и Асахины.

В комнате, наклонившись к окну и рассматривая школьный двор, стояла длинноволосая девушка. Она была одета в белую блузку и черную мини-юбку, а на ногах ее были тапочки, предназначенные для посетителей школы.

Заметив меня, она обрадовано бросилась ко мне и схватила за руку:

— Кён-кун… так давно не виделись!

Это была не Асахина. Однако девушка была очень на Асахину похожа, настолько, что их легко можно было спутать. Говоря по правде, кроме нее я ни о ком не думал.

Но это была не Асахина. Моя Асахина, не такая высокая и лицо у нее не такое взрослое, да и грудь, вздымавшаяся сейчас под блузкой, никак не могла вырасти до третьего размера за один день.

Улыбающейся девушке, державшей сейчас мою руку перед собой, было около двадцати лет и облик ее Асахину-школьницу совсем не напоминал. Можно сказать, это была Асахина, вариант второй, продвинутый.

— Эээ…

Меня осенило:

— Старшая сестра Асахины… вы?

Девушка забавно прищурила глаза и повела плечами. Улыбка была точно такой же!

— Ха, я — это я! — сказала она. — Я — Асахина Микуру, только по сравнению с той мной, которую ты знаешь, из более далекого будущего. …Как же хотелось с тобой встретиться!

Наверняка я тогда выглядел очень глупо. Сколько лет пройдет, когда нынешняя Асахина, если ее можно так назвать, станет стоящей передо мной великолепной девушкой? Конечно, когда Асахина вырастет, будет настоящей красавицей, а тут вот она — как есть, стоит прямо перед моими глазами. Да уж, повыше ростом стала, да и очарования прибавилось. Неужели она дорастет до такого?

— Что, не веришь? — спросила Асахина стиля а-ля секретарша. — Тогда я предъявлю доказательства!

Неожиданно Асахина принялась расстегивать пуговицы блузки. Когда она добралась до третьей, смущенному мне предстала часть ее груди.

— Смотри — родинка в форме звездочки, видишь? Это не наклейка! Проверишь?

На ее левой груди и впрямь была такой формы родинка. Единственная, она очаровательно выделялась на белой коже.

— А этому веришь?

Даже не знаю. Не могу же я помнить все родинки Асахины. Хотя я и стал свидетелем весьма пикантной сцены в клубной комнате, когда ее наряжали в девочку-зайчика, но времени рассмотреть все в деталях у меня не было.

Когда я сообщил свои соображения по этому поводу, очаровательная Асахина сказала:

— Да? Но ведь это ты сам, Кён-кун, мне о ней сказал, разве нет? Даже я сама ее не замечала.

Асахина в замешательстве наклонила голову, в удивлении раскрыла глаза, а затем вдруг покраснела.

— О… не… сейчас… ведь… Это еще не… Ой… Что же делать?..