Роберт Шекли - Лабиринт Минотавра (сборник)

Ознакомительный фрагмент

– А малютка Дэн был хороший мальчик, – сказала старуха.

– Ну… – сказал старик.

– Да-да, это правда!

– А как насчет случая с лошадью мистера Уинтермьюта? – напомнил ей старик.

– Они никогда не докажут этого! У тебя уверенности-то поубавилось бы, если бы ты выслушал и другую сторону.

– Но знаешь, Марта, лошадь теперь уже ничего не скажет, – сказал старик.

– А я не про лошадь говорю, старый ты дурачина! Я говорю – никто даже не выслушал Дэна.

– А не потому ли, старая, что он удрал из города, как тать в нощи, – сказал старик с той удивительной точностью в выражениях, которой необразованные люди порой достигают под влиянием больших количеств черного кофе.

– А как же, конечно, сбежал! – с негодованием сказала старушка. – Ему пришлось сбежать, не то его обвинили бы в ограблении банка.

– Может быть, вы знаете, где я могу найти его? – спросил Кромптон.

– Точно не скажу, – ответил старик. – Он нам никогда не писал. Но Билли Дэвис видел его в У-Баркаре, когда возил туда картошку.

– А когда это было?

– Лет пять, а то и шесть тому назад, – сказала старушка. – Ну а сейчас поди найди его. Клорапсемия – большой континент, хотя берега его очень изрезаны. У вас хорошее лицо, мистер! Поезжайте, найдите его, наставьте на путь истинный!

Она расплакалась, спрятав лицо в фартуке. Старик провел Кромптона мимо старого дуба на дощатую дорогу.

– Вы уж простите мою старуху, – сказал он. – С тех пор как Дэн ушел, прихватив с собой все, что попалось под руку, в том числе и наши жалкие сбережения, мать совсем переменилась.

– Понимаю, – сказал Кромптон. – Хочу, чтоб вы знали; я собираюсь отыскать Дэна и сделать из него цельного человека.

– Плюньте вы на него.

Старик сплюнул на свой шишковатый левый кулак, следуя какому-то туземному обычаю неизвестного происхождения, и побрел назад к покосившейся веранде.

– Забавный парень этот Стэк, – заметил Лумис. – Эл, в какую яму ты нас толкаешь?

– Да, он, пожалуй, человек не из приятных, – откликнулся Кромптон. – Но у нас просто нет выбора. Без него не будет реинтеграции.

Лумис тяжело вздохнул.

– Где, по крайней мере, находится этот У-Баркар?

– На юге, – сказал Кромптон. – В самой что ни на есть неизведанной глубинке этой допотопной планеты.

– О, Бог мой! Опять?

– Я доставлю нас туда. Я уверен, что справлюсь с задачей, чего бы мне это ни стоило.

– Знаю, знаю, – проворчал Лумис. – Разбуди меня, когда все закончится. И он заснул.

Глава 7

У-Баркар представлял собой скопление плантаций, на которых пятьдесят землян работали надсмотрщиками, а две тысячи аборигенов сажали, растили и собирали урожай с дерева ли, произраставшего только на этой части планеты. Плоды ли созревали два раза в год и были незаменимой приправой к блюдам китайской кухни.

Кромптон встретился с десятником, краснолицым верзилой по имени Гаарис. На бедре у него болтался пистолет, а вокруг пояса был аккуратно намотан бич из удава.

– Дэн Стэк? – переспросил десятник. – Ну как же, работал здесь почти год. Потом как-то внезапно исчез.

– Если вам не трудно, расскажите почему, – попросил Кромптон.

– Отчего же, пожалуй, – сказал десятник. – Только лучше поговорить за стаканчиком виски.

Он провел Кромптона в единственный в У-Баркаре салун. И там, потягивая пшеничное виски, поведал Кромптону историю Дэна Стэка.

– Он явился сюда с Восточного болота. Что-то у него там было с девчонкой – то ли он дал ей по зубам, то ли еще что-то. Но меня это не касается. Все мы здесь – или почти все – далеко не сахар, и думается мне, что там, в городах, были рады-радешеньки избавиться от нас. Да-а-а… Так вот, я поставил Дэна надсмотрщиком над пятьюдесятью йигганами на поле в сотню акров. Сначала он чертовски здорово справлялся с ними. – Десятник опрокинул стаканчик. Кромптон заказал еще и заплатил. – Я ему советовал погонять их, чтобы от них был толк: здесь в основном работают аборигены из племени чипетцев, а они народ злой, вероломный и крепкий. Мы заключили с их вождем контракт на двадцать лет в обмен на ружья. Этими же ружьями они пытаются расправиться с нами – ну да это уже другой разговор. У нас не принято делать два дела сразу.

– Контракт на двадцать лет? – уточнил Кромптон. – Выходит, йиггане фактически ваши рабы?

– Так оно и есть, – согласился десятник. – Кое-кто из хозяев старается приукрасить это дело, называют его временной кабалой или феодальной экономикой. Но на самом-то деле рабство – оно и есть рабство, и нечего тут финтить. Да и другого способа цивилизовать этот народец просто не существует. Стэк отлично понимал это. Здоровенный был малый, и с бичом управлялся – дай Бог каждому! Я думал, дело у него пойдет.

– Ну и… – подбодрил Кромптон десятника, заказывая очередную порцию виски.

– Сначала он был просто молодцом, – сказал Гаарис. – Лупил их своей удавкой, исправно получал свою долю и все такое прочее. Но не было у него чувства меры. Стал до смерти избивать своих ребят, а ведь замена тоже недешево стоит. Я уговаривал его не перебарщивать, но он не слушал. Однажды его чипетцы взбунтовались, и ему пришлось пристрелить восьмерых, чтобы усмирить их. Я поговорил с ним, что называется, по душам. Объяснил, что наша задача – заставить йигган работать, а не убивать их. Мы, конечно, списываем какой-то процент на потери, но Стэк зашел слишком далеко, и это стало сказываться на наших доходах.

Десятник вздохнул и закурил сигарету.

– Стэк слишком любил пускать в ход свой бич. Да и многим из наших парней это нравится, но Стэк просто удержу не знал. Его чипетцы снова подняли бунт, и ему пришлось прикончить целую дюжину. В драке он потерял руку. Руку с бичом. Думаю, чипетцы просто сжевали ее. Я поставил его на работу в сушильне, но и здесь он затеял драку и убил четырех чипетцев. Тогда терпение мое лопнуло. В конце-то концов, эти рабочие денег стоят, и мы не можем держать у себя бешеного идиота, который вышибает из них душу, как только ему что-то не понравится. Я дал Стэку расчет и послал его ко всем чертям.

– Он сказал, куда собирается идти? – спросил Кромптон.

– Он сказал, что йигган надо стереть с лица земли, чтобы расчистить пространство для землян, и что мы в этом ни черта не смыслим. Сказал, что собирается присоединиться к Бдительным. Это что-то вроде кочующей армии, которая контролирует воинственные племена.

Кромптон поблагодарил десятника и спросил, где ему найти штаб-квартиру Бдительных.

– Они расположились лагерем на левом берегу реки Дождей, – сказал Гаарис, – и пытаются навязать свои условия сериидам. Вам, видно, позарез нужен этот Стэк, а?