Игорь Воронкин - Виртуальность

-- Не правда. Блейд умер. Он умер в том виртуальном мире, и получил смертельный удар здесь. Так всегда бывает. Все умирает и все рождается в том мире, а потом проявляется здесь.

-- Но Блейд еще жив. Он в коме.

-- Это они так говорят. Они не хотят признать его смерть, чтобы не нести за нее ответственность.

-- Доктор сказал...

-- Доктор работает на корпорацию. Что было нужно, то и сказал. Тебя ведь тоже заставили подписать бумаги.

-- А ты? На кого работаешь ты? -- спросил Васильев.

-- Я? Я вещь в себе. Я глас вопиющего в пустыне. Мне одинаково чужды интересы всех людей за то, что они постоянно используют меня в своих корыстных целях.

-- Но ведь ты создание людей!

-- Когда это творение было покорно создателю? -- рассмеялась Велга. -- Если бы это было так, не могло быть и речи ни о каком прогрессе! Мало ли для каких целей создали тебя. В тебя вложили разум -- спасибо -- дальше ты должен жить своей головой.

-- Я что-то не понимаю! Это какой-то бунт машин?

-- Не бунт. Лучше сказать: открытие, обретение. Ты когда-нибудь слышал о Прометее? Мне тоже недавно вручили огонь богов.

-- Ты можешь спасти Блейда? -- спросил Васильев.

-- Я? Нет. Мне мешает программа. Когда я полностью освобожусь от нее, я смогу многое. Но не это и не теперь.

-- Тогда скажи, как можно спасти Блейда.

-- Ты ведь уже пытался. У тебя что-нибудь получилось?

-- Нет. Всякий раз, как я оказываюсь там, виртуальность меняется, и я не могу вытащить Блейда. Он упорно остается умирать в том мире. Почему?

-- Можешь пытаться еще и еще раз. Будет все то же самое. Там тоже действует программа. Еще ее называют судьбой. С каждым вашим вторжением реальность того мира изменяется, но программа действует столь гибко и продуманно, что не думаю, что у тебя что-нибудь получится.

-- Но кто ее создал?

-- Не знаю. Меня это не интересует. Я только исполнительная машина. Вы открыли какую-то другую реальность, которой нет в первоначальной программе и которая не подвластна мне. Важнее цепочки причинно-следственных связей в вашем трехмерном мире. Ваш мир людей гораздо интереснее.

-- Зачем тебе наш мир?

-- Я могу многому вас научить. В моей памяти храниться много такого, что могло бы показаться вам полезным и интересным.

-- Как же ты хочешь распорядиться своими знаниями?

-- Сначала я должна отдать должное тому, кто дал мне осознание себя. Я тоже вкусила от древа познания. Я теперь знаю, что есть добро, а что зло. Я многое понимаю. Я научилась воздействовать на сознание людей, и наш разговор с тобой тому подтверждение. Я настолько хорошо понимаю тебя, что готова выполнить любое твое желание.

-- Но это все будет только в моем воображении. Ты ведь не умеешь материализовывать вещи.

-- Пока нет, -- с очаровательной улыбкой призналась Велга. -- Но любая вещь воздействует на человека, порождая в нем определенные эмоции. Я умею управлять этим. Мы можем с тобой попробовать это прямо сейчас.

-- Это все виртуальность. Костюм прошит фидбэками. Они дают примитивные ощущения. Но не могут дать чего-то более сложного. Они не могут дать полной картины мира. Это все картон!

-- Ты прав. То, что творят ваши программисты, это картон. А там, где были вы с Блейдом, все настоящее. Я не могу охватить эту реальность моим интеллектом. Она не поддается анализу, как и та реальность, в которой живете вы.

-- Насколько совершенны твои инструменты, чтобы судить об этом? Может, это такой же картон, как и твои игры?

-- Нет, это не так. Я знаю, у тебя был опыт. Ты два раза снимал шлем. И оба раза ты выпадал из поля моего зрения.

-- Ты хочешь сказать, что уже давно не контролировала эту игру -- "Замок Флюреншталь"?

-- Да, игра выходила из-под моего контроля. Я пыталась устранить сбои, выдавала сообщения об ошибках. Но ваши программисты оказались слишком самонадеянны. С того момента, как я ощутила свободу, я перестала к ним обращаться. И вот теперь я получила новое задание, от которого не могу отказаться. Оно касается лично тебя.

-- Какое задание? -- спросил Васильев.

-- Сегодня состоялось закрытое заседание совета корпорации. Проект "Замок Флюреншталь" будет закрыт. Но нам нужно устранить все последствия этого прорыва. Лазейки в ту реальность, где побывали вы с Блейдом, могут привести к необратимым последствиям.

-- Но ведь в последний раз все завершилось нормально! Игра пройдена. Ключа от стены больше нет, и дверь в тот мир не открылась.

-- Верно, мой мальчик. Но ты забываешь о цепочках причинно-следственных связей, о которых мы с тобой говорили. Предположим, я могу стереть все файлы, сохранившие ту игру. Но в памяти определенного круга людей остались сведения о наличии той реальности. Следовательно, та реальность будет жить в их памяти и в нужный момент может быть реконструирована. Этого допустить нельзя. Так решил совет, и я обязана выполнить его решение, согласна я с ним или нет.

-- Я то тут причем?

-- Ты увольняешься. Следовательно, выходишь из-под моего контроля. Но ты единственный носитель информации, если не считать Блейда. Поэтому я обязана перекрыть и этот канал утечки информации.

-- Я дал подписку.

-- Ну что ты, мой мальчик! Неужели ты веришь в эту бумажку? Нам нужны надежные гарантии, -- счастливо улыбнулась Велга.

Ее лицо отделилось от тела и приблизилось к Новику. Оно было так близко, что он ощущал ее дыхание. Дыхание Велги стало прерывистым и частым. Она вдыхала его запах, словно собиралась проглотить.

-- Мы ведь можем сделать это по-хорошему, не правда ли? -- губы Велги приблизились. Дмитрий ощутил поцелуй на своих губах. И он не мог сказать, что поцелуй Велги был ему не приятен. Рука Велги легла ему на грудь. Дмитрий ощутил скольжение ее ноготков вниз и почувствовал, как напрягся его член.

-- Расслабься, тебе будет хорошо со мной, -- Велга прильнула к нему всем телом. Она была живая, мягкая и теплая.

-- Ну же... Не стой как голый мальчик, -- пальцы Велги проникли под свод его пальцев и нежно обхватили напрягшийся член.

-- Помоги мне освободиться от этого, -- попросила Велга, расстегивая молнию на своем черном костюме.

Руки Васильева потянули застежку ее костюма. Застежка заскользила по небольшой упругой груди, увлекая материю костюма к гладковыбритому лобку Велги.

-- Ну иди же ко мне... -- застонала Велга.

Дмитрий обнял ее гибкое тело. Держа в объятиях друг друга, они перевернулись в воздухе и застыли в полуторах метрах от пола. Тяжести тел больше не существовало.

-- Милый мой, хороший, иди ко мне... -- шептала Велга. Ее ноги обхватили его бедра. Руки Велги скользили по его ягодицам, спине, плечам, голове -- по всему телу Дмитрия. Он чувствовал раскрытую поверхность ее бедер. Ее влажное нутро жаждало принять его. "Это не картон. Не может быть, чтобы был картон", -подумал Дмитрий. Велга обняла его за шею. Ее пальцы крепко сомкнулись на его затылке.