Милдред Гордон - Таинственный кот идет на дело

За два квартала от дома Шерли он связался с Плимпертоном, заранее проверившим территорию и доложившим об отсутствии посторонних лиц, которые потенциально могли бы вести наблюдение за квартирой Шерли Хатчинсон. Плимпертон сказал:

- Вы храбрый человек, раз рискуете встретиться с этой женщиной наедине. Но служба в Бюро требует жертв.

Зику было не до шуток. Он быстро зашагал по тротуару через новый район, естественным образом влившийся в старый. Перешел улицу, не обращая внимания на транспорт. У него была одна цель: разработать план совместно с мисс Хатчинсон, а затем поехать прямо к Рэндаллам.

Поравнявшись с домом, он зашагал деловым шагом, не слишком быстро, не слишком медленно, под окна кухонь, стараясь не налететь на мусорный ящик. Когда он отстучал сигнал, дверь распахнулась с укоризненным поскрипыванием. Зик быстро затворил ее за собой.

Моментально его обволокла темнота. В тяжелом, горячем воздухе стоял запах экзотических духов. Из гостиной доносились звуки вальса Штрауса.

- Я здесь. - Тон был преднамеренно-интимный. Зик шел на позвякивание кубиков льда и увидел у кухонного окна смутный силуэт. Он спиной оперся о дверь, через которую вошел, ибо нуждался в точке опоры.

- Я не будил бы вас, если бы не срочность.

- Будите меня в любое время. Шотландское виски вас устроит?

- Нет, спасибо. Мой визит чисто деловой. - Он говорил загадками. У него не было ни малейшего желания пустить этот необычный визит на самотек. - Боюсь, что придется назвать вещи своими именами. Не собираюсь пугать вас, но предупредить вас я обязан. Сегодня вечером к нам поступила информация, что Филипп Дюваль нанял профессионального убийцу, чтобы разделаться с вами. Нет нужды говорить, что мы сделаем все, что в наших силах, чтобы защитить вас; и для того, чтобы разработать меры защиты, я и пришел сюда.

Звон льда смолк, и Шерли шумно задышала.

- Он этого не сделает. - Она уговаривала себя, как маленькая. - Зачем ему это делать?

- Именно это и хотелось бы от вас узнать.

Она поставила стакан на кафель плиты.

- Он меня не тронет. Он так добр ко мне.

- В процессе своей профессиональной деятельности я извлек для себя урок, произнес Зик. - Множество людей добры к ближнему, если это им ничего не стоит. А вы стоите триста тысяч долларов. Итак, мисс Хатчинсон? Итак?

- Мне надо закурить.

Он зажег спичку, и Шерпи постарела прямо на глазах. Он подумал, что не все женщины хорошо выглядят, когда перестают улыбаться.

- Вы побудете со мной, правда?

- Итак, мисс Хатчинсон, мой вопрос таков: как случилось, что вы перебежали ему дорогу?

Она глубоко затянулась.

- Поймите меня правильно. Мне стало страшно. Я не собираюсь вешаться вам на шею. Честно, Зик. Поверьте мне. Вы ведь мне верите?

- Хотелось бы.

Кончик сигареты двигался, как светлячок. Она медленно произнесла:

- Он попросил меня составить инвентарную опись коллекции Готорна, и когда мне показалось, что он переплачивает, я ему сказала об этом. А он сказал, что я ошибаюсь. Мне надо было промолчать, но вместо этого, когда я напечатала опись, рядом с его оценками я поставила по каждой позиции свою. Он поблагодарил меня, но заметил, что у него уже есть рынок сбыта и он знает, что делает.

Она тяжело вздохнула.

- А вчера ночью я проснулась, и до меня дошло, зачем ему нужна коллекция. У него действительно есть рынок. Страховая компания. Он собирается ограбить сам себя, и ему известно, что я пойму, в чем дело, когда это произойдет.

Зик не произнес ни слова, и тогда она спросила:

- Почему вы молчите?

- Думаю, как поступить с вами. Мы могли бы посадить вас на самолет и отправить к матери в Сиэтл. Или поместить вас в каком-нибудь мотеле. Но вас бы это не спасло. Если вы исчезнете, Дюваль отложит осуществление операции, пока его человек не разыщет вас.

- Прекрасный у меня выбор!

- Вы можете заболеть и остаться дома. Он, конечно, заподозрит неладное, попытается до вас добраться, но мы посадим на кухне двоих агентов, которые будут нести круглосуточное дежурство.

- Как скажете, Зик.

- Я не могу ничего рекомендовать. Не уполномочен.

- Но если я не выйду на работу, вы не будете знать, когда прибудет коллекция, а вы сказали, что от точной информации зависит человеческая жизнь Верно?

Зик нервно заерзал.

- Не хотел бы давать определенный ответ. Можете не принимать мои рассуждения во внимание.

Она рассуждала вслух.

- Я могу что-нибудь услышать. Кроме того, в салоне он мне ничего не сделает.

- Не будьте самоуверенны. Вас могут убить при инсценировке ограбления.

- Но у нас есть Дэн. Он не только швейцар, он и охранник.

Зик кивнул.

- Мы уже проверили его. С ним все в порядке. Он работал со своим отцом в штате Огайо. Папа у него - сержант полиции.

- Тогда все в порядке, - твердо сказала она, загасив сигарету. - Попросите Дэна подстраховать меня, пока я на работе, а потом вы здесь...

- Мы посадим сюда двух агентов, которые день и ночь не спустят с вас глаз.

- Но мне нужны вы. Я хочу, чтобы со мной были вы, Зик. Мне нужен человек, которого я знаю. Которому я доверяю.

- Как только я вам буду нужен, звоните, и я приеду. Но прошу больше не проявлять самодеятельности, как сегодня.

Она подошла к нему.

- Никто еще меня не отчитывал так сладко, как вы.

Он вцепился в ручку двери, будто в этот критический момент она могла отказать.

- Я пришлю двоих.

От спешки он чуть не споткнулся и не вывалился из двери.

На углу ему пришлось постоять, чтобы привести нервы в порядок. Он никогда не умел обращаться с женщинами, даже с бесхитростными, а уж тем более с такими, как Шерли Хатчинсон. Он молил Бога, чтобы тот научил, как это делается. Есть такие ребята, которые за словом в карман не лезут. Может быть, всему виною то, что он слишком долго жил один на ранчо. Может быть, просто не все мужчины это умеют. Дело не в том, что он боится женщин или стесняется, но они для него чужие, вроде китайцев, чей образ мыслей иной в силу иного наследия и обычаев. Их реакция алогична... Зик решил, что этот вопрос надо изучить получше, глубоко вздохнул и двинулся вперед.

Справился он неплохо. Сказал, что требуется, и ушел живым и невредимым, а это уже кое-что.

18

Без особого шума Зик подъехал к дому Рэндаллов. Он плавно нажал на тормоз, а затем посидел немного, репетируя свои реплики. Он попробовал перефразировать пару заготовленных предложений, понимая, что объясняться с Пэтти ненужно и незачем. Если она ему до такой степени не доверяет... что ж, тогда нельзя углубляться в эту проблему. Он не имеет права давать волю раздражению.

Дело-то выеденного яйца не стоит. Он повел информатора на обед.