Сергей Беляев - Приключения Сэмюэля Пингля

Разумеется, я радостно ответил:

- Ну, конечно, я. А это вы, Вандок?

- Я. Входите скорей, поверните ручку в калитке. Смелей, здесь собак нет...

Вандок явно намекал на историю у окна профессора.

Я смело вошел в сад. Из окна слышался голос Вандока:

- Принимаю холодный душ, Пингль. В этом проклятом городишке адская жара. Мой хозяин уехал по делам и вернется дня через два. Мы отлично проведем время. Входите пока в дом, налево моя комната. Садитесь там, располагайтесь, как у себя. Я сейчас буду готов и. спущусь вниз, а вы тоже примете душ.

Я так и сделал. Нашел комнату Вандока и удобно расположился в плетеной качалке. В доме было так тихо и прохладно, что я невольно задремал.

Кто-то осторожно открыл позади меня дверь в комнату.

- Как я рад вас видеть... - начал было я, но, обернувшись, увидал не Вандока.

Полицейский поднес к моему носу дуло револьвера.

- Да, ты давно не видал нас и не нюхал этого тюльпана.

От неожиданности я откинулся на спинку качалки, и ноги мои поднялись вверд. Полицейский выстрелил. Пуля попала во что-то стеклянное. Осколки полетели во всe стороны. Люди в полуштатской форме схватили меня сзади за руки и спереди за горло.

- Кандалы на этого бандита! - скомандовал старший полицейский.

Щелкнули наручники, и меня бросили на пол.

Терять мне было нечего, кроме жизни, и я крикнул:

- Что вы делаете, черт вас возьми? У вас здесь всех туристов встречают таким образом?

Удар в нижнюю челюсть прервал начало моих дипломатических переговоров. Кончиком языка я успел ощутить, что один из моих зубов начал шататься. Полицейские встряхнули меня и поставили посредине комнаты. Старший чин важно уселся в качалку.

- Как ты очутился здесь, Карнеро? - очень мирным голосом спросил старший, и в то же мгновение выстрел над моим левым ухом заставил меня поднять глаза к потолку.

- Если я оглохну, то не буду в состоянии слышать ваши вопросы, джентльмены, - резонно заметил я, готовясь к тому, что сейчас начнут палить над моим правым ухом.

- Отвечай, бандит, как ты очутился здесь? - опять прозвучал мирный вопрос. И я не ошибся: выстрел треснул справа.

Бешенство поднималось во мне, как ртуть в градуснике, выставленном на солнцепек.

- Стреляйте до ста раз, черт бы вас укусил! - выругался я любимой поговоркой Тильбоя. - Мне нравится ваша манера знакомиться. Отведите меня к консулу... Полицейские захохотали.

- Вот притворщик!..

Старший встал против меня и сказал:

- Ну слушай! Я, начальник полиции Педро Мураньес Дель-Дронзо, обвиняю тебя, бандита Карнеро, ты же и Диг Альварец, ты же и Ник Тяльбой, обвиняю в бесчисленных злодействах, грабежах и убийствах, из которых последнее убийство доктора Томаса Рольса, в доме которого ты сейчас задержан. Обыщите ero.

Если бы меня попеременно опускали в кипяток и ледяную воду, это произвело бы на меня меньшее впечатление, чем известие об убийстве Рольса...

- Но я не знаю никакого Карнеро... Я Сэм Пингль,- забормотал я, путаясь в словах от неожиданности. - Да, я знавал Тильбоя...

- Замолчи, негодяй, или я прикажу бить тебя, - тихо сказал старший. - На тебе одежда Карнеро. Вот его бисерный кошелек, известный всем сыщикам от Эль-Пазо до Достерро. И ты еще смеешь отрицать, что ты есть ты?

- Боже мой! Неужели Рольс, племянник профессора Мильройса, убит? прошептал я, окончательно каменея от ужаса.

- Ты сам все увидишь, убийца, - услышал я. И меня повели.

III

Комната Рольса, где, по-видимому, призошло убийство, произвела на меня потрясающее впечатление. Пол был облит кровью, ею же забрызганы стены. Страшная борьба происходила между Рольсом и убийцей. Стулья, этажерки с посудой, столик с книгами - все было перевернуто, опрокинуто, растоптано. Графин с водой валялся на полу, пробка выскочила, и вода вытекла ровно наполовину. В луже лежали бронзовые часы-будильник с разбитым стеклом. На подоконнике я увидел окровавленный молоток и тоненькую узкую бритву.

- Я расскажу тебе, как ты тут хозяйничал, - мрачно сказал мне дель-Аронзо,- и тебе нужно только согласиться, что я прав. Доктор сидел и читал перед столиком. Ты подкрался сзади и ударил его молотком, но не рассчитал, что сеньор Рольс сильнее тебя. Он схватил тебя. Ты его ударил еще раз, но он вырвался, побежал, а ты за ним, нанося удары. Вот эта бритва закончила остальное...

- Покажите мне бедного доктора Рольса, - отозвался я.

- Дх, какой хитрый! - скрипнул зубами дель-Аронзо. - Но ведь это твоя манера - топить жертву после убийства, прятать концы в воду. Пойдем. Ведите негодяя!

Мы спустились по задней узкой лестнице, где на ступеньках были видны капли крови.

- Вот здесь ты тащил труп сеньора, - произнес дель-Аронзо, толкая меня вниз и не давая опомниться.- На пороге ты отдохнул от трудной работы и...

Дель-Аронзо распахнул дверь в чудесный тропический сад. Деревья цвели и благоухали. Страшно было подумать, что в этом земном раю могло совершиться преступление.

На дорожке, посыпанной морским песком и мелкими раковинами, ясные следы показывали, как убийца тащил труп Рольса.

- Ara! - воскликнул радостно дель-Аронзо, наклоняясь и поднимая с дорожки белую перламутровую пуговицу. - Вот и еще лишнее доказательство, почему мы на лестнице видим слабые следы крови, а здесь совсем не видим. Ты обескровил труп в комнате, завернул его в докторский халат, может быть, в два-три, и поволок здесь по дорожкам.

Это было чудовищно и не имело ни малейшего отношения ко мне. Первое впечатление кошмара смягчилось, и я начал обретать известное спокойствие. Я спросил:

- Сеньор начальник полиции, куда же направлялся убийца?

- Не спеши, Карнеро, - добродушно отозвался дельАронзо.

Тропинка вела в сторону от дорожки к крутому обрыву. Внизу тихо плескались волны.

- Здесь девяносто футов глубины, и молодые акулы любят это местечко, задумчиво сказал мне дель-Аронзо. - Склони голову перед местом вечного упокоения твоей жертвы и отправляйся в тюрьму. Там у тебя будет немного времени помолиться о спасении твоей преступной души.

- Одну минуту, сеньор, - серьезно сказал я. - Это же недоразумение, ошибка. Я Сэмюэль Пингль, баковщик с "Буксуса", третьего дня потерпевшего крушение у мыса Луки.

- Очень интересно, -. иронически улыбнулся дельАронзо. - Дальше.

- Я очутился здесь, чтобы разыскать слугу доктора Рольса, моего знакомого Вандока.

- А тебя не интересовал сам сеньор Рольс? - спросил дель-Аронзо.

- Да, интересовал.

- Слава богу, хоть раз ты сказал правду. Ангелы отпустят тебе за это одну сотую твоих грехов. Но остальных девяносто девяти сотых хватит, чтобы ты мучился в аду до светопреставления. И что ты мне болтаешь о слуге сеньора? Ведь ты сам и служил у сеньора доктора... А как ты назывался, мне все равно...