Филип Фармер - Многоярусный мир: Создатель Вселенной. Врата мироздания.

Вольф напряг мышцы ног, сопротивляясь напиравшему весу кентавра, и не отодвигался. Захват вокруг огромной шеи сжимался, перекрывая полуконю воздух. Тогда он попытался выхватить нож, но Вольф схватил другой рукой его запястье и выкрутил его. Кентавр завизжал от боли и выронил нож.

Со стороны следивших полуконей прозвучал рев удивления. Они никогда раньше не видели такой силы у обычного человека.

Вольф напрягся, рванул и бросил противника на колени. Его левый кулак погрузился во вздымавшиеся меха под ребрами.

Полуконь издал шумное «Уф». Вольф отпустил захват: сделал шаг назад и использовал правый кулак против челюсти полубесчувственного кентавра. Голова откинулась назад, и кентавр рухнул, как подкошенный Прежде чем он пришел в сознание, череп его был раздроблен его же дубиной.

Вольф снова вскочил на коня, и три колонны поскакали дальше легким галопом. Некоторое время полукони не предпринимали никаких действий против своих врагов. Их вожди, казалось, что-то обсуждали.

Что бы они ни намеревались сделать, свой шанс они потеряли минуту спустя. Кавалькада перевалила через небольшой бугор и понеслась в широкую ложбину, достаточно глубокую, чтобы скрыть залегшую там львиную стаю.

Очевидно, двадцать с чем-то представителей вида «Фелис Атрокс» полакомились предыдущей ночью протоверблюдом и были еще слишком сонливы, чтобы обратить какое-то внимание на грохот приближавшихся копыт. Но теперь, когда вторгшиеся внезапно оказались среди них, гигантские кошки одним прыжком вступили в действие. Их ярость еще больше увеличивало желание защитить находившихся среди них детенышей.

Вольфу и Кикахе повезло. Хотя со всех сторон прыгали огромные львы, ни один не бросился на них. Но Вольф оказался достаточно близко к одному самцу, чтобы разглядеть все внушающие ужас подробности. Лев был величиной почти с коня, и хотя у него отсутствовала грива африканского собрата, это отнюдь не уменьшало мощи и свирепости.

Он прыгнул мимо Вольфа и опустился на ближайшего кентавра, который с воплем упал. Челюсти сомкнулись на горле полуконя, и он умер. Вместо того, чтобы заняться трупом, что он обычно делал на охоте, самец прыгнул на другого кентавра, и тот рухнул столь же легко.

Все превратилось в огромный клубок из рычавших кошек и пронзительно ржавших лошадей, кричавших людей и полуконей. Положение сложилось отчаянное — каждый за себя, к черту битву и все остальное.

Вольфу, Кикахе и тем хровакам, которые оказались достаточно счастливыми, чтобы не подвергнуться нападению, понадобилось только тридцать секунд, чтобы выбраться из этого кошмара. Им не потребовалось понукать лошадей, но возникли сложности с тем, чтобы не дать коням загнать себя до смерти.

Позади них, но теперь в отдалении, из ложбины тонким ручейком выбрались кентавры, избежавшие львиных когтей и зубов. Не продолжая преследования хроваков, они отбежали на безопасное расстояние от львов, а затем остановились, подсчитывая свои потери. На самом деле потеряли они не более дюжины воинов, но потрясение было сильнейшим.

— Нам повезло! — крикнул Кикаха. — Однако, если мы не сможем добраться до леса прежде, чем они догонят нас, то нам конец! Больше они не собираются продолжать индивидуальные схватки. А пойдут в массовую атаку.

Лес, к которому они стремились, по-прежнему выглядел таким же далеким, как и раньше. Вольфу не верилось, что его коню, хоть он и был великолепным зверем, удастся доскакать до него. Его шкура стала темной от пота, он тяжело дышал и все же мчался вперед, машина из прекрасно закаленной плоти и духа, которая будет бежать, пока у нее не разорвется сердце.

Теперь кентавры пустились в полный галоп и постепенно настигали их. Через несколько минут они оказались на расстоянии полета стрелы. Несколько стрел, выпущенных в преследуемых, вонзилось в траву. Далее кентавры воздерживались от стрельбы из луков, поняв, что при такой скорости и неровности бега сложно точно прицелиться.

— Не снижайте скорость! — крикнул Кикаха. — Да послужит нам Дух Акджау Димиса!

Вольф не понял его, пока не посмотрел, куда указывал палец Кикахи. Перед ними, скрытые высокой травой, притаились тысячи земляных холмиков, у каждого из которых сидели существа, похожие на ‘‘полосатых собачек» прерий.

В следующую минуту хроваки проскакали в колонию, а полукони — следом за ними. И тут поднялись крики и вопли; лошади и кентавры с грохотом падали, угодив копытами в норы. Рухнувшие животные и полукони лягались и пронзительно кричали от боли в сломанных ногах. Кентавры, следовавшие непосредственно за первой волной атакующих, вставали на дыбы, чтобы остановиться, а скакавшие следом врезались в них. На минуту на границе поля «собачек» прерии образовалась куча перепутанных и лягающихся четвероногих тел. Кентавры, достаточно удачливые, чтобы оказаться далеко позади, остановились и с болью смотрели на своих застрявших товарищей. Затем они осторожно потрусили вперед, внимательно вглядываясь, куда ставить копыта. Своим сородичам, у которых были сломаны руки или ноги, они милосердно перерезали глотки.

Хроваки, понимавшие, что происходит у них за спиной, не останавливались. Они гнали дальше, не снижая скорости. Теперь у них осталось десять лошадей и двенадцать человек. Жужжит Как Пчела и Высокая Трава вдвоем скакали с теми, у кого сохранились лошади.

Кикаха, поглядев на них, покачал головой. Вольф знал, о чем он думает, Следовало бы приказать оставшимся без лошадей слезть и бежать за отрядом на своих двоих, иначе не только они, но и подобравшие их друзья неизбежно будут настигнуты. Но вместо этого Кикаха сказал:

— К черту все! Я их не брошу! — Коротко поговорив со скакавшими в тандеме, он снова нагнал Вольфа. — Пропадать, так всем вместе, — сказал он. — Но ты не обязан оставаться с нами, Боб. Ты не должен хранить нам верность. Для тебя нет никакой причины приносить себя в жертву ради нас и терять Хрисеиду и рог.

— Я останусь, — твердо сказал Вольф. Кикаха усмехнулся и хлопнул его по плечу.

— Я надеялся, что мы сможем добраться до леса, но боюсь, что мы не успеем. Почти, но не совсем. К тому времени, когда мы доберемся до того большого холма, нас снова догонят, А жаль!.. До леса-то всего полмили...

Колония «собачек» прерий столь же внезапно осталась позади, как раньше выросла перед ними. Хроваки погнали своих животных галопом. Минутой спустя кентавры безопасно миновали поле и тоже помчались на полной скорости, преследуемые поскакали вверх по холму и остановились на вершине, строясь в круг,

Вольф посмотрел вниз по склону холма и через равнину на небольшую речку. Вдоль нее рос лес, но его волнение было вызвано не этим. У края реки, частично загороженные деревьями, стояли белые типи.