Сергей Радин - Заклинатель

- И ты боялся, как бы твой сын…

- Наверное, уже не буду, - признался Михал и спустился на землю, тоже сел напротив меня, на ступень своей машины. - Хотя мне трудно понять…

Мы сидели молча до появления автобусов.

Не знаю, о чём думал Михал, но своим страхом за сына, как это смешно ни звучит, он напомнил, что мне вечером ещё рассказывать детям сказку и надо бы придумать, какую именно. А ещё я вспомнил, что эту сказку будут слушать и другие дети. И почему-то вдруг пошла странная аналогия: в Великую отечественную, когда Твардовский только-только начал творить своего "Василия Тёркина", бойцы с фронта писали ему, чтобы он печатал поэму небольшими главами-историями. Мол, жаль и обидно идти в бой, не зная, чем закончилась очередная эпопея Тёркина. Вдруг убьют?.. Нет, с таким настроением в бой идти - победы не видать. И Твардовский откликнулся на просьбу, сделал главы максимально компактными и законченными.

И я стал думать, какие же сказки вспомнить, чтобы их хватало на один вечер.

12.

Лидия велела забрать выстиранные вещи. Оказывается, где-то здесь, под жилым этажом, есть комната со стиральными агрегатами, куда она и носила бельё. Она вручила мне мой балахон, состоящий из рубахи и штанов, в которых я, то есть Брис, лежал, находясь в крио-сне. И уже в своей камере я внимательно осмотрел вещи.

Дети пока не придут. Полчаса на себя есть. В первую очередь костяным штырём из ладони оборвал пуговицы на рубахе. Затем переоделся и вытащил из сумки Бриса ремень. Нет, не то. Пришлось воспользоваться полотенцем. Переодевшись в подобие тренировочного кимоно и подпоясавшись свёрнутым полотенцем, я несколько минут просидел, прислушиваясь к себе. Нет. Никакого отклика.

Достал триди-визор и зашёл на сайт кёкусинкая. Так. Видео. Ещё одно… Стоп. Чья это знакомая бритая голова? Брис. Настоящий. В спарринге с широкоплечим парнишкой своего возраста. Оба подпрыгивают завораживающе мягко, и, по первому впечатлению, оба же уворачиваются от контактного боя. Но вот спарринг-партнёр опробовал удар - Брис отскочил, продолжает подпрыгивать вкруговую, словно не собираясь вообще приближаться к противнику. Нет, пошли на сближение. Противник, защищая собственную голову, попытался достать Бриса странным выпадом - тыльной стороной кисти в грудь. Тот в боковом развороте внезапно выбросил ногу вперёд - ударил сверху, над плечом, по затылку. Каким образом он нашёл брешь в довольно плотном блоке?! Противник свалился. Подскочил рефери, Бриса отвёл в сторону. Кажется, упавшего и более не пошевелившегося парнишку оттащили с татами.

Я поставил триди-визор на сумку, снова включил видео и посмотрел начало. Ещё раз. Брис застыл передо мной. Движение пробного удара, прощупывающего оборону противника, я вроде запомнил. Подпрыгивание, мягкое, будто на спортивной сетке, - тоже. Встал. Развернулся. Итак, удар начинается с разворота тела. Неуверенно подпрыгиваем. Поднимаем руку… Ах-ха! Чёрт, я же хотел только рукой!..

Опустил ногу и немного испуганно вгляделся в стену, куда ударил. Нет, всё нормально. Ничего не сыплется. Почему же мне показалось… Ногой же ощутил… Я похолодел. Стена-то в душевую. А там плитки.

Очнувшись от шока, быстро сбросил "кимоно", натянул уже привычные джинсы и выуженную из сумки Бриса толстовку - хорошая вещь, мягкая. Прихватил на всякий случай полотенце и поспешил глянуть, всё ли нормально с плитками внутри душевой.

Дверь открыл спокойно и даже не дрогнул при виде троих, стоящих у стены, кивнул им и сразу направился к кранам с водой. Умывался и, затаив дыхание, посматривал в зеркало, слушая, как переселенцы обсуждают, отчего выпали три плитки.

Ну и удар у Бриса. Это ещё при ослабевшем-то теле. А что было бы, будь он в форме?.. И тут будто кто-то со стороны прошептал искушающе: "И к этому состоянию здорового тела добавить бы стимуляторы". Я вспомнил эйфорию, лёгкость тела, только что дышавшего на ладан… И передёрнул плечами. Нет. Искусственного состояния мне не нужно, если я могу достигнуть того же результата с помощью тренировок. Не люблю непредсказуемости, а наркотики - это сплошь неконтролируемое состояние. Я - хозяин тела, и оно подчинится мне, а не химии, которая, убивая мозги, даёт мимолётный кайф.

Хорошо бы никто не догадался сопоставить выбитые плитки с расположением моей конуры… Внезапно фыркнул, разбрызгав воду: представил, какие были лица у этих троих, когда плитки грохнулись на пол!..

Вернувшись к себе, я понял, что очутился перед новой проблемой. Мне нужны тренировки как по кёкусинкаю, так и по энергетике. Но - где? Если с энергией работать можно и в тесном помещении, то тренировки надо бы проводить в каком-нибудь помещении побольше…

Мысли вразброд - и все обо всём сразу. Мелькнуло даже: что было бы, если б Красовски подошёл ко мне на расстояние удара? Рефлексы собаки Павлова и рефлексы тренированного тела, но с новым сознанием. Сопоставимо ли? Жаль, вопрос остаётся открытым. А ещё жаль, что прилизанный не успел подойти ближе. Проверил бы…

Э-э… Я не слишком драчливым становлюсь? Или мои колебания свидетельствуют, что я пока не освоился в молодом теле? И замер, притаился - с улыбкой: ка-ак я врезал по стене!.. Мне понравилось. Сила, гибкость…

Шум из коридора заставил меня высунуться из камеры. Народ собрался в дальнем углу, около бокса, где раньше содержались дети-призраки. Что там?

Оказывается, Шериф рассматривает бокс в качестве жилого помещения для тех, кто живёт большой семьёй. Новые дома строятся, но, пока они будут готовы, можно перевести кое-кого и в бокс.

В помещении пустынно. Я вошёл вместе с толпой и мгновенно оказался рядом с Лидией. Мы переглянулись и дружно уставились на странные кабинки, похожие на индивидуальные шкафчики для одежды, только почему-то с проводами.

- А эти-то зачем? - удивлённо спросил кто-то.

Но я уже пересчитал кабинки. Восемнадцать. Поэтому в боксе нет коек. Дети, видимо, постоянно находились в кабинках, где их накачивали стимуляторами или ещё чем похлеще. А когда переселенцы своевольно открыли бокс, они, скорее всего, по незнанию отключили кое-что из аппаратуры, отчего дети вернулись в сознание и вышли в коридор.

Аппаратуры уже нет. Видимо, пока мы были на работе, призраки разобрали её и вывезли вместе с детьми. На полу какая-то бумага, блестящие мятые обрывки - наверное, упаковка, пластиковые же стаканы, ещё какие-то непонятные штуковины.

В одном из углов - целая куча хлама. Присел перед ней на корточки. На меня не обращают внимания: квартирный вопрос - он и на Сцилле квартирный вопрос, тем более что в помещении собрались самые заинтересованные в его решении…

Кажется, эта куча осталась от разобранного призраками оборудования. Чего только нет… И пластик, и металл, даже тряпки какие-то. Так, а это что? Детали, наверное. Я взял длинную железку, прикинул на вес. И на душе вдруг стало тепло. Мм… Как приятно держать в руке эту штуку: небольшой вес, длинная, наполовину широковатая, наполовину - чуть не вдвое узкая. На недоделанный нож похожа. Лезвие, там, заточить. Рукоять чем-нибудь для удобства обмотать. Ну-ка, ну-ка, может, ещё что найду. Поразбирав груду мусора, нашёл ещё одну такую же, а ещё очень интересную вещь - по форме напоминает металлический собачий ошейник, только небольшой и согнутый. Сунул зачем-то в него пальцы. Хм… Поместились. Привычное, кстати, движение и положение. И правда, любопытно.