Алан Нурс - Холщовый мешок

В мозг ураганным ветром ворвались воспоминания, и зов дороги, и долгие темные ночи под искрящимся звездным одеялом. И вот теперь Джо предстоит с ходу остановиться; он выбросит мешок, завяжет с бродяжничеством, сойдет с дороги, поселится в каком-нибудь доме, будет ежедневно таскаться на работу в каменоломню, что неподалеку от города… А остановись он, ему уже никогда больше не странствовать.

Холод в груди усилился. Джо раздраженно отшвырнул мешок ногой в другой конец комнаты. Что за чертовщина лезет в голову! Он же ненавидит эти скитания по дорогам. Никогда не вернется к той жизни, тем более что сейчас рядом такая девушка, как Дженни, с которой он навсегда позабудет об одиночестве.

Холод в груди сменился паническим страхом. Дрожа всем телом, Джо пересел на кровать. Он теперь боролся с самим собой, а тем временем чей-то голос шептал ему на ухо:

«Ты должен учти, Джо, ты не сможешь покончить с бродяжничеством никогда, никогда, никогда… Так беги же немедленно, а то она будет страдать еще больше!»

Он вцепился в боковину кровати с такой силой, что побелели костяшки пальцев. Но почему — не сможет? Джо напряг память, пытаясь мысленно заглянуть в далекое прошлое, пытаясь вспомнить, как все это началось. Ему вдруг показалось, что некая сила толкает, тащит к холщовому мешку, заставляет поскорей запихнуть в него вещи, схватить и броситься бежать что было мочи назад, на дорогу. Но он ведь не хочет уходить отсюда. Он хочет жениться, обзавестись семьей, домом.

Джо схватился за мешок. Его рука стиснула лямку, и ему показалось, будто мешок куда-то тянет его. Он вскрикнул и бросил мешок на пол. Не помня себя сорвал с рычага трубку, набрал номер Дженни и услышал ее сонный голос.

— Дженни, помоги мне, — прохрипел он. — Умоляю, приезжай немедленно. Я не в силах с собой справиться.

Вопреки здравому смыслу он чувствовал, как нечто неведомое навязывает свою волю, нечто, обосновавшееся в самой глубине его существа. Скрипя зубами, он сидел на краю кровати, а тот голос орал ему в уши все громче и громче:

«Что бы ни случилось, Джо, ты навсегда останешься бродягой и у тебя никогда больше не будет своего дома. Никогда, никогда, никогда!»

Когда она приехала, в комнате уже никого не было. Дженни с трудом подавила слезы, прикрыла дверь и обессиленно прислонилась к стене. Опоздала!

Ее взгляд упал на лежащий на полу белый листок бумаги. Дрожащей рукой она подняла его и сразу же узнала. Коротко вскрикнув, сунула листок в карман и бегом бросилась вниз по лестнице.

На улице было темно и пустынно. Напротив, через дорогу, тускло светился фонарь, а другой, где-то на окраине городка, маячил во мраке, как зловещий желтый гнойник. Дробно стуча каблуками по сухому асфальту, Дженни побежала быстрей и вскоре оказалась у стоявшего в конце улицы освещенного здания.

Сонный кассир недоверчиво взглянул на нее и заморгал глазами.

— Здесь был… здесь был недавно молодой мужчина?

Кассир кивнул:

— Взял билет до Чикаго. Автобус сейчас отправится.

Дженни швырнула деньги в окошко кассы, выхватила у кассира маленький белый билетик и мгновение спустя уже бежала по узкому проходу к большому автобусу, на борту которого было написано: «Чикаго». Спотыкаясь о ступеньки, она поднялась в салон и увидела Джо.

Бледный как смерть, он сидел с закрытыми глазами на одном из задних сидений. Руки его сжимали синий холщовый мешок, тело сотрясала дрожь. Она медленно прошла в конец салона и рухнула рядом с ним на соседнее сиденье.

— О Джо, Джо…

— Дженни, прости меня, я не в состоянии преодолеть это.

— Знаю, Джо.

Он пристально посмотрел на нее, глаза его расширились. Она качнула головой и взяла в ладони его тяжелую руку. Тут он увидел билет.

— Дженни.

— Ш-шш… Не надо об этом.

— Ты не понимаешь, на что идешь! Родная моя, у нас ведь никогда не будет своего дома. Никогда! Как бы мы с тобой ни старались. Подумай о дорогах без конца и без края, без своего угла, о вечных скитаниях в поисках работы.

Слегка кивнув, она улыбнулась:

— Зато теперь ты не будешь так одинок.

— Дженни, ты этого не выдержишь!

— Выдержу, — сказала она и спокойно опустила голову на его плечо.

Перевела с английского Светлана Василевская