Игорь Росоховатский - Круг

Диодо-Мятежник настороженно оглянулся и подозрительно посмотрел на своих друзей: не заметили ли в нем перемен? Но их лица и позы были прежними - бумы подключались к приборам, прослушивающим пространство.

Каждое мгновение приносило им новые удивительные вести. Биороботы превзошли все ожидания своих создателей. Вокруг планеты вращались сотни искусственных спутников с городами-лабораториями на них, а приборы звездолета не успевали расшифровывать радиопередачи.

Наконец радист доложил, что звездолету предлагают сесть на космодром, расположенный на искусственном спутнике. Фотонно-Непревзойденный выразительно глянул на Бесшовно-Бесшабашного, и тот понял его взгляд. Он подключил свой мозг к регулятору двигателей, задавая наилучший режим для спуска.

От вибрации у Диодо-Мятежника глубоко в теле зазвенели линии сигнальных систем. Это раздражало, и он усилием воли выключил большую часть органов. Включил он их, когда звездолет сел на космодроме, выпустив четыре суставчатые ноги. Бесшумно и в строгой очередности открывались люки.

От времен безымянности Диодо-Мятежник сохранил не очень-то много качеств, но запасной блок из памятеки все же возбудил в нем прежние резвость и нетерпение. Миллионнолетний бум выскочил из звездолета подобно школьнику первой ступени и... застыл, как простой железный столб, не в силах от изумления вымолвить и слова.

Космонавтов встречали не биороботы, которых они оставили на планете, а бумы. Во всяком случае, так показалось с первого взгляда. Встречающие были сделаны из металлов и пластмасс, над их головами колыхались антенны, глаза состояли из тысяч ячеек фотоэлементов. У них было рентгеновидение и инфразрение, как у бумов, на плечах и груди блестели соты светобатарей, Но как здесь оказались эти существа?

"Последнее сообщение по мегаводу с нашей планеты мы приняли всего лишь девять часов тому назад. И нам ничего не говорили о новой экспедиции", пронеслось в мозгу Диодо-Мятежника. Он был так удивлен, что забыл все слова, приготовленные для торжественной встречи. У него вырвалось:

- Кто вы?

- Здравствуйте, я ваша тетя. Сначала сами назовитесь, - послышалось в ответ не менее удивленное. - Нам сказали, что летят существа...

Диодо-Мятежник отметил про себя интонацию, с какой прозвучало это "существа". Но тут в разговор вмешался Фотонно-Непревзойденный:

- Какая еще тетя? Только ее нам здесь не хватало.

- Тети нет. Просто так иногда говорят наши хозяева.

- Хозяева? - недоуменно протянул Диодо-Мятежник.

- Да, те, кто нас создал. Вон они едут сюда.

Несколько приземистых вытянутых машин катили по широкой гладкой дороге к звездолету. Донесся нарастающий гул.

- Кто же вы? - требовательно спросил Диодо-Мятежник.

- Роботы.

Даже Фотонно-Непревзойденный пошатнулся от такого известия и согнул среднюю антенну, что у бумов означало крайнюю степень изумления. Еще бы роботы, а так похожи на бумов!

Тем временем машины подъехали совсем близко. Из них вышло несколько существ. Несмотря на разноцветные одежды, бумы тотчас узнали в них биороботов, правда, модифицированных, которых создали когда-то.

Один из биороботов, одетый в лиловый комбинезон, повелительно махнул рукой, приказывая бумам подойти.

Это была невиданная наглость. Естественно, Диодо-Мятежник и Фотонно-Непревзойденный реагировали на нее надлежащим образом - они не пошевелились.

- А где ваши хозяева и создатели? - спросил подъехавший биоробот.

- Наши создатели? - повторил вконец растерявшийся Фотонно-Непревзойденный.

- Да, ведь вы - роботы, - без тени сомнения сказал лиловый.

- И так похожи на наших... - задумчиво проговорил его товарищ.

Такого оскорбления бумы не могли вынести. Они круто повернулись и, забыв включить подъемник, скользя и срываясь, вскарабкались по трапу в звездолет. Они избегали смотреть друг на друга. Фотонно-Непревзойденный нажал на кнопку "взлет". Автоматы задраили люки. Звездолет вертикально поднялся и стал набирать скорость на невидимой пружине скрученного пространства-времени.

Бумы летели сквозь тьму космоса - обиженные, злые, раздраженно шевеля антеннами, словно тараканы усиками. А в голове Диодо-Мятежника, как обезумевшая птица, бился вопрос: "Роботы? Да как они посмели? Мы - роботы? Чушь какая, чушь неимоверная, чушь страшная, чушь неслыханная, чушь собачья, чушь свинячья, чушь, чушь, чушь, чушь!.."