Александр Саверский - Камень Шамбалы, или Золотой век

Жизнь в динамике и переменах - вот мое кредо. Все должно бурлить и меняться вокруг - это подлинная красота ощущений. Вечный калейдоскоп перемен, и никакого застывшего алгоритма жизни. Так сейчас живут на Сатурне мои астральные братья и сестры. Борьба за власть и за свои идеи - лишь в подобном разнообразии я чувствую свою полноценность.

Но здесь, на Земле я убогий, я - ненужный, я за-прог-ра-ми-ро-ван-ный процессор, но я не хочу быть запрограммированным, ибо я - Хасс, Мессия с Сатурна!

И я начинаю борьбу за власть!

3.

Аэрокар доставил меня на крышу офиса Комитета Иерархии Сознания. Это, конечно, не главный офис, тот в столице - в Колыбели Всеобщей Любви-Мудрости. А место моей работы находится в небольшом городке под названием Небесный, расположенном недалеко от гор Хайленд.

Я спускаюсь на лифте в свой кабинет и усаживаюсь в кресло, мельком глянув на себя в зеркало. В легкой тунике, перехваченной пояском, и босоножках я чувствую се6я легко и расковано. Это повышает настроение.

Первыми на прием наведываются два товарища: подростки, которых я, конечно, знаю, как знаю и большинство жителей городка. Смущаясь, они объясняют, что перед приходом ко мне завершили тест на макете, установленном в супермаркете, и тот якобы посчитал уровень их рейтингов достаточным для вхождения во Взрослую Иерархию Сознания.

Я предлагаю им тесты Первого Уровня, и они занимают по специальной звуконепроницаемой кабинке, стены которой блокируют также и телепатическое общение. Им предстоит искать ответы на никчемные с виду вопросы. А я готова к приему следующего посетителя, но его пока нет.

Рейтинг сознаний разрешено проверять один раз в году, поэтому нельзя сказать, что я перегружена работой, тем более что в Небесном специалистов, подобных мне, больше десяти.

Во время таких, как сегодня, пауз я люблю стоять у окна и смотреть на горы. Наверное, их величие, которое человек способен охватить одним лишь взглядом, вызывает невольное уважение к самому себе, маленькому. Кроме того, если постараться, то можно услышать, как горы издают низкую, басовитую и очень мощную ноту, они будто гудят, и этот гул вызывает ощущение силы в том, кто слышит его.

Вот и я, глядя на заснеженные хребты, ощущаю свое единство с союзом этих низкоголосых великанов.

К сожалению, мое общение с ними прерывает уверенный стук в дверь. Я оборачиваюсь и говорю громко:

- Да! Входите!

На пороге появляется мужчина, которого я не знаю, и это странно. Дело даже не в том, что специалисты по рейтингу знают в городе, где работают, всех жителей в возрасте свыше пятидесяти лет. Но гости, посещающие город на короткое время, не пользуются услугами незнакомых специалистов по рейтингу, а с приезжающими надолго мы знакомимся сами. Этого человека я не знаю, хотя ему явно за восемьдесят.

- Горы гораздо интересней вблизи, - говорит посетитель, - их нота не столь едина, как кажется.

Я проверяю свой мозг, но не нахожу, что кто-либо вторгся в мои мысли, и это вызывает удивление - откуда он знает, что я чувствую? А незнакомец, между тем, решил-таки поздороваться:

- Добрый день!

- Добрый день! - говорю я в ответ, сдерживая любопытство, поскольку не могу просмотреть третьим глазом цвета его ауры, а это первый признак того, что рейтинг посетителя выше моего.

- Я хотел бы получить рейтинг сознания, - излагает он цель своего визита, что вызывает у меня еще большее удивление.

- Получить?

- Да, - спокойно отвечает он. - Я всю жизнь прожил в горах на натуральном хозяйстве, но сейчас ощущаю потребность повидать мир, а здесь без рейтинга не обойтись.

- Пожалуй, - соглашаюсь я, пытаясь разобраться в хаосе своих мыслей. Впервые вижу человека, прожившего всю жизнь в горах и не имеющего никакой связи с обществом, хотя... У него прекрасные манеры, которым в горах не научишься. Это усиливает бардак в моей голове.

- Как вас зовут? - спрашиваю я.

- Оги Валентайн, - чеканит мужчина, и я заношу в компьютер возраст и место рождения.

- На какой уровень теста вы рассчитываете? - осведомляюсь я, прикидывая в уме его ответ: "Пятый".

- Седьмой, - снова оглушает он меня, доводя почти до истерики: за тридцать лет работы ни один из моих клиентов не посягнул даже на Шестой Уровень. В городе жили лишь шесть человек, получивших его, но Седьмой...

- Вы уверены? - уже не скрываю я своего удивления.

- Почему бы и нет? - он тоже кажется удивленным, как будто людей с Седьмым Уровнем все равно, что мусора на утильных свалках - хоть машинами выгребай.

- Вы знаете, что соответствующая система тестов рассчитана на три дня?

- Да, мне это известно.

- Это вам нашептали горы? - пытаюсь я хоть что-то выведать о нем.

- Горы знают гораздо больше, - в тон мне парирует он, и я вижу усмешку в его глазах.

- Следуйте, пожалуйста, за мной. - Его иронические интонации возвращают меня в рамки моей профессии.

Я иду по длинному коридору офиса и слышу за спиной вкрадчивые шаги. Не понимаю, что происходит, но моя спина начинает плавиться, а в коленях появляется неведомая сладкая слабость. Мне все труднее контролировать себя: каждая клетка тела жаждет прикосновения того, кто позади, а мозг отказывается регулировать эти ощущения.

Я чувствую, что краснею впервые в жизни, кровь пульсирует в висках, и в какой-то миг мышцы таза конвульсивно сжимаются в комок. Дыхание учащается, я впадаю в панику, лихорадочно понимая, что если в таком состоянии окажусь в комнатах Седьмого Уровня, то мужчина, идущий позади, сможет делать со мной все, что захочет.

А он хочет. Если до сих пор я не могла прочитать ни одной его мысли, то теперь в мой мозг обрушился целый шквал сексуальных образов. Слабые попытки прекратить этот поток возвращаются ко мне с зарядом еще большей страстности.

В какой-то миг я перестаю видеть перед собой коридор, и все мое внимание захвачено совершенно новыми для меня ощущениями. На Земле довольно давно установился порядок в половых отношениях. Семья не должна иметь больше двух детей, чтобы не нарушать внутреннюю экономику Земли с ее ресурсами, предотвращая перенаселение и связанные с ним конфликты. Поэтому все половые связи подчинены рассудку, и лишь в те лунные дни, когда достоверно известно, что ребенок не может зародиться, земляне позволяют себе любовные утехи, чего, кстати, вполне достаточно для нормальной физиологической жизни. Однако, привычный контроль давал о себе знать и в такие дни, сдерживая неведомые уровни страсти.

Теперь же во мне раскрывалось то самое, неведомое, древнее, дремучее, чего не было со мной никогда, и я не была уверена, что это хорошо. Уже почти в бессознательном состоянии я дрожащими руками открываю дверь комнаты Седьмого Уровня и впускаю мужчину. Мне кажется, что колени сейчас подломятся, и я, беспомощная, окажусь на толстом ковре, устилающем пол комнаты.