Виктор Потапов - Последнее колдовство

Сдерживая вспыхнувший в груди гнев, царевич молча отстегнул от пояса еще один кошель с золотом и швырнул его ведьме.

Поймав его цепкой когтистой рукой, она скривилась и стала подбрасывать кошель на ладони, над чем-то раздумывая. В тишине отчетливо стали слышны треск дров в очаге и глухое звяканье стиснутых материей монет.

- Не в деньгах дело, - сказала ведьма после долгой паузы. - Я тебе по добру советую. - Она пытливо прищурилась на Ратибора. - Ведь это ты не дал тем трусливым псам сжечь меня в прошлогоднюю засуху?

Ратибор удивленно посмотрел на ведьму.

Она ухмыльнулась.

- Тогда я выглядела иначе: жалкая оборванная старушка с корзинкой в руке. Будь я такой, как сейчас, ты бы не препятствовал им. - Ведьма опять ухмыльнулась.

Ратибор кивнул - он вспомнил этот случай.

- Добрый ты, - продолжала колдунья, - потому и говорю. А можешь за братцем следом пойти. Млава еще при моей бабке мужиков со света сводила, и похуже, и получше тебя, а до сих пор жива. А мы подо-олгу живем, гораздо дольше людей.

Колдунья замолчала и уставилась на Ратибора, в ее взгляде не было больше снисходительной смешливой искорки, он был серьезен и недобр.

- Я хочу, чтобы ты рассказала мне о ней все. Все, что знаешь. И помогла, - твердо произнес царевич. - Бели ты, правда, благодарна мне.

Ведьма усмехнулась, но как-то уже по-иному, и поскребла когтями жилистую шею.

- Ну что ж... - медленно проговорила она, - расскажу.

- Зовут ее Млава. Она - дух-убийца, питающийся человеческой любовью. Так уж она устроена, что каждый мужчина, попадающий в ее терем, теряет голову и влюбляется в нее. И считай, дело сделано. Через поцелуи и объятия, все такое прочее, она выпивает его чувство, а вместе с ним и его разум и, насытившись, забывает навсегда, ожидая следующей жертвы. В ее коварство трудно поверить, потому что она любит от чистого сердца. И невозможно поэтому победить. Попробуй, представь, как будешь убивать прекрасную женщину, в которую ты влюблен и которая влюблена в тебя?..

- Не знаю, чтобы у нее хоть бы раз не вышло. И твой легкомысленный брат попался на ту же приманку, а когда она забыла его, безумный свалился в реку. Из реки в море, по морю в наш край... да только уже не живой, - закончила ведьма, исподлобья глядя на Ратибора.

- Что же... нет на нее никакой управы? Никакого колдовства?! Ведь должно что-то быть?! Ты должна знать! Если средство есть, открой его мне, прошу тебя, открой! Я заплачу столько, сколько скажешь, сколько угодно! Что хочешь для тебя сделаю! Но я должен ее убить! Должен! Должен!

Ратибор говорил тихо, не повышая голоса, но протянутая к колдунье рука заметно дрожала. Затем вдруг обмяк, вскипевшая ярость спряталась внутрь, только лицо жестоко застыло в невысказанном горе и ненависть крепко сжала пальцы на рукояти меча.

Скрестив руки на груди, ведьма наблюдала за царевичем. Когда он овладел собой, заговорила.

- Зря горячишься, молодец! Зря! Поверь, биться с демоном нелегкое дело. Ее чары свели с ума не одного витязя...

- Такая уродина может свести с ума только Дурака! - презрительно скривив губы, перебил ее царевич и передернул плечами. Его кольчуга тускло блеснула разноцветными искрами в отсветах пламени.

- Млава не уродина, - покачала головой ведьма. - Ошибаешься. Совсем не уродина. Любая баба отдаст свою душу в обмен на ее лицо и тело.

- Видел я, какая она красавица! - фыркнул царевич, махнув рукой в сторону котла, в котором еще плавал волшебный диск. - Уж такая красавица...

- Что ты знаешь, мальчишка! Замолчи лучше!

Некоторое время колдунья сердито сопела, исподлобья глядя на Ратибора. Затем, уепокоившись, продолжила:

- Млава прекрасна! Среди людей такие женщины и раз в сто лет не родятся. Иначе, как же твой брат?

- Ярополк был чересчур легкомыслен и доверчив, - не желая отступать, буркнул царевич, - она его околдовала!

- Да уж, ей попадались и поумнее и похитрее. Сиди, сиди! - махнула рукой на оскорбленно вскинувшегося Ратибора ведьма.

- Так вот знай. В волшебном зеркале каждый не таков, каким родится на свет. Оно показывает суть, а не внешность. Любой писаный красавец, попавший в его магическую сферу, может предстать мерзким уродом, а урод - красавцем. Поэтому твои смешки глупы. Млава - красавица, запомни это! Да, впрочем, ты и сам скоро убедишься, потому что вижу, тебя не отговорить. Что ж... это похвально... Редко встретишь среди братьев, да еще царского рода, такую преданную любовь. Да и долг обязывает меня помочь.

Она потянула висевшее на груди ожерелье, и змеиные черепа и волчьи клыки переползли за спину, а на месте их засверкал большой зеленый камень. Впитав и преломив множеством граней свет рыжего пламени, он пустил по стенам десятки маленьких зеленых пятен, задрожавших и заплясавших в такт движущимся в очаге языкам огня.

- Будь он со мной тогда, никакой костер не был бы страшен, - сказала ведьма, любовно погладив камень.

- Но только дай слово, что возьмешь клятву с брата, а ему накажешь взять с отца, не преследовать меня и не давать в обиду глупой черни. Чуть что, так бегут - дай, дай, помоги, а как собьются в кучу, так норовят отблагодарить костром.

- Клянусь! - сказал Ратибор и поцеловал висевший на груди родовой талисман, Ведьма удовлетворенно кивнула и принялась рассказывать.

- Вся ее сила в красоте и глазах. Любой заезжий витязь, увидев такую красавицу, тотчас теряет голову и сам идет на смерть. А для тех, кто предупрежден, кто жаждет отомстить, как ты, припасены ее чудесные глаза. Взглянешь в них и пропадешь. Сначала она лишит тебя воли, и ты полюбишь ее, потом выпьет твою любовь, а с ней заодно и разум. И нет тебя... Такова Млава. Промедлишь миг, потеряешь жизнь. Не подойдя, не сможешь убить. А приблизишься, погибнешь.

- А если подстрелить ее из лука?

- Она никогда не покидает терема.

- Тогда я подстрелю ее в окне.

- Вряд ли тебе это удастся, царевич. Она чувствует мужчину за несколько верст.

- Тогда я возьму с собой женщину, которая убьет ее.

Закрыв глаза, ведьма покачала головой.

- Не тешь себя пустыми надеждами, ничего из этого не выйдет. Демон - не лесной олень. Неужели ты думаешь, Млава прожила бы столько, если бы ее было так просто убить?.. Не-ет! Единственный способ - рискнуть своей жизнью. Единственный!

- А чтобы ты не погиб наверняка, я дам тебе этот камень, - ведьма отцепила от ожерелья подвеску с изумрудом и протянула Ратибору.

Ладонь, в которую он лег, озарилась зеленым светом.

- Келагаст охранит тебя в минуту опасности, когда ты не в силах будешь попросить об этом, и исполнит любой приказ: убьет, укроет, укажет, сделает все.

Царевич кивнул, зачарованно глядя на магический кристалл. Видя, что он плохо слушает ее, ведьма сердито хлопнула Ратибора по плечу.