Елена Жаринова - Лучший из миров

— Не повезло нам с инструктором, — шепнула мне в ухо Арина. — Вон, у другой лодки, смотри какой красавчик. И все время на меня пялится.

Я покосилась в сторону смазливого длинноволосого турка. Его окружал цветник из взрослых девушек, но он действительно то и дело поглядывал на мою новую приятельницу. Арина делала вид, что этого не замечает, а сама все время блестела зубами, болтая без умолку.

— Смотри, смотри, вон та парочка на каяке! Хоба! Перевернулись. Я тоже хотела плыть на каяке, но мама не пустила. А вы в каком корпусе живете? А ужинать куда ходите?

Естественно, за ужином Арина с мамой подсели за наш стол. Арина была в узких джинсах и простой черной футболке. На шее — серебряная цепочка, на ногах — серебристые босоножки. Лицо сияло, но при этом не выглядело накрашенным. Вот это я понимаю, высший пилотаж.

Арина улыбалась направо и налево, а у меня настроение сразу упало. Собственные натужные попытки выглядеть нарядной сразу показались смешными и неуместными. Я сразу ощутила, что сиреневое платье, в которое я вырядилась, слишком куцее и обтягивающее, оно наверняка меня толстит. И губы у меня слишком ярко накрашены. Рука сама потянулась за салфеткой, чтобы стереть помаду.

После ужина, оставив родителей допивать вино, мы с Ариной сидели за столиком. Шумело невидимое в темноте море. Его заглушала музыка. Пара аниматоров зажигательным личным примером приглашали народ танцевать. Арина дрыгала ногой в такт.

— Ну пойдем, потанцуем! — умоляюще обратилась она ко мне. В третий раз. Я в третий раз ей ответила:

— Иди, если хочешь. Я не пойду.

Она тяжело вздохнула и продолжила рассказ о себе. О том, что с семи лет занимается бальными танцами. Что полгода проучилась в Италии, когда ее отец там работал. Что каждый год они с мамой летают отдыхать то в Египет, то в Таиланд.

— Красное море — это что-то! Представляешь, однажды я видела огроменную акулу. Близко, ну вот как тебя! И я ее сфоткала! Она у меня долго аватаркой на «Одноклассниках» висела, так никто не верил, что я снимала сама! Вернешься домой — обязательно зайди на мою страничку. У меня там куча фоток из путешествий. Но Турцию я люблю больше всего. Некоторые говорят, что вот, Турция — это отстой, это не модно, не престижно. Дураки! Лично я считаю, что это просто волшебная страна. Видела, в горах какая красотища? Я тут уже третий раз и каждый раз обязательно езжу на рафтинг. И здесь всегда очень весело. Главное — лететь через надежного оператора. А у тебя есть страничка на «Одноклассниках»?

— Нет.

— Да ты что?! — Арина округлила глаза, как будто я призналась в чем-то шокирующем. Потом облегченно вздохнула. — А-а. Ну, вы в питере все в «Контакте» сидите.

— Я вообще такой фигней не занимаюсь, — буркнула я. И хотела сказать, что я не хочу портить зрение за компьютером, что предпочитаю активный отдых, что мы с Гуськовым любим лазать по крышам в старом городе, а крыши — это целый волшебный мир…

Меня остановил неприятно изучающий взгляд Арины. Она вдруг уставилась на меня, как будто снимала мерки. Даже брови нахмурила от сосредоточенности. Наконец изрекла, как приговор:

— Ты меня прости, конечно, но этот ядовитый цвет тебя жутко бледнит. И для вечернего платья здесь слишком широкие бретельки.

— Это ты так думаешь. А мне нравится, — огрызнулась я. Тоже мне, передача «Снимите это немедленно»!

Арина надулась. Потом резко спросила:

— Так ты точно не пойдешь танцевать?

— Я же сказала — нет!

— Тогда посторожи мою сумочку, хорошо?

Словно вырвавшись из клетки на свободу, Арина тряхнула волосами и ввинтилась в круг танцующих. Естественно, она прекрасно двигалась. Она совершенно не терялась среди незнакомых людей. Не прошло и пяти минут, как она хохотала о чем-то с какими-то девчонками. Ни на ком из них не было такого дурацкого платья, как у меня.

Столики опустели. На площадке в переливах огней танцевала целая толпа. Я сидела, отделенная от общего праздника метрами пустоты. На столе передо мной блестела серебристая сумочка. Обида, зависть и много других нехороших чувств накручивали меня изнутри.

Наконец я не выдержала и, схватив сумочку, решительно двинулась к танцующим. протолкавшись к Арине, я дернула ее за голый локоть.

— Слушай, сама сторожи свои вещи. Я тебе не собачка. Я спать пошла.

Оставив Арину с открытым ртом и с сумочкой в руке неподвижно стоять среди мечущихся тел, я пошла к нашему корпусу. Дорожка уводила в темноту, звуки дискотеки постепенно затихали вдали… Как это ни глупо, мне хотелось плакать.

Внезапно меня настиг стук каблучков.

— Машка!

Я обернулась. За мной бежала Арина. Злосчастная сумочка прыгала у нее на бедре.

— Маша, извини меня, пожалуйста, — пыхтя, сказала Арина. — Меня иногда заносит. Я сама знаю, какая тогда становлюсь отвратительная. Однажды в школе мне девчонки даже темную устроили за выпендреж. Ты думаешь, я всерьез считаю себя какой-то раскрасавицей? Да у меня уши как лопухи, и зубы некрасивые, и ноги костлявые, вот! А ты молодец, что поставила меня на место.

Я знала, что никогда бы не смогла вот так честно сказать о себе. Так может сделать только очень уверенный в себе человек. Очень хороший человек.

— Ерунда, — смущенно буркнула я. — Ты ничего такого не сделала. Я действительно не хотела танцевать и могла покараулить твою сумочку.

— Да, но мне надо было по-другому попросить, — серьезно сказала Арина. И тут же улыбнулась, заблестев своими «некрасивыми» зубами:

— Ну все? Ругаться не будем? Мир, дружба, жевачка?

Вот так мы подружились с Ариной. Однако ее талант обрастать друзьями распространялся не только на меня. На следующее утро на пляже с ней здоровалось пол-отеля. А вечером, когда мы снова болтали за столиком, к нам подошел высокий темноволосый парень. Красивый, как картинка. Его портили только слишком правильные дуги бровей над круглыми глазами. Это придавало ему смешное выражение — как у совенка.

— Привьет, — сказал он с акцентом.

— О, Юче! — обрадовалась Арина. — Садись. Знакомься: это Маша. А это Юче, он сын хозяина отеля. Представляешь, я услышала, какая у него классная мелодия на телефоне, и поняла, что умираю, хочу такую же. Турецкая музыка — это что-то! И Юче мне скинул ее по блютузу.

Турок, сын хозяина отеля, года на три старше нас… У меня ни за что бы не хватило смелости с ним заговорить. Арина же болтала запросто, словно он был ее одноклассник.

— Юче — ужасно смешное имя. И перевод смешной: что-то вроде «высокопоставленный». Правильно я говорю, Юче? У вас, у турков, в именах вообще мания величия.