Евгений Дрозд - Бесполезное - бесплатно

- Значит, можете сравнить. Целый город построили.

- Да... Только однообразно как-то.

- Верно, неказисто. Но что делать? Спешка, не до красоты было. Да и чего стоило обучить туземцев этим работам! Ну и пошло - дома, швейные мастерские, текстильная фабрика, бани, прачечные, столовые... В общем, худо-бедно, но с этим справились. А сейчас у нас другая проблема - свободное время.

- А что такое?

- Ну как что? Чем их в свободное время занять? Вы ведь знаете - сутки у нас 37,5 земных часа длятся, а рабочий день по закону - восемь. Я в ООМ писал на эту тему, просил разрешения продлить его до 12 часов - уперлись и ни в какую: мол, положено не более восьми часов в сутки работать и баста закон есть закон! Вот и получается, отработают они свои восемь часов, расползутся по своим крупноблочным норам - и что?

- И что?..

- Пьют, вот что! Больше-то делать нечего. Мы им в каждую квартиру стереовизор поставили, лучшие программы со всей Галактики крутим, а они смотрят на них, как бараны, и ни бельмеса не рубят. В стереовизион их не затащишь, читать-писать они не умеют и учиться не хотят, музыку нашу не воспринимают, про спорт понятия не имеют. Хотели мы тут состязания в беге устроить, футбол организовать... Объяснили правила, устроили матч, зрителей согнали... Глаза бы мои не глядели! Двадцать два аборигена передвигаются по полю с этим мячом, как будто каторгу отбывают, а десять тысяч зрителей смотрят на них, как овцы, и молчат. Представляете - десять тысяч "болельщиков" - сидят, не шелохнутся и молчат!..

Да... Хотели мы самодеятельность наладить - ну, там фольклор, пляски, песни. Уж казалось бы, чем еще им заниматься? Так что же? И этого не хотят! Как сговорились: ни один не соглашается. Ни петь, ни плясать. Мы уж и уговаривали, и чего только не сулили - молчат себе, смотрят тупо да улыбаются этакой дурацкой улыбочкой, и ничего от них не добьешься. Короче, ничем их в свободное время заниматься не заставишь. Ну и пошло пьянство. Мы сухой закон ввели - они "веселую воду" гнать стали. Драки начались, мордобои, поножовщина. Пришлось полицию завести, тюрьму с вытрезвительным отделением построить. А кто в полиции служит? Те же туземцы. Работу свою выполняют аккуратно, ничего не скажешь, пьяных задерживают, самогонщиков арестовывают. А как свое отработают - идут и надираются и, глядишь, этого полицейского вторая смена самого уже за шиворот берет. Смех, да и только! Да, так вот и живем... И прямо скажу - страшно мне становится. Целый город туземцев этих - все молчат, словом не с кем перемолвиться, а наших здесь осталось - по пальцам пересчитать можно, и тоже говорить с ними не о чем все друг другу глаза намозолили. Сидишь себе в своих апартаментах один, смотришь этот стереовизор - где-то люди живут, веселятся, и много их... А тут с тоски волком воешь. Впору самому пить начать!.. Вот такие у нас проблемы. Надеюсь, вы поможете разобраться.

- Что ж, постараюсь. Сегодня я просто поброжу по городу, изучу общую обстановку, а завтра поговорим конкретнее.

- У меня к вам еще одна просьба есть. Это дело уже не такое официальное, но...

Малигэн не договорил. За дверью послышался шум, и в кабинет, сопровождаемый негодующей робосекретаршей, ворвался человек со странным двухцветным лицом. Лоб белый, места, где еще недавно росли борода и усы тоже, а между этими белыми полями шла полоса лилового загара. Выглядело это какой-то дурацкой карнавальной маской.

- Господин резидент... - говорил вошедший.

- Господин резидент занят, - верещала робосекретарша, - он примет вас позже! - Отцепись, дуреха! Господин резидент...

- Ступайте, Эреса, - сказал Малигэн, подымаясь из-за своего стола.

На лицевом экране роботессы негодование сменилось смертельной обидой, и она укатила.

- Господин Манзарек, - сказал Малигэн, - знакомьтесь, это - Эцера Хоса, этнограф. Он полтора года бродил по лесам и, я думаю, может быть нам полезен. Господин Хоса, это Камил Манзарек, этнопсихолог.

- Весьма рад, - буркнул Хоса, даже и не пытаясь имитировать это состояние.

Он плюхнулся в кресло. Манзарек, начавший было приподниматься, вернулся в исходную позицию. На его лице оставалась доброжелательная улыбка, но глаза слегка сузились. Он внимательно разглядывал Хосу.

- Господин резидент, - в третий раз начал Хоса, - по моим подсчетам сегодня на Терру должен уходить трансгалактический лайнер. Я очень спешил, чтобы успеть вовремя, но лайнера на поле нет. Я опоздал?

- Нет. Просто поселку Самор снизили категорию. Лайнеры к нам теперь не заходят. Экономически невыгодно.

- А как же мне до Терры добраться? Мне срочно нужно! - Через два дня уходит каботажник в систему Шеризана. Оттуда и улетите. Там на одной только Балладе два города класса В, лайнеры ежемесячно заходят.

Небольшой паузой, во время которой Эцера Хоса, нахмурившись, осваивался с новым положением дел, воспользовался Манзарек.

- А что, господин Хоса, - сказал он, - наверно, много вы там, в лесах, интересного увидали за полтора года? Хоса бросил на него настороженный взгляд.

- Что вы имеете в виду?

- Ну, как там вообще?

- Вообще - ничего...

- Туземцы препятствий в работе не чинили?

- Наоборот, даже пиры в мою честь устраивали. И деньги за съемки брать отказывались. Когда я предлагал, они отвечали, что, моя, сказки и легенды, конечно, прекрасные вещи, но они совершенно бесполезны и что они не могут брать за них деньги. Мы даем их тебе бесплатно, говорили они...

- Да, это на них похоже. Простодушные и доверчивые дети Натуры... Вы на одном месте подолгу задерживались?

- Нет, снимал, что мне надо, и дальше шел. А в чем дело? Коричневые глаза настороженно блестели за лиловой маской.

- О, ничего серьезного. Нам просто интересно - не заметили ли вы чего-нибудь необычного в поведении туземцев? Какой-нибудь странности? Не вели они при вас никаких разговоров о переселении?..

- Нет, - отрезал Хоса, подымаясь. - Ничего странного я не заметил. Все было нормально. Так значит, через два дня,

- повернулся он к Малигэну. - А во сколько?

- Старт в одиннадцать утра по приведенному времени.

- Всего хорошего.

Непроницаемая лиловая маска еще раз мелькнула в дверях и сгинула.

Малигэн и Манзарек переглянулись.

- Не нравится мне этот этнограф, - сказал Манзарек.

- Да, темнит что-то парень, - согласился Малигэн. Оба на минуту призадумались, потом Манзарек спросил:

- Так какая у вас просьба была?

- Что?.. А... Просьба. Тут такое дело. Понимаешь, я хочу, чтобы нам категорию возвратили. А то тут такая тоска пошла! Надо доказать этим мудрецам в ООМ, что наша планета представляет огромный интерес для Терры и заслуживает поселения класса Е. Толково составленный рапорт может многое решить. Вопрос в том, какую наживку им кинуть? Я давно над этим голову ломал. Ну хорошо, минеральных ресурсов здесь нет, тяжелую промышленность не развернешь. Для науки ничего интересного