Лион де Камп - Воинственная раса

– И что?

– Если можно будет организовать обмен акциями – а некоторые мои хорошие друзья уже обладают 45 процентами в новой компании «Бостон – Майами» – это даст нам сильный голос при обсуждении операций этой будущей компании.

– Другими словами, контроль большинства?

– Я бы не стал этого так называть. Просто сильный голос.

Доулинг улыбнулся.

– Только не пытайся пудрить мне мозги и отрицать, что твои «хорошие друзья» – не подставные лица «Сино-Американской». Какой процент акций тебе нужен? Шесть?

– Семь с хвостиком было бы лучше.

– Я тебя понял. Но ты знаешь, как мы здесь ведем дела. Бозо наложили свои лапы буквально на все. Если ты чего-то добьешься, они отбирают это себе. Если вылетишь в трубу – что ж, значит, тебе не повезло. Словом, все недостатки социализма без его преимуществ. А если захочешь умаслить одного из них, это означает буквально рисковать жизнью. И все же я, в принципе, мог бы справиться с Джаггинсом.

Хси хихикнул.

– Выходит, они здесь до сих пор неподкупны, а? И как много вы получили от обещанной «более здоровой жизни»?

– Ну, – неуверенно произнес Доулинг, – кое какие завалы они расчистили.

– Может, у вас теперь новый водопровод?

– Нет, но они говорили, что...

Бамм-м! Ночное небо где-то вдалеке разорвала желтая вспышка. Тут же подряд раздалось еще несколько взрывов. Зазвенело битое стекло. Хси и Доулинг вцепились руками в стол.

– Идиоты! – процедил Доулинг.

– Что, революция? – осведомился Хси.

– Это они так считают.

Стала слышна отдаленная перестрелка.

В дверях выросли двое в форме со свирепыми лицами. Доулинг пробормотал «ищейки». Ему не нужно было описывать Хси эти отряды специальной полиции, список достоинств которых ограничивался храбростью и лояльностью к своим хозяевам, воинственным пришельцам.

Оставалось только сидеть и слушать. Когда шум в ресторане затих, Доулинг подошел к одному из патрульных и негромко с ним заговорил.

– Я вас не сразу узнал, мистер Доулинг, – отозвался тот. – Думаю, что вы можете идти домой вместе со своим другом.

Когда двое приятелей покидали ресторан, Хси ощутил на себе враждебные взгляды остальных. Очутившись на улице, Доулинг криво улыбнулся:

– Никто не любит особые привилегии, за исключением тех, кто ими обладает. Пошли пешком.

– Но у тебя же машина... – застонал Хси, совершенно неспортивная личность.

– Оставлю ее здесь. Если мы попытаемся на ней поехать, то ищейки сначала станут стрелять, а уж потом задавать вопросы. Так что когда увидим кого-нибудь, то поднимем руки и медленно пойдем вперед.

Небо на северо-востоке было красным. Окислительные лучи подожгли много домов в северных кварталах города.

Хси и Доулинг провели весь следующий день в доме Доулинга. Эдна Доулинг попыталась расспросить Хси о древнем китайском искусстве. Артур Хси глупо улыбнулся и развел руками.

– Но, миссис Доулинг, я ничего не знаю об искусстве. Я бизнесмен!

На следующее утро появилась запоздалая газета. В ней сообщалось о восстаниях, и их подавлении, в Филадельфии, Нью-Йорке, Детройте, Сент-Луисе...

Бэлдвин Доулинг вошел в кабинет Джаггинса. Центаврианин выглядел почти не изменившимся, только волосы были тронуты сединой.

– Привет, Джаггинс, – сказал Доулинг. Потом он принюхался. И еще раз принюхался. В кабинете ясно чувствовался запах табачного дыма.

Доулинг неодобрительно взглянул на Джаггинса. Тот ответил ему сначала спокойным, потом раздраженным взглядом.

– В чем дело? – рявкнул он.

Доулинг слегка улыбнулся.

– Не волнуйтесь, Джаггинс. Я не...

– Займитесь лучше тем, что вас касается!

– Что вы так разволновались? Я ничего особенного не сказал. К тому же я как раз намерен приступить к делу. Для этого я и пришел. – Он рассказал ему о сделке по обмену акциями, что предложил Хси, дав ей самую благоприятную интерпретацию. Однако Джаггинса оказалось трудно одурачить.

Джаггинс задумчиво разглядывал орнаментированную подставку для ручек, подчеркивающую спартанскую простоту его кабинета.

– Может быть, ваш план и хорош, – сказал он, – но если о нем узнает мое начальство, оно может посмотреть на него несколько... неодобрительно. – Молчание. – Я пытаюсь быть честным. Разве я не был всегда честным с филадельфийцами?

– Конечно, Джаггинс. И теперь настало время выразить вам нашу благодарность, как вы считаете?

– Нас, центаврианцев, не могут поколебать материальные соблазны.

– Конечно. Вы полностью неподкупны. Но я буду счастлив, если смогу выразить вам свою признательность. Знаете, ведь я не один из ваших самоотверженных суперменов.

– Что вы имеете в виду?

Доулинг сказал. Джаггинс глубоко вдохнул, сжал губы и угрюмо кивнул. Его взгляд не отрывался от подставки.

– Кстати, – сказал Доулинг, – теперь, когда это дело решено, вы можете оказать мне еще одну маленькую услугу. Я полагаю, что один из тех, кто был захвачен после недавнего восстания – мой однокурсник Фредерик Мерриан.

– Ну, и что?

– Что центавриане намерены сделать с бунтовщиками?

– Зачинщики будут расстреляны, остальные ослеплены. Не думаю, что ваш Мерриан был зачинщиком. Я вспомнил бы его имя, будь это так.

– Ради нашей старой дружбы, не могли бы вы что-нибудь сделать для Мерриана?

– Он что, ваш близкий друг? – Джаггинс резко взглянул на Доулинга.

– Нет. С тех пор, как мы кончили колледж, я лишь несколько раз его случайно встречал. Он неглупый парень, но склонен к глупым поступкам.

– Не представляю, что я могу сделать. Не могу же я его отпустить.

– Этого и не требуется. Выпишите ему свидетельство о смерти. Укажите, что он умер от естественной причины. Затем замените его на одного из заключенных тюремной фермы в Ланкастере. Они там все равно непрерывно умирают.

– Посмотрим.

Когда Артур Хси сел в машину Доулинга, улыбка на лице друга ответила транспортному директору на незаданный вопрос.

– Я предложил ему сто тысяч, и он взял их без звука.

Хси свистнул.

– Я был уполномочен заплатить в десять раз больше! Наш Бозо еще не знает своей истинной цены.

– Может, это первая настоящая взятка, которую он взял.

– В самом деле? Ну что ж, мы не станем объяснять ему, сколько он смог бы заиметь, верно? Он и сам узнает это достаточно скоро.

Фред Мерриан приковылял в комнату с видом побежденного человека, но немного обрадовался при виде Доулинга, Хси и доктора Лечона.

Он уселся, потом с удивлением огляделся.

– А почему вышел охранник? Обычно они этого не делают.

Доулинг усмехнулся.

– Он не должен услышать то, что мы тебе скажем. – Он объяснил план перевода Мерриана под другим именем на ферму в Ланкастере.