Александр Шалимов - Человек, который замедлял и ускорял время

- Чего это он? - спросил парень в штатском, приехавший в милицейской машине.

- Психует, что попался, - махнул рукой один из милиционеров.

- А кто их так?

- Вот этот, который задержал, - сказал другой милиционер, кивнув на Тимофея. - Чемпион какой-то по боксу или каратэ. Он и нож пружинный у одного отнял. А остальное они даже в ход пустить не успели.

Все присутствующие с уважением посмотрели на Тимофея.

- Вот какие люди возле нас живут, - сказал молодой лейтенант милиции, приехавший с оперативной машиной. - А мы иногда и не знаем, - добавил он сокрушенно.

И снова все уважительно посмотрели на Тимофея, который вдруг застеснялся и просто не знал, куда девать глаза и руки.

Заканчивая осмотр места происшествия, один из милиционеров поднял в кустах широкий поясной ремень с бляхами и разбитые черные очки.

- Ваши? - спросил лейтенант у Тимофея.

- Их... - лаконично объяснил Тимофей, кивнув в сторону машины.

- Так как же?... - начал удивленный лейтенант и почему-то вдруг поперхнулся.

- Там должны быть еще одни очки, - скромно сказал Тимофей. - Можно поискать с другой стороны в кустах.

Через минуту появились и вторые очки - целые.

- Тоже их?

- Тоже.

- Вот это разработка, - восхищенно сказал лейтенант, и все расступились, пропуская Тимофея в машину.

В отделении, пока дежурный записывал показания Тимофея, царила гробовая тишина. Молчали к оба задержанные. Долговязый понуро сидел на скамье за барьером, опустив руки и голову. Коренастый, поеживаясь, топтался рядом, иногда тихо постанывал.

- Все? - спросил дежурный, когда Тимофей замолчал.

- Кажется, все...

- Дела, - сказал дежурный, откладывая шариковую ручку. Просто не поверил, если бы кто рассказал.

- Каратэ? - спросил молодой лейтенант, восторженно глядя на Тимофея.

- Как сказать... - замялся Тимофей. - Почти... И еще... кое-что.

- Понятно.

- И долго тренировались? - спросил один из милиционеров.

- Да... пришлось поработать.

- Вот, товарищи, что может дать тренировка, - сказал лейтенант, обводя присутствующих многозначительным взглядом. Понятно? Работать надо!

Все закивали головами.

- Ну а вы, соколы, что скажете? - спросил дежурный, обращаясь к задержанным и снова беря шариковую ручку.

Ответом было молчание.

- Так ничего и не скажете?

- Недоразумение вышло, гражданин начальник, - начал, не поднимая головы, коренастый. - Прикурить мы попросили, и только... А товарищ чемпион не поняли... Мы их, конечно, не виним... Но и мы не виноваты.

- А это? - дежурный кивнул на оружие, выложенное на столе.

- Я этого не касался, бронь боже, - замотал головой коренастый.

- Но кастет в кармане был?

- Ну был... Не мой. Ей-богу... Парня одного.

- А как его зовут, ты, конечно, не помнишь?

Коренастый промолчал.

- Да ты садись.

- Ничего, постою...

- Стой, если сидеть не можешь. Бумажники откуда?

- Нашли.

- В урне для мусора?

- Нет... Под скамейкой на бульваре.

- Так рядом и лежали?

- Так и лежали...

- А документы куда дели?

- Какие документы?

- Те, что тут были, - дежурный по очереди развернул бумажники и вытряхнул на стол их содержимое. - Тут сейчас одни деньги, и много денег... Ну так как, будете говорить?

Коренастый молчал.

- Ладно. Ступайте, подумайте. Время у вас до утра достаточно. И не только до утра... Увести задержанных! - скомандовал он конвойным милиционерам.

Уже на пороге долговязый обернулся и бросил через плечо:

- Ничего нам не пришьете, кроме незаконного хранения холодного оружия. А вот этого... - он кивнул на Тимофея, проверьте... Он еще и не такое может...

Домой Тимофея отвезли на дежурной милицейской машине.

"Адрес проверяют", - решил про себя Тимофей.

Водитель - молодой розовощекий милиционер - по пути пытался расспрашивать Тимофея об использованных им приемах самообороны. Особенно интересовал его нож и история с ремнем коренастого.

Тимофей, который вдруг почувствовал себя страшно разбитым, и невероятно усталым, отвечал с трудом, односложно.

Ответы настолько сбили водителя с толку, что он даже сбавил скорость.

- Значит, вы разжали ему пальцы правой руки, - снова начал водитель, морща лоб, - а он?

- Что он?

- Он-то что на это? Скажем, если вы начнете разжимать мне пальцы, я...

- А он просто ничего не успел, - вздохнул Тимофей. - Я ведь говорил, что эти приемы делаются быстро. Знаете, пожалуй, это легче показать, чем объяснить словами.

- Понятно, - сказал водитель и, помолчав, добавил: - Наш полковник, наверно, и попросит показать все по порядку.

"Еще не легче, - подумал Тимофей. - Что же теперь делать?"

Проснувшись на следующее утро, Тимофей сразу вспомнил свое невероятное приключение и некоторое время соображал, лежа, приснилось ему такое или действительно было. Муха назойливо жужжала рядом. Он отогнал ее и снова принялся думать, по привычке покусывая пальцы. Его размышление прервал настойчивый звон будильника. Тимофей протянул руку, чтобы выключить будильник, но передумал.

"Эх, была не была, - решил он. - Проверю..."

Он зажмурился и, сосредоточившись, мысленно произнес: "Остановись, время... на три секунды".

Сразу стало тихо. Тимофей медленно раскрыл глаза. В комнате ничего не изменилось. Утреннее солнце попрежнему светило в открытое окно, но легкая занавеска, завернутая ветром, застыла в горизонтальном положении. Возле самого носа Тимофея неподвижно висела в воздухе муха. Впрочем, не совсем неподвижно. Ее перепончатые крылья медленно, очень медленно опускались и поднимались.

- Так, - удовлетворенно сказал Тимофей. - В порядке... Надо подумать...

Он осторожно взял муху двумя пальцами, оторвал крыло и отпустил. Муха осталась висеть в воздухе, медленно шевеля уцелевшим крылом.

- Полный порядок, - повторил Тимофей, наблюдая, как муха постепенно меняет положение и поворачивается вниз головой.

По расчетам Тимофея, три секунды прошли, но ничего не менялось. Занавеска в окне оставалась неподвижной, и однокрылая муха висела перед глазами. Правда, она приобрела вертикальное положение.

"Непонятно, - подумал Тимофей, - но подождем немного". Он начал считать про себя. Досчитал до ста. Ничего не изменилось. Кроме положения мухи. Она явно падала, но очень медленно.

"Видимо, придется это дело ускорить",-решил Тимофей. Для верности он снова зажмурился и мысленно произнес: "Ну, время, давай, иди нормально".

Тотчас пронзительно зазвонил будильник, затрепыхалась занавеска в окне, а на простыне забилась однокрылая муха.

- Фантастика какая-то, - вслух сказал Тимофей. - Просто черт знает что такое! Уж не схожу ли с ума?

Он выключил будильник, встал, застелил постель. Муху осторожно перенес в пепельницу. И она там ползала, печально жужжа. В глубокой задумчивости Тимофей побрился, сварил кофе, выпил его, почти не ощущая вкуса, и отправился на работу.