Геннадий Тищенко - Взгляд извне

— Остановись! — не выдержал я. — Все равно у меня в башке сплошная каша из твоих аруанцев…

— Они мои не больше, чем твои… Точнее: теперь они твои даже больше, чем мои…

— Но почему именно меня?

— Ты учился вместе с Леруа. Кое-кто надеется, что это облегчит твой контакт с ним…

— Стоп!.. Давай-ка, еще раз все уточним… Итак, на Аруане уже десятки лет работают земляне, и она, вроде бы, изучена вдоль и поперек…

— Вот именно — «вроде бы», — вставил Новицкий. — Мы ни черта не знаем об ОРА, то есть об Особом Районе Аруаны. Или, попросту говоря, об Осмилонии.

— Хорошо, за исключением Осмилонии, — согласился я. — Значит, меня именно в Осмилонию?

— И не просто в Осмилонию, а на Священный Праздник осмилоков, куда допущен лишь твой однокашник Шарль Леруа. И ты должен прибыть на Киалану вместе с ним. И узнать, вынюхать, все, что связано со всей этой чертовщиной!..

— А что же известно на сей день об этой «чертовщине»?

— Ну… что это — главный праздник Союза Осмилоков. Причем, Союз сей, крайне враждебно относится к нам, то есть к землянам. Все остальные аруанцы дружат с нами по полной программе, а осмилоки, не желают, видите ли. Причем, по неведомым нам пока причинам. Они терпят одного лишь Леруа, который, похоже, слегка свихнулся на своих экспериментах. А может быть и не слегка…

— Он так зациклился на Проблеме?

— Именно… Более подробно узнаешь обо всем по дороге… — Новицкий протянул мне футлярчик с дисками. — Я очень на тебя надеюсь, старик…

— Но я еще не дал своего согласия! — возразил я.

— А куда ты денешься?..

… Мелькание цветовых пятен прекратилось и полупрозрачные, расплывчатые тени превратились в несущиеся навстречу звезды. Затем звездный мир начал скручиваться и сжиматься. Это означало окончание выхода из ПП-туннеля.

— Долго еще? — спросил я, с трудом разжимая губы.

— Сможете выйти через пятнадцать минут… — ответил голос, слегка звенящий металлом. — Отправить справку для встречающих?

— К черту справки… — Поморщившись, я отвернулся от иллюминатора, и некоторое время смотрел на передний экран. Он занимал полстены и до ухода в ПП я просматривал на нем материалы об Аруане, полученные от Новицкого.

Косматый диск зеленого солнца величественно плыл навстречу. Языки лимонных и изумрудных протуберанцев выплескивались светилом на расстояние, превышающее его диаметр. Вскоре весь экран заполнила приближающаяся планета. Сквозь аметистовые облака, изредка проглядывала зеркальная поверхность морей и океанов. Немалую часть поверхности планеты занимали оранжевые массивы лесов и джунглей.

Кабина, в которой я находился, содрогнулась.

Я откинулся на спинку кресла и потянулся.

Из-за стены послышался женский смех, затем — топот множества ног.

Слегка пошатываясь, я, встал, потер шею и вышел из кабины.

По коридору шли молодые парни и девушки. Никто не обращал на меня никакого внимания.

И это было правильно.

— Не думала, что Переход будет так прост, — улыбаясь, говорила своему спутнику проходящая мимо светловолосая девушка. — Меня им столько пугали, а все оказалось таким обыденным!

— Ты просто не заметила, как задремала, — парень обнял девушку за плечи и поцеловал в пухленькую щечку.

Дождавшись своей очереди, я вошел в одну из дезинфицирующих камер. Снизу заструился желтоватый бактерицидный газ, а сверху полилось голубое стерилизующее излучение. Затем меня обдало струей пряно пахнущей жидкости, которая высохла, буквально, в секунду.

Наконец, вместе с остальными пассажирами межзвездного лайнера, я спустился по широкому пандусу на оранжевую траву, под ослепительные лучи изумрудного светила.

Все вокруг очень напоминало Землю: в зеленоватом небе плыли кучевые облака, вдали были видны строения городка земных колонистов и туманные лиловые горы.

Жмурясь от яркого света, я направился к зданию космопорта.

— Добровольцев воспитательных и строительных отрядов просим пройти ко второму сектору, где их ожидают руководители групп! — объявил диспетчер Центрального Космопорта Аруаны. — Повторяю…

… Оставшись один, я растерянно осмотрелся по сторонам, пытаясь разобраться в путанице указателей и надписей на самых различных языках Земли.

Я пока никуда не спешил, меня никто не встречал и, как я надеялся, о моем прибытии на Аруану никто не знал.

У входа в здание космопорта я увидел высокую стройную женщину. Признаться, я не сразу понял, что передо мной аруанка, то есть первая живая аборигенка, увиденная не на мониторе, а наяву! А ведь о красоте аруанок ходили легенды по всей Галактике!

И ходили, надо признать, не зря!..

На первый взгляд в этой женщине не было ни одного изъяна. Да и на второй тоже. Идеальная фигура, которой позавидовала бы любая супермодель, изумительно бархатистая кожа, сравнимая лишь с кожицей персика, разве что припорошенного бронзовой пудрой… Короче, весь ее облик манил и призывал, как говориться, немедленно приступить к делу продления рода людского…

А может быть — аруанского?

Аборигенка мельком взглянула на меня, и высокомерно выпятив подбородок, прошла мимо. Зеленые глаза ее таинственно блеснули в лучах заходящего солнца. Лицо, издали похожее на медную скульптуру, приобрело выражение загадочности, с оттенком презрительности.

Через пару шагов я оглянулся. Аруанка быстро удалялась.

— Будьте любезны, как пройти в диспетчерскую? — Я удивился неожиданной хриплости своего голоса.

Аруанка обернулась и с интересом взглянула на меня.

— Центральный зал, третий сектор, — мягкий, певучий голос инопланетянки заставил мое сердце забиться судорожными толчками.

— Благодарю вас! — я почувствовал, как наливается жаром лицо.

Круто развернувшись, я зашагал прочь четким шагом курсанта космошколы.

— Третий сектор в противоположной стороне! — чувственный голос догнал меня и заставил ускорить шаги.

«Чертова кукла, — думал я, сворачивая за первый же поворот коридора. — Можно подумать, что за всеми этими ногами, грудями и бедрами что-то кроется. Курица безмозглая, агрегат для продления рода…»

Я остановился, уткнулся лбом в прохладный пластик стены и заставил себя успокоиться.

Если так дальше пойдет, лучше сразу вернуться, думал я, восстанавливая пульс и вспоминая формулировки аутотренинга. Главное войти в ритм… Ничто не может меня здесь выбить из колеи!.. Я готов ко всему и выйду из всех передряг победителем!..